Чтение онлайн

Он роняет перо и откидывается на спинку кресла, и печаль в его взгляде резонирует с болью в моем сердце.

— Я думал, ты спишь.

Я останавливаюсь перед его столом и качаю головой.

— Нет. Я уже несколько недель не могу заснуть. — Он напрягается, в его глазах мелькает чувство вины, и я качаю головой. — Я так привыкла к твоим объятиям, что не могу заснуть, когда тебя нет рядом.

Его глаза блуждают по моему лицу, как будто он не может поверить, что я стою перед ним.

— Что ты делаешь так поздно? — спрашиваю я, опуская взгляд на бумаги на его столе.

Феликс глубоко вдыхает, подталкивая ко мне лист пергамента.

— Это то, о чем ты просила, когда мы пришли к соглашению. Я готов выполнить твою просьбу.

Я поднимаю документ, и мое сердце замирает.

— Документы об аннулировании брака, — шепчу я. Я смотрю на него в шоке. — Почему?

— Я получил отчеты из городов, которые мы посетили. Земля нагревается, и снег растаял почти везде. Больше нет сообщений о стихийных бедствиях или несчастьях. Твой огонь сдерживает проклятие, как мы и предполагали. Я попросил колдунов из наших убежищ посетить пострадавшие районы и помочь вырастить урожай, и результаты обнадеживают. Когда я просил тебя о помощи, я сказал, что отпущу тебя, если ты сможешь помочь мне ослабить влияние проклятия на мой народ, и ты сделала именно это. Я не могу просить у тебя большего. Я увез тебя из твоего королевства, от мужчины, которого ты любишь, и, несмотря на это, ты дала моей стране больше, чем мы могли просить. Единственное, что я могу предложить тебе в ответ, — это свобода.

Я смотрю на него, чувствуя, как гнев поднимается из глубины моего живота, пока не начинаю ощущать давление в голове. Я поджигаю пергамент и смотрю, как он сгорает дотла, а затем отряхиваю руки.

— Я не имела в виду ни одного слова, которое сказала тебе о Натаниэле, Феликс. Я была злая, потому что ты отталкивал меня. Я была обижена и решила в отместку обидеть тебя. Ты, может, и говорил мне, что борешься с последствиями проклятия, но никогда не рассказывал, насколько все плохо. Вместо того чтобы продолжать доверять мне, ты отдалился, заставляя меня гадать, что у тебя на уме.

Он кивает, вытаскивая еще один лист пергамента.

— Полагаю, мне придется составить еще один документ, — говорит он безэмоциональным голосом.

— Можешь, если тебе так хочется, но знай, что я сожгу и его.

— Арабелла, это же то, о чем ты просила, не так ли?

Я отворачиваюсь.

— Феликс, я просила об этом еще до того, как узнала тебя. С тех пор мои мечты и желания изменились. Наш брак стал настоящим. Когда-то ты попросил меня дать нашему браку шанс, и теперь я прошу тебя о том же.

— Я дал ему шанс, — говорит он, — но мы не смогли сломать проклятие. Я не вижу смысла продолжать эту комедию. Ты молода, Арабелла. У тебя впереди вся жизнь, но не здесь, не со мной. Ты не единственная, кто заглянул в Зеркало Пифии и спросил, что нас ждет в будущем.

Я замираю, по спине пробегает холодок, когда я вспоминаю слова Пифии.

— Если ты останешься здесь, ты умрешь, Арабелла. Я видел, что тебя ждет в будущем, если ты уйдешь, и твое счастье — в Альтее. Думаю, мы с тобой всегда это знали. Ты всегда была предназначена вернуться домой, к жизни, которая ждет тебя там. Я не могу быть рядом с тобой. Даже когда ты стоишь здесь, передо мной, я чувствую, как во мне поднимается тьма. Подозреваю, что она знает, что именно ты ее сдерживаешь, и я не могу защитить тебя от нее, не тогда, когда она живет во мне.

Твоя кровь прольется на этот пол, и ты потеряешь жизнь.

Как бы я ни хотела остаться, я не могу. На мгновение мне показалось, что мы победили проклятие, избавив наш народ от вреда, который оно причиняет... но каждая победа сопровождается сокрушительным личным поражением. Я должна была знать, что мы не сможем победить. Не по-настоящему.

Я смотрю в глаза Феликса, его выражение лица нечитаемо. Я глубоко вдыхаю, опуская взгляд на стопку пергаментов на его столе, и поворачиваюсь, щелкая пальцами, погружая его стол в пламя, когда ухожу.

Это не успокаивает мое больное сердце, но мне приносит умиротворение осознание того, что ему будет трудно составить новые документы сегодня вечером.

Глава 47

Арабелла

Я просыпаюсь от шума в своей комнате и в шоке сажусь, только чтобы обнаружить, что моя одежда летает по комнате, складывается и падает в открытые чемоданы. Я оглядываюсь, но это, похоже, не дело рук Феликса.

Мое сердце учащенно бьется, когда я прислоняюсь к изголовью кровати, не шевелясь, пока мои вещи парят по комнате и сами складываются. Мне нужно несколько секунд, чтобы понять, что происходит.

— Ты тоже, Дворец? — шепчу я. — Ты тоже хочешь, чтобы я ушла, да?

Все останавливается на месте, и мои вещи медленно опускаются на пол, и на мгновение я почти готова поклясться, что чувствую печаль дворца. Я улыбаюсь, когда мои занавески качаются слева направо, словно дворец пытается покачать головой.

— Тогда почему ты складываешь мои вещи, если я еще даже не решила, ухожу ли я?

Я поднимаю руку к сердцу, когда магия концентрируется в центре комнаты, мерцая золотом, пока передо мной не появляется женщина с прозрачной кожей. Что она такое? Призрак? Я смотрю на нее в шоке, не в силах отвести взгляд. Она прекрасна, с длинными золотыми волосами и красивыми изумрудными глазами, золотое платье делает ее неземной.

— Кто ты? — спрашиваю я дрожащим голосом.

Она улыбается мне.

— Ты всегда называла меня дворцом, и это все, чем я являюсь. Физическим воплощением стен, которые окружают тебя. Я собираю твои вещи, потому что хочу, чтобы ты жила, Арабелла. Я хочу, чтобы Феликс избавился от мучений. Если ты останешься здесь, я потеряю тебя, а со временем потеряю и Феликса. Достаточно того, что ты жива и счастлива где-то в этом мире. — Она делает паузу, и ее кожа становится более прозрачной, почти как будто она борется, чтобы остаться материальной. — Если ты умрешь, проклятие заберет Феликса. Оно пытается укорениться в нем, и если ему это удастся, это будет конец мира, каким мы его знаем. Феликс исчезнет, и мы никогда его не вернем. Если ты останешься, вы оба умрете.

Она исчезает из виду, а мои вещи поднимаются в воздух, пока она продолжает паковать мои чемоданы. Я опускаюсь на пол рядом с кроватью, сердце болит. Я даже не знаю, когда изменились мои желания и потребности. Когда возвращение домой перестало быть тем, чего я жаждала?

Свечи возле ванной мерцают, и я встаю, понимая намек. Я никогда не знала, что дворец может принимать форму, и теперь у меня осталось еще больше вопросов, чем когда я ложилась спать.

К тому времени, когда я выхожу из ванной, все мои вещи уже упакованы, а на кровати лежит одежда для верховой езды, а рядом — перчатки, которые мне подарил Феликс. Мое сердце разрывается, когда я надеваю одежду в цветах Феликса, а золото на моем пальто меняет узоры, переходя от герба Элдирии к гербу Феликса, снова и снова. Раньше я любила смотреть на это, но сегодня мне больно от осознания, что я не буду принадлежать ни тому, ни другому, как только выйду из этого дворца.

Меня вырывает из раздумий стук в дверь, и она распахивается, прежде чем я успеваю прибегнуть к своим воздушным силам. Входит Элейн, в ее глазах отражается та же боль, что и в моих.

— Ты уезжаешь.

Я киваю, и она подходит ко мне, беря меня за руки.

— Я должна, Элейн.

— Феликс рассказал мне, что сказала Пифия, — шепчет она. — Я понимаю, что ты должна уйти, но я буду скучать по тебе больше, чем ты можешь себе представить. Я просто... Я искренне верила, что любовь сломает это проклятие. Я верила в это всем сердцем.