Проклятие медвежонка
Шрифт:
Но Хворостова, казалось, не слышала меня.
– А ты веришь в то, что говорят о нём в университете?
Как бы я не хотела обсуждать с Тортиллой своего Ника, но любопытство взяло верх. Вдруг я узнаю о нём что-то новое. Хотя откуда ей знать о Нике?
– И что о нём говорят? – пыталась я спросить как можно безразличнее.
– Говорят, у него нет сердца! – ответила Аня, подойдя вплотную к кровати и прислонившись ухом к плакату, будто пытаясь услышать биение сердца.
– В каком смысле? – удивилась я.
– В прямом! – повернулась та ко мне. – Говорят, он и не человек вовсе! – улыбалась она как-то загадочно.
– А кто? - об этом я, честно говоря, слышала впервые.
– Не знаю! – покачала Хворостова головой. – Может быть, демон. Ты веришь в демонов?
– Не знаю! – я испугалась её взгляда. – Я никогда не думала об этом.
– Говорят, демоны – это падшие ангелы, изгнанные из рая. И они бродят по земле в поисках смысла жизни, неуспокоенные и обиженные. Разве не похоже на Никиту?
У меня мурашки пробежали от взгляда Хворостовой – было в нём что-то зловещее и пугающее.
– Успокойся! – улыбнулась она, заметив моё волнение. – Это всего лишь пустые слухи, которые он, наверное, сам и пустил для пиара.
Кто бы мог подумать, что Тортилла разбирается в таких вещах!
– Но он никогда не посмотрит на таких, как я или ты! – словно приговор зачитала она.
Вот об этом я слышала уже много раз. Наташа постоянно мозг выносит по этому поводу. И выслушивать это от Хворостовой было выше моих сил.
Я сделала вид, что не расслышала её слов, подошла к библиотеке, которая располагалась в многочисленных полках, висевших над письменным столом и по всему периметру комнаты, достала первую попавшуюся книгу, как оказалось, Флобера «Госпожа Бовари», и направилась с ней к Ане.
– Вот эту читала? - надеялась я, что она, наконец, отстанет от Ника.
– А ты хочешь? – спросила она вдруг.
Я посмотрела в её глаза. Они были неестественно чёрными с каким-то отблеском. В тот миг не Никита, а она была похожа на демона.
– Что хочу?
– Ты хочешь, чтобы Ник был твоим?
Тот же, о ком был наш странный разговор после праздничного обеда, в это самое время тоже обедал, точнее, сидел за столом одного из самых шикарных ресторанов столицы. На своём байке он направлялся именно на эту встречу, которая была для него очень важной.
– Что-нибудь желаете? – подскочил к нему тут же, не успел он сесть, молоденький официант с папкой меню в руках.
– Одно эспрессо, пожалуйста, - даже не посмотрев на официанта, ответил Ник.
Взгляд его устремился напротив, туда, где сидел почтенный господин в возрасте в дорогом сером костюме. По припаркованным у ворот ресторана авто и трём охранникам за соседним столиком можно было догадаться, что незнакомец был птицей высокого полёта. Он с укором разглядывал молодого человека, лишь только тот занял своё место. Ник же был, как всегда, прекрасен, даже в кожаном чёрно-красном мотоциклетном костюме, который идеально сидел на нём, подчёркивая его безупречную фигуру. Растрепавшиеся под шлемом волосы тоже не портили впечатления о нём, наоборот, придавая обаяния. Серебряное кольцо в его нижней губе блестело на солнце, яркие лучи которого, проникая в зал ресторана через немного задёрнутые шторы, освещали парня, создавая вокруг него ореол божественности.
Ник держался уверенно. Он смотрел прямо в глаза своему оппоненту. После минуты тишины, он, наконец, показал свою «фирменную» улыбку.
– Я вас слушаю, - в голосе Ника звучали ноты сарказма.
– Ты такой же, как и на фотографиях, - не сводя с него глаз, ответил незнакомец.
– А вы надеялись увидеть кого-то другого? – лицо Ника скривилось.
– Нет, в жизни ты страшнее, - продолжал господин, - от тебя исходит запах той гнили, что скопилась в твоей душонке.
Ник не изменился в лице, продолжая всё так же улыбаться.
– Вы пришли мне мораль читать? – откинулся он на стул, положив нога на ногу.
– Уже поздно. Тебе никакая мораль не поможет твоей душе, - монотонным голосом ответил незнакомец.
– Вы случаем не проповедник? – перекинулся Ник резко через стол, глядя в глаза собеседнику. – Что вы всё заладили: душа, душа. О своей душе я сам позабочусь. Давайте о делах!
Незнакомец бросил на стол белый конверт.
Ник взял его, открыл: там были деньги.
– Здесь всё? – спросил он, пересчитывая купюры.
– Как договаривались, - ответил господин, - триста тысяч.
– Отлично, - показал Ник ещё раз свой звериный оскал, засовывая конверт в карман брюк.
– Подпиши здесь, - протягивал незнакомец ему лист бумаги, доставая при этом ручку из внутреннего кармана пиджака.
– Это зачем?
– Подстраховаться! Если вдруг передумаешь!
– Я не буду ничего подписывать! – так и не дождавшись своего кофе, Ник встал из-за стола. – Пусть я и не ангел, как вы заметили, но я хозяин своего слова. Если я сказал, что больше не подойду к вашей дочери, то так и сделаю. Но не факт, что она оставит меня в покое, - последние слова Ник произнёс полушёпотом.
– Ты – мерзавец! – господин сжал руки в кулаки.
– А вы лучше? Вы выкупаете у меня свою дочь.
– Как ты мог так поступить? – голос мужчины дрожал. – Ведь Аня – совсем ещё девочка!
– Девочка? – переспросил Ник. – Ха-ха-ха. Вы так думаете?
– Не смей говорить плохо про мою дочь!
– мужчина тоже поднялся из-за стола.
Охранники напряглись за соседним столиком.
– Нужно лучше следить за детьми! - ответил Ник.
– Да как ты смеешь! Учить меня! Сопляк!
– «Хочешь жить – умей вертеться» - разве вы живёте не по этому принципу? Ни за что не поверю в вашу честность и порядочность.
Ник сделал несколько шагов, затем обернулся к незнакомцу.
– В скором времени я порву все отношения с вашей девочкой, - выделил он последнее слово.
– Если ты не сделаешь этого, я убью тебя.
– А вот угрожать не надо! – перебил его Ник.
– Собирая обо мне досье, вы же нашли список моих друзей, и знаете, кто стоит за мной. Не так ли?