Чтение онлайн

– Она предупредила, что сегодня у неё будут гости. Родители уехали – и вы решили погулять? – ехидничала та.

– Как-то так, - не знала, что ей и ответить.

– Вы там не очень шумите! – говорила Анна Ивановна так громко, будто не только она, а все вокруг плохо слышат. – Чтобы потом родителям соседи не пожаловались.

– Хорошо, Анна Ивановна!
– так же громко сказала я. – Постараемся!

Смотрите, какая добрая – предупреждает! Вообще, она бабка хорошая: всегда ласковая такая, поболтает о том, о сём. Да и жители дома её любят. Наташа сказала, она на посту здесь с момента постройки дома, так сказать «ветеран труда».

Поднявшись на семнадцатый этаж, уже через минуту я звонила в нужную дверь. Её мне открыла домработница Люся, чуть помладше Анны Ивановны, но тоже пенсионерка. Люся тоже сто лет работала у Степановых. Она придерживалась поговорки «Меньше знаешь – крепче спишь» и поэтому была на хорошем счету.

– Пришла, наконец, - бежала встречать меня Наташа по коридору.

Она чуть не сбила с ног домработницу, бросилась мне на шею и не выпускала из своих объятий, лишив меня доступа кислорода.

– Пусти! Я же задохнусь! – только и смогла вымолвить я.

Наташа расслабила руки.

– Ладно, раздевайся быстрей и в мою комнату, - отпустила она меня, наконец. – Люся! Люся! – звала она домработницу.

– Да, Наташенька! – отозвалась та из кухни.

– Тебе ещё долго?

– Минут пятнадцать осталось.

– Ну, давай быстрее и можешь быть свободной! Стол накрывает для нас, – пояснила подруга, - Всё? Готова? – взяла она меня за руку и потащила в комнату.

Квартира у Степановых была раза в три больше нашей. В одном только коридоре жить можно было. Там умещался кожаный диван шоколадного цвета, такое же кресло и огромная пальма в горшке. Помимо огромной кухни, гостиной, кабинета, у всех были свои комнаты и ещё комната для гостей.

– А куда твои родители уехали? – спросила я, переступив порог Наташиной комнаты.

– В Прагу. Отец - в командировку. А матушка за ним потащилась. Ты же знаешь, она не оставляет его одного.

– Надолго?

– Да нет, до понедельника! Так что да здравствует свобода! - вскочила на кровать Наташа и запрыгала, прямо, как я в детстве делала. Сейчас на моей кровати уже не попрыгаешь – размер не позволяет. А вот Наташину кровать мама назвала бы аэродромом, если бы только увидела.

Комната её была в светло-бежевых тонах. Рядом с кроватью, занимавшей почти половину площади, на оставшейся половине стоял огромный шкаф-купе до потолка, туалетный столик с зеркалом, письменный стол с компьютером, кремовое мягкое кресло, два фикуса Бенджамина с меня ростом в белых керамических горшках. Сложно даже сказать, сколько метров была эта комната. Огромное окно, занавешенное шторами с бежевыми мишками, придавало уют. А многочисленные лампочки в виде свечек вместо обычной люстры, как у меня, с советских времён, делали комнату похожей на маленький дворец принцессы.

– Поторопимся! А то скоро гости придут! – слезла Наташа с кровати и подошла к шкафу.

– А родителям сказала про гостей?

– А как же! В прошлый раз скрыла, так они всё равно от соседей узнали. Мне же и влетело! Так что сегодня у нас законная вечеринка! – выделила Наташа последние два слова.

– А кто придёт? – задала я вопрос, который меня больше всего мучал.

– Увидишь! – загадочно ответила подруга.

– Ну что? Начнём делать из тебя королеву? – Наташа доставала из шкафа платья, прямо с вешалкой прикладывала ко мне, потом одни вешала обратно, а другие бросала на кровать.

Когда платья кончились, а их было не менее тридцати, точно, она закрыла шкаф и подвела меня к отложенным нарядам.

– Думаю, что-нибудь из этого. Ты туфли принесла?

– Да, в сумке.

– Какие?

– Бежевые на шпильке.

– Отлично. Значит, вот эти, - подняла она несколько платьев с кровати, отправив их обратно в шкаф, - отпадают.

– Наташенька, - раздался голос за дверью.

– Да, Люся, заходи.

В дверях появилась домработница.

– Я всё расставила. Горячее в духовке.

– Спасибо, Люсечка, можешь идти домой, - прикладывая ко мне перед огромным зеркалом шкафа ярко-фиолетовое платье с кремовыми цветами, даже не обернувшись к двери, ответила Наташа.

– Хорошо! До завтра! Приятного вам времяпровождения!

– Спасибо, Люся! – ответила та.

– Спасибо! До свидания! – попрощалась и я тоже.

– Ну, как тебе это?

Платье было супер! На Наташе я его ни разу не видела. Да и где? Она ходила в таких нарядах по клубам, где я была только один раз в жизни. И тот раз удачным назвать было нельзя!

– Мне нравится, - улыбалась я.

– Тогда быстро надевай! Будем делать лицо и причёску!

Через двадцать минут я была готова. Ох, если бы только мама видела бы меня в ту минуту! У неё инфаркт бы случился, не иначе. Платье еле-еле прикрывало самые выдающиеся, в прямом смысле слова, места, как сверху, так и снизу. Да ещё на спине была кремового цвета гипюровая вставка, так, что было видно, какого цвета моё нижнее бельё.

– А это не чересчур? – заикаясь, взглянула я на подругу.

– Самое оно! – подняла она кверху большой палец.

Я продолжала стоять у зеркала и не узнавала себя. Волосы мои, забранные сверху и начёсанные, напоминали «папаху» Аделины Игнатьевны. Чем-то я была на неё похоже, наверное, боевым раскрасом.

– Красавица! – подытожила Наташа.

И я немного успокоилась, поверив подруге.

– Кстати, - обняла она меня за плечи, – нужно что-то решать с Домбровским!

– Может, не надо? – за ночь я поняла, что погорячилась с местью.

– Ты опять? – строго взглянула на меня подруга.

– Ну и что ты придумала? – спросила я чуть слышно, боясь услышать ответ.

– Ладно! Скажу тебе! Хотела чуть позже, но не могу удержаться! – посадила она меня на кровать и села рядом.

– Помнишь, я рассказывала тебе про друга Алика, ну крутого такого. Отец у него ещё банкир.

– Нет, не помню. Ты мне про кого только не рассказывала.

– Ну, вспомни, Сева Макарский. Он учился у нас в универе. Потом уехал в Лондон за своей девушкой. Помнишь?