Чтение онлайн

– Я знаю, – только и сказал он.

– Вы… знаете? – пораженно переспросила я. – И давно?

Дядя кивнул.

– С самого начала.

Я уставилась на него, пытаясь подобрать слова, но так ничего и не сказала. Дядя сложил вместе широкие ладони и, опустив взгляд, заговорил:

– Пятнадцать лет разницы в возрасте – это много. Мы с Эреном никогда не были близки. Я рос, окруженный рассказами о его успехах в Академии камневидцев, а впоследствии – о его изобретениях… Наши родители никогда не показывали, что ожидают от меня подобного, но я знал, что стоит оказаться в школе, как на меня навесят клеймо «брат Эрена Линда» – и будут наблюдать, оценивать, сравнивать…

Я смотрела на дядю во все глаза, а он, погруженный в воспоминания, словно забыл обо мне.

– Именно поэтому я упросил родителей отдать меня в другую школу, туда, где тень брата меня бы не преследовала. Естественно, полностью ее избегнуть я не смог, но с самого начала старался показать, что мы с ним разные. Эрен был рассеянным, погруженным в исследования, а я демонстрировал аккуратность и педантичность. Он был одержим камневидением, я же хотел послужить городу в качестве Советника. В чем мы были сходны, так это в том, что оба не стремились вливаться в человеческое общество, не искали дружеских или семейных уз.

Дядя нахмурился и, подняв на меня слегка удивленный взгляд, покачал головой.

– Я и предположить не мог, что так ошибаюсь на его счет. Эрен уже был в том возрасте, в каком получают звание старого холостяка, когда однажды ворвался ко мне совершенно не в себе и закричал: «Я женюсь! Будешь моим шафером?» – При этом воспоминании лицо дяди озарила слабая улыбка. – Сказать, что я был поражен, – значит ничего не сказать.

Глядя на улыбающегося дядю, я чувствовала, что прекрасно его понимаю. Если бы он сам вдруг с пылом заявил мне, что женится на Нелле, я была бы в равной степени потрясена.

– Он рассказал вам почему?.. – тихо спросила я.

Дядя кивнул.

– Когда я наконец добился от Эрена всей истории, то пришел в еще большее изумление. Оказывается, в Гильдии он столкнулся с молодой женщиной – она горько рыдала в одиночестве в одном из помещений Хранилища. Эрен признался, что впервые в жизни забыл об исследованиях и камнях. Стал утешать ее и выяснил, что она бежала из Альвиона от своего мужа – ей пришлось оставить там дочку, – а теперь узнала, что снова беременна.

Я вздрогнула, и, заметив это, дядя добавил:

– Да, это была твоя мать. Мирия рассказала Эрену всё – и о камне-сердце в том числе, хотя я об этом узнал гораздо позже. Эрен сказал, что и ее история, и она сама поразили его до глубины души. И там же, в Хранилище Гильдии камневидцев, он сделал ей предложение.

Несколько минут мы сидели в молчании. Мое сердце неистово билось. Значит, Имрок Дейн ошибался – Эрен Линд знал правду, знал!..

– Я был у них на свадьбе, а после, когда ты родилась, навестил их с поздравлением. Помню, когда узнал, как тебя решили назвать, я спросил Эрена: «Используешь слова клятвы для имени, прочишь ей будущее великой камневидицы?»

– А он? – тихо спросил я.

Дядя взглянул мне прямо в глаза.

– Он рассмеялся и ответил: «Нет, просто хочу, чтобы она никогда не забывала, что это имя дал ей отец».

Мое горло перехватило, а на глаза набежали слезы.

Отец…

– Он бы гордился тобой, я в этом не сомневаюсь. И… я хотел спросить тебя, – в голосе дяди послышалась неожиданная робость. – Я знаю, что из меня вышла скверная замена твоему отцу, но ты позволишь мне и дальше считать себя твоим дядей?

Я вытерла слезы, побежавшие по щекам, и с улыбкой сказала:

– С радостью.

Через неделю, когда я достаточно окрепла для прогулок, я обратилась к дяде с просьбой, которая давно лежала у меня на сердце. Он молча выслушал меня и сказал:

– Нет, я не могу тебе этого позволить, Вира. – Видя, что я готова оспорить его решение, дядя продолжил: – Я понимаю, чем вызвано твое желание посетить семьи изгнанников, но пойми: родственники уже давным-давно с ними простились. Твой визит лишь внесет смятение в их жизнь, надо ли бередить эти раны?

– Но… мне хотелось помочь им… Если бы не Олеа, я давно была бы мертва.

– Я велю навести справки и, если их родственники нуждаются, распоряжусь выделить необходимые средства.

– Спасибо, дядя.

Мне пришлось признать его правоту. Что я могла принести родным Олеа, Ланды, Тарины и Вэльда, кроме новой боли? Однако несколько визитов я была намерена нанести, и в этом дядя хотя и не сразу, но уступил.

Первой я навестила младшую сестру Нери-Эрики – Инару Торнн.

Они на самом деле были похожи – те же темные глаза и волосы, – но Инара казалась более хрупкой. Возможно, когда-то она и была легкомысленной девушкой, позволившей себя обмануть. Однако теперь было видно, что на ее долю выпало достаточно испытаний – взгляд ее был серьезным и сдержанным.

И всё же выдержка отказала ей, когда я призналась, что видела ее сестру в изгнании. А услышав от меня историю целиком, она горько разрыдалась.

– Эрика… Я так перед ней виновата…

Когда она немного успокоилась, я спросила, выплатила ли она займ, взятый под именем сестры.

– Нет, – краснея, ответила она, – еще осталась часть.

– Тогда позвольте мне выплатить его.

Она уставилась на меня, часто моргая, и даже перестала всхлипывать.

– Но… зачем вам?..

– Я в долгу перед Эрикой, – твердо сказала я, стараясь не думать о том, что если бы не я, то она не стала бы жертвой Теней, осталась бы жива и помогла бы своей сестре. – Пожалуйста, позвольте оказать вам поддержку.

Долгую минуту Инара смотрела мне в глаза, потом с чувством произнесла:

– Благослови вас Серра!..

От второго визита дядя отговаривал меня дольше всего.

– Этим людям, – с непривычной эмоциональностью сказал он, – ничего, кроме денег, от нас не нужно. А их они уже получили предостаточно.

– Хейрон был их сыном, – тихо возразила я, – они имеют право знать, где на самом деле он похоронен.

Утешитель Йенар, вернувшись после стычки с Амри в Зеннон, представил всё таким образом, будто Каратели, расследуя исчезновение Псов, были вынуждены преследовать Волков и попали в засаду, где, окруженные многочисленными разбойниками, приняли бой и смерть. Для Бернелов их сын сгинул где-то в Черном лесу.

В конце концов я отправила Бернелам письмо с просьбой о кратком визите. Получив ответ, я не сразу решилась его прочесть: размашистый почерк Бернела-старшего пронзительно напомнил мне о другом его письме, которое поменяло мою судьбу столько месяцев назад.

Огаст Бернел писал, что они с радостью меня примут.

До этого я была у Бернелов лишь однажды – дядя под всеми возможными предлогами устраивал так, чтобы именно они наносили нам визиты: видимо, для него было невыносимо выслушивать Нию Бернел, которая у себя дома становилась в разы более восторженной и словоохотливой.