Чтение онлайн

Дэвид покачал головой.

— Ты говоришь так, потому что Эрик умер, — он встретился с ней взглядом. — Не смотри на меня так. Ты знаешь, что это так. Ты любила его, а теперь липнешь ко мне, потому что не хочешь быть одна.

— Я не верю, что ты это сказал, — огонь ярости бушевал вне контроля. Разгорался. Обжигал. Искры шипели на ее пальцах. — Ты хочешь перевести разговор на мои мимолетные чувства к Эрику, потому что не можешь быть честным с собой насчет чувств ко мне?

— Это было не мимолетно, Шарлотта. Тебя влекло к нему с первой встречи. Я видел флирт, взгляды. Я слышал, что ты ему сказала. Видел, как ты его поцеловала.

— О, ради бога. Он умирал, идиот! — она хотела чем-то бросить в него.

— Он не умирал в Хейвендейле. А ты будто липла к нему, чтобы позлить меня.

— Боже. Ты ревнуешь. Вот в чем дело.

— Да и нет, — он провел ладонями по лицу и волосам. — Я завидую тому, каким он был. Он был тем, каким я хотел быть… смелым героем, симпатичным, очаровательным. В нем была искра, Шарлотта. В нем был дух и азарт, и он хотел защищать любой ценой, даже если нужно было умереть. Я не такой. Хоть говора и сердце говорили сделать это, я застыл, когда пришло время проявить себя и защитить тебя. Это мужское, но это правда. Парни хотят защищать тех, кого любят, от боли. Они хотят исправить все, хоть мы знаем, что девочки могут постоять за себя. Может, это древний образ мыслей, но это правда. И я не смогу быть таким, как он был, как ты заслужила. Как бы я ни любил тебя, а бог знает, что я люблю, я ничего не могу предложить тебе.

Ее сердце сорвалось с утеса. Она потянулась к его лицу, обхватила его и смотрела в его глаза.

— Это не правда, — сказала она, молнии угасли. — Ты можешь предложить мне все. Ты умный, у тебя хорошее чувство юмора. Когда ты не ведешь себя противно, ты бываешь поразительно очаровательным и милым. Ты добрый и щедрый, и я не могу сосчитать, сколько раз ты меня спасал. Ты безумно любишь жизнь и зверей, и твое сердце чудесно, — она убрала волосы с его виска. — Ты — мой лучший друг. Ты знаешь меня больше всех. Я доверяю тебе жизнь, сердце и дугу. Никто не подберется так близко к тому, что ты мне даешь, — она подошла ближе. — Я заботилась об Эрике, и я была заинтересована им, но ты сам оттолкнул меня своими словами про друзей. Я хотела отомстить, и я знала, что он тебя заденет. Я думала, если ты увидишь нас с ним вместе, то передумаешь, — она провела большим пальцем по его щеке. — Это было глупо, прости. Я прошу лишь передумать. Не отбрасывай нас, Дэвид. Прошу. Ты мне нужен сильнее, чем когда-либо, и ты тоже это ощущаешь, я права? — слеза покатилась по ее щеке. Она не хотела, чтобы это произошло, но слеза не послушалась.

Дэвид притянул ее в объятия.

Мир ускользнул из-под ее ног. Ток гудел в ней, искрился. Разгорался.

Его ладони гладили ее спину, и ее кости стали жидкими.

— Ты знаешь, что я люблю тебя больше всего, но я не могу сейчас думать про нас, — он поцеловал ее в лоб и попятился. — Такие мысли путают меня. Я не могу думать. Не могу дышать. Когда я держал тебя, и мы целовались, больше ничего не имело значения, но это ведь не так. Я не могу отдаться этому, потому что этот мир существует, и он в беспорядке из-за меня и Эрика… и теперь тебя. Наследники, что не должны были пересечься. Мне нужно исправить это, Шар. Нам нужно все исправить. Для этого нужно забыть о своих желаниях и сосредоточиться. После этого, после смерти Эйнара я буду рад пойти туда, когда ты хочешь, но сейчас не время, — он провел пальцами по ее волосам. — И для меня ты как редкий бриллиант. Лучшей пробы. Простое обращение сделает тебя лишь побрякушкой из магазина, где все по доллару. Ты заслуживаешь солнце, луну и вселенную, и пока я не могу дать их тебе, мы можем быть вместе лишь в мечтах. Прошу, пойми это.

Шарлотта кивнула и проглотила ком гордости в горле. Она тихо рассмеялась.

— Мы как гладиаторы перед боем, точим мечи, а не купаемся в любви, что может прогнать все зло вокруг нас, — она задела пальцами его ладонь. — Я запомню твои слова, ты ведь это знаешь? — она посмотрела на него и улыбнулась.

Он обнял ее, и она дышала им, пока не утонула в воспоминаниях о его запахе. Его прикосновении. Она кивнула и отодвинулась от его груди. Она не этого хотела, но не была против маленьких побед. Он сделал то, чего не делал раньше. Признался в любви, и она призналась в своих чувствах к нему, и они поклялись когда-нибудь быть вместе. Она соединила обещание с цепочкой чудесных воспоминаний, что удерживала ее сердце целым. От этого ее тело заполнили спокойствие и надежда. Небеса знали, что это понадобится ей в грядущих днях. Ей нужно было сберечь цепочку.

— Что будешь делать сегодня? — спросил он.

— О, не знаю. Обрежу волосы. Накрашу ногти. Приму свой статус убийцы дракона. Начну обучение у мамы и папы. Как обычно. А ты?

Дэвид посмотрел на холм.

— Пора пропотеть мышцам, как называет это король Гильдор.

— Ты про отца.

— Ага. Еще сложно с этим, но я стараюсь. Мужчины строят стену вокруг Хаммершира. Они там, трудятся у холма с верной бравадой.

Шарлотта рассмеялась.

— С чем?

Дэвид улыбнулся.

— Так сказал мой королевский отец. Заметила, как тут отличается жаргон? Я должен привыкать к этому.

— Наверное, если ты хочешь задержаться. Ты же не собираешься остаться тут?

Дэвид обвил рукой плечи Шарлотты, повел ее через арку к замку.

— И променяю «Led Zeppelin» на клавесин и камерную музыку? Ни за что!

Они рассмеялись, трава буйствовала у их ног. 

Дэвид

 Закат окрасил небо оранжевым и красным.

Дэвид вытер пот со лба и бросил камень в руках в груду таких же. Он трудился весь день вместе с такими же страдающими, голодными и уставшими мужчинами, они разбирали куски стены, что когда-то окружала Хаммершир. Сначала он не знал, зачем им это. Эйнар все равно разрушит ее снова, но день тянулся, и такой труд оказался успокаивающим. Что с того, что Эйнар в будущем уничтожит ее? Они жили сейчас, и было приятно чинить все, участвовать в общем деле ради надежды и мира, даже если кости и мышцы протестовали.

Он прижался спиной к колонне, поддерживающей остатки стоящей стены, и посмотрел на восток. Уже несколько часов небеса над замком Берг гремели и темнели. Запах ливня доносился от Клеверной реки. Тучи грозили закрыть идеальные небеса Хирза.

Судя по прохладному ветру, вскоре холм тоже накроет ливень, и это будет даже хорошо, учитывая оставленную Шарлоттой траву.

— Зверь бушует, — сказал Трог.

Дэвид вздрогнул от голоса Трога. Рыцарь шагал к ним, чуть хромая на правую ногу.

За ним шел приемный отец Эрика по дороге к замку, инструменты были в руке, на сутулых плечах висела кожаная сумка. Он напоминал Дэвиду побитую собаку, и он не знал, говорили ли мужчины, смогли ли утешить друг друга. Укол печали задел сердце Дэвида. Они были двумя отцами одного сына. Они горевали по-разному, но в равной степени. Оба не могли открыто говорить об их связи.

До этого.

Их тайна долго угнетала их, давила на сердца. Со смертью Эрика груз пропал, но появились другие сложности. Каждый рыцарь и воин, что видел смерть Эрика, узнал, что Трог был отцом Эрика. Скоро сплетни шепотом разнесутся по коридорам замка, комнатам и всему Фолхоллоу.

Даже Сейекрад и Эйнар знали правду, ведь тоже видели гибель Эрика. Они могли знать и место Трога в королевском роду. Не важно. Эйнару хватало причин убить Трога и без того, что он — наследник. Но если они могли поверить, что он и Трог были угрозой для них, у Шарлотты будет время выполнить свою задачу, убить дракона. Но как? Он поджарит ее, не дав подобраться близко. Но она не дрожала в его присутствии на поле боя, и он не сжег ее. Может, если ее обучат магии, она станет самым опасным врагом для Эйнара. Фолхоллоу мог лишь надеяться.