Чтение онлайн

– Чего изволите? – в узком окошке показалась голова владельца.

Туран подошёл ближе. Такое впечатление, будто на серую конторскую рубашку надвинули пухленькое личико со вторым подбородком. На макушке ёжик коротких волос, а на мясистом носу маленькими прожекторами сверкают круглые очки.

В эмоциональном фоне владельца читается настороженность. Сначала он оценил посетителя на предмет угрозы. Ни топора, ни обреза в руках у Турана нет, только тонкий кожаный портфель для бумаг. Следом последовала оценка платёжеспособности. Добротное пальто, отглаженные брюки и начищенные ботинки обрадовали владельца.

– Доброе утро, - Туран вытащил из кармана удостоверение со значком. – Туран Атиноу, сыскная полиция, помощник старшего следователя утуса Бизина. Я могу задать вам несколько вопросов?

– Да, да, конечно, - оба подбородка владельца «Последней надежды» плавно качнулись.

Внешне владелец остался невозмутим, но в его эмоциональном фоне вспыхнула неприязнь. Будто строгий папа заставил его в качестве наказания съесть банку ядрёной горчицы. Остаётся надеется, что подобный настрой придаст владельцу желание говорить. Хотя бы ради того, чтобы поскорей выпроводить неприятного гостя. Туран убрал удостоверение в карман.

– Представьтесь, пожалуйста, - Туран положил блокнот на прилавок.

– Сервий Влагич Панкор, - ответил владелец. – Моя лицензия в полном порядке. Я вовремя и в полном объёме плачу налоги.

Владельцы различных заведений, начиная с мелких лавок, трактиров и до респектабельных магазинов, очень любят подчёркивать наличие лицензии и отсутствие задолженности по налогами. Некоторые особо трусливые поминают о вовремя почищенных дымоходах и чистоте туалетов.

– Не сомневаюсь, уважаемый, не сомневаюсь. Но я не по этому поводу, - заверил Туран.

На сердце у владельца ломбарда тут же отлегло.

– Вы знакомы с Лассом Амносом, младшим сыном купца Влига Амноса? – спросил Туран.

– Да, - не долго думая, ответил утус Панкор. – Он является моим постоянным клиентом.

Последнюю фразу утус Панкор произнёс так, словно хотел показать под присягой: «Никакие мы не друзья».

– Утус Ласс Амнос заходил к вам вчера вечером?

– Да, около восьми часов.

Наконец-то! Туран быстро прикинул время. Если Влига Амноса грохнули в семь, то у Ласса Амноса было время сдать награбленное и отчалить в «Золотой индюк».

– Предвижу ваш следующий вопрос, - быстро произнёс утус Панкор. – В качестве заклада он принёс золотые цепочку и серёжки. Я дал за них 250 виртов.

Туран сдвинул брови и вопросительно уставился на владельца.

– Об убийстве купца Влига Амноса сообщил «Курьер», я читаю утренние газеты. Неизвестный разбил голову Влига Амноса топором, вскрыл большой сундук с двумя тысячами виртов и похитил килограмм золотых украшений.

Газетчики, тиражей ради, как обычно слегка приукрасили действительность. Зато избавили от лишних расспросов.

– Скажите, - Туран перевернул исписанный листок, - Ласс Амнос принёс вам золотую цепочку с кулончиком в виде змеи и серёжки в комплекте в виде змеек?

– Они самые.

Внешне утус Панкор ничуть не изменился, зато внутри аж позеленел от огорчения, как будто ту самую банку ядрёной горчицы ему предстоит намазывать на листья тухлой капусты.

– К сожалению, мне придётся изъять их для опознания. Угорой Юрлой Амнос они заявлены как украденные. Будьте добры.

Утус Панкор, тихо сопя от огорчения, поплёлся в глубины «Последней надежды». От эмоционального фона владельца веет такой печалью, таким горем, будто в один день он похоронил любимых родителей, жену, да ещё и землю продал.

Пока утус Панкор скрипел несгораемыми дверцами и стучал ящикам, Туран вытащил из портфеля чистый лист бумаги и набросал акт изъятия. Вот где сгодилась рутина. За пару месяцев исписал столько бумаги, столько, что составление простенького акта давно превратилось в рутину.

– Вот они, - утус Панкор выложил на прилавок цепочку с кулончиком и серёжки. На миг мелькнули его руки в чёрных нарукавниках и пухлые ладошки.

– Если желаете, то можете сами занести их в Управление полиции, - предложил Туран. – Вам всё равно предстоит явиться ко мне для дачи официальных показаний. Я выпишу вам направление.

Нехорошо получилось. Несложное следственное действие нанесло владельцу ломбарда урон в двести пятьдесят виртов. По закону украденные вещи подлежат возврату владельцу. Держатели заклада, как правило, остаются при собственных интересах.

– Нет уж, забирайте, – решительно заявил утус Панкор.

Над прилавком мелькнула пухленькая ладошка, которая уволокла акт изъятия в недра ломбарда.

– Так! Подождите. А где остальное? – спохватился Туран.

– Что вы имеете ввиду? – душа утуса Панкора покрылась изморозью.

– Остальное. Неужели Ласс Амнос принёс вам только это? – Туран показал на цепочку и серёжки.

– Только это, - настойчиво заявил утус Панкор. – Остальные драгоценности из сундука своего батюшки он закопал в лесу.

Голос владельца ломбарда звенит от сарказма. Действительно, если бы Ласс Амнос завладел содержимым несгораемого сундука своего отца, то вряд ли бы у него возникла нужда закладывать украшения матери, то же, между прочим, краденные.

– Вы уверены, что Ласс Амнос ничего, кроме этой цепочки и серёжек, вам не приносил? – на всякий случай уточнил Туран.

– Абсолютно, – утус Панкор не пробиваем. – Я даже больше вам скажу: с некоторых пор младший Амнос регулярно таскает мне драгоценности своей матери. Эту цепочку и серёжки он приносил раза три-четыре.

– Неужели каждый раз выкупал обратно? – усомнился Туран.

– Куда там! – отмахнулся утус Панкор. – Обычно угора Амнос приходила за ними. А один раз сам утус Влиг Амнос явился. Причём, прошу заметить, ни он, ни она даже не пикнули о краже.

Вот оно как получается: когда городские ростовщики наотрез отказали Лассу Амносу в новых кредитах, он нашёл другой источник доходов – воровать украшения родной матери. Любящим родителям не оставалось ничего другого, как выкупать их обратно. Прав был старший Никар Амнос: младший Ласс тянет семью в пропасть. Влиг Амнос богатый купец, но не настолько же, чтобы каждый день давать глупому отпрыску по две зарплаты городового.

Впрочем, на этот раз цепочку с кулончиком и серёжки Ласс Амнос всё же «украл» – будет чем надавить на него.

– Это ещё не всё, – пухлое личико утуса Панкора качнулось в узком окошке. – Ласс Амнос так же регулярно просит у меня в долг. Просто так. Под пустую бумажку с его фамилией.

– И даёте? – наивно поинтересовался Туран.

– Ни за что! – утус Панкор гордо выпрямился и расправил плечи. – Заклад. Проценты вперёд. И никакой бумаги.

Потеря двух с половиной сотен виртов разозлила владельца не на шутку. В подобном состоянии люди с удовольствием рассказывают друг о друге всякие гадости. В особо тяжёлом случае готовы и отца родного сдать. Нужно ловить момент, Туран схватил карандаш и принялся быстро записывать.