Чтение онлайн

Отгремела свадьба и после неё, молодожёны улетели в медовый месяц на Гоа, в одно из курортных мест юга западного побережья Индии. Все мечты его сбылись. Алина была просто супер! Красивая, добрая, покладистая и очень женственная, – в общем, идеальная жена! Но всему приходит конец. Закончилась их сказочная жизнь в «Райских кущах» и все мечты Гришки развеялись как дым. Алинка была властной, жестокой и даже в постели – «верховой наездницей». Она быстро приучила его к железному порядку в доме: взял – постав на тоже место, нагадил – убери за собой, накосячил – за всё ответь сам. В общем «взнуздала» его и показала – Кто в доме хозяин.

Гришка поначалу противился всему этому, но благодаря тестю, вскоре «сложил лапки» и успокоился. Он – единственный из всех парней, не принимал участия в ночных «посиделках». После выступления, Алинка всегда поджидала его на своём чёрном джипе, который подарил ей отец на свадьбу. Гришка очень уважал тестя и побаивался его – тот был скорым на расправу и неоднозначно намекал ему на то, что с ним будет, если он обидит его любимую кровиночку.

Растили Алинку жёстко, без баловства, с железной дисциплиной. Воспитывали так, чтобы воспитать человека умеющего постоять за себя в любой ситуации. Мать была не против такой муштры, именно она настояла на том, чтобы Алинка занималась восточными единоборствами. Сама возила её на занятия по дзюдо. Всё это делалось, чтобы Алинка могла защитить себя в любой ситуации.

Гришка знал, что её отец был против их брака, но Алина влюбилась в этого «патлатого» и он ничего с этом не смог поделать.

– Лишь бы Алинка была счастлива – повторял он. – А со временем, этот «патлатый» образумиться, а если нет, то я вобью в него это. Будет как шелковый! Со временем станет настоящим мужиком, а не раскрашенной, прыгающей по сцене обезьяной.
–

Гришка, как мог, старался соответствовать стандартам тестя; вёл себя, даже на сцене, как подобает женатому мужчине.

Клавишник, Алёшка, хоть и был ловеласом и бабником, но со своими обязанностями в группе, справлялся на все сто процентов. Он был гениальным исполнителем и один из всей группы имел музыкальное образование (закончил Гнесинку по классу скрипки). Хорошо импровизировал и мог заменить любого из участника группы. Играл на гитаре, флейте, скрипке и конечно на клавишных.

Алёшка был из простой, рабочей семьи; отец и мать работали на стройке. Мать – штукатур – маляр, а отец – крановщик. Поэтому, с детства, он привык добиваться всего сам, своим упорным трудом. Сам, пройдя жёсткий отбор, поступил в музыкальную школу при Гнесинке.

Отец и мать не хотели, что бы их сын был «музыкантишкой». Видели его инженером, или архитектором, но Алёшка поставил их перед фактом – поступив в престижное, музыкальное заведение и они, смирившись с его выбором, купили ему скрипку. Он всё свободное время играл, играл и играл на любимом инструменте, совершенствуя технику.

Дар к музыки перешел к нему по наследству от деда по материнской лини, который был самоучкой. Играл почти на всех народных инструментах: на баяне, балалайке, жалейке. Он был «первым парнем на деревне». Все гулянки: вечерние посиделки, свадьбы, смотрины, именины не обходились без его участия. Умер он от пьянства, не мог отказаться, когда подносили стопку, а что за гулянка без выпивки? Поэтому мать с отцом очень боялись, что Алёшка повторит судьбу деда.

Но этого не случилось. Алёшка в рот не брал спиртного, и его мутило от запаха алкоголя. Это было диссонансом в музыкальной среде, где почти все любили быть под градусом. Они очень гордились своим одарённым сыном, но никак не могли понять и принять музыку, которую он исполняет. Им было стыдно смотреть, когда по телевизору выступала его группа.

– Повзрослеет – поумнеет! – часто говорил отец.

– Перебесится – образумиться! – вторила ему мать.

А Алёшка, не слушая никого, просто жил и наслаждался тем, что он любил делать, тем, что ему нравилось. Нравилось выступать на сцене, нравились красивые девчонки, поклонявшиеся ему как айдолу. Он просто не мог представить себя без всего этого. Без музыки, которая была всем смыслом его жизни. Может быть потом, когда он станет старше, что-нибудь измениться. Но сейчас, когда он молод, любим, свободен – будет делать то, что ему нравиться, что он любит!

Борис был лицом и солистом группы. Он был божественно красив, с безупречной фигурой (не зря он ходил в тренажерный зал и по несколько часов качал мускулы). Высокий, широкоплечий, пропорционально сложенный он античным богом возвышался на сцене, радуя взгляды фанатов, которые просто визжали, увидев его полуобнаженный торс, а его восемь кубиков сводили с ума не только девушек, но и парней. Да, можете поверить, парни с завистью смотрели на такую красоту, и качались в тренажёрном зале, чтобы приблизиться к «божественному идеалу».

Борис пошёл по стопам родителей: он окончил педагогический институт, только выбрал не химию и историю, а литературу. Учился он в школе, где работали его предки: мать преподавала химию, а отец историю.

Клавдия Ивановна и Николай Павлович были знакомы с детства: жили по соседству, ходили в один детский сад, в школе сидели за одной партой. К выпускному, они уже точно знали, что всегда будут вместе идти по жизни, чтобы не случилось. Вместе поступили в педагогический, правда, на разные факультеты, но это никак не отразилось на их взаимоотношения. Они всегда старались быть рядом. Каждое утро Николай ждал Клаву у подъезда, со стареньким велосипедом, чтобы подвести в институт, сидели рядом на общих лекциях, в библиотеке. На четвёртом курсе им пришлось расписаться, округлый животик Клавы показывал, что «посиделки» явно заканчивались не подготовкой к лекциям, а более интимным занятиям. К выпускным экзаменам они плавно «вырулили» женатой парой с маленьким Борькой на руках. Конечно, не о каком распределении не могло быть и речи. Поручив заботу о малыше молодым бабушкам, они устроились в школу.

Судьба Бориса была предопределена. Ещё в школе он начал писать стихии, и к поступлению в институт мог похвастаться своим первым сборником – «Рассвет». В него вошли патриотические стихи о Родине, о дружбе, верности, и немного любовной лирики. В институте он пробовал писать в различных жанрах, но особо ему удавались песенные тексты.

На одной из вечеринок его познакомили с ребятами из музыкальной группы. Алёшка, Юрка и Сашка в основном играли зарубежные хиты и отечественные шлягеры. Ребята быстро сдружились: общие интересы, музыка и взгляды на жизнь – всё это объединило парней. Борис предложил свои тексты, Алёшка написал музыку, Сашка сделал аранжировку, а Юрка проработал сценический образ – всё это послужило началом их совместного творчества.

Родился новый музыкальный коллектив. Конечно, ребятам нужно было много работать, работать и работать, чтобы их заметили, оценили и полюбили, но они были молоды, амбициозны и верили, что всё у них получиться.

Борису очень нравился его образ жизни: нравилось писать тексты, обсуждать с ребятами рождение новой песни, но он просто терпеть не мог «посиделки – обмывалки». Никогда не подпускал к себе девах, предпочитая, в гордом одиночестве, пить «беленькую», а особо назойливым – деликатно отказывал. Из всех ребят он был, самым рассудительным и, если что случалось у парней, всегда помогал советом. Толком никто ничего не знал о его личной жизни, он всегда был в не «зоны доступа» – не любил рассказывать о себе. Все его переживания, вся его жизнь, все его мысли были под грифом «секретно».

Ко всем ребятам он относился одинаково, правда Сашку немного выделял. Был к нему чуточку внимательнее, его взгляд дольше задерживался на нём, да и смотрел он на него как – то по-особенному: с любовью, с теплотой, с заботой. Видно было, что Сашка ему не безразличен, что он для него – особенный. Может быть потому, что они чаще всего, вдвоём, работали над текстами песен, а может быть по какой-то другой причине, которая была им, только двоим, известна, но они молчали, боясь перейти ту тонкую грань, которая была между ними. Только с ним, Борису было хорошо, свободно и легко. Он забывал проблемы (которые были у каждого, свои личные) и наслаждался общением с таким родным, близким ему по духу, по мыслям, по убеждениям человеком, который ему нравился всё больше и больше.