Чтение онлайн

— Настоящий... — прошептала я, поднимая свою перепачканную в засохшей крови ладонь и касаясь его щеки.

Раэлар зажмурился. Он подался навстречу моей руке, прижимаясь лицом к моей ладони, словно изголодавшийся зверь к источнику воды. Его дыхание было прерывистым и горячим.

— Я чуть не потерял тебя, — выдохнул он, и в его голосе прозвучала такая уязвимость, что у меня перехватило дыхание. Но уже в следующую секунду уязвимость сменилась жесткой, собственнической властью. Он резко открыл глаза. — Но теперь ты здесь, в моем мире. По эту сторону амальгамы. И здесь, моя непокорная заноза, правила устанавливаю я.

Он выпрямился.

Его взгляд скользнул по моей одежде. Точнее, по тому, что от нее осталось. Мой боевой кожаный корсет был пробит насквозь, залит моей же кровью и кислотой, которая прожгла в нем дыры. Штаны были изодраны на коленях. Я выглядела как жертва кораблекрушения, выброшенная на берег.

Лицо принца брезгливо скривилось.

— В моем дворце нет места для человеческой грязи и гнилых тряпок, — холодно констатировал он.

Раэлар даже не прикоснулся ко мне. Он просто повел длинными пальцами в воздухе, словно дирижер невидимого оркестра.

Тени, скопившиеся в углах черного мраморного зала, внезапно ожили. Они метнулись ко мне, превращаясь в тонкие, извивающиеся щупальца, сотканные из полумрака.

— Эй! Что ты делаешь?! — возмутилась я, пытаясь сесть, но щупальца мягко, но непреклонно прижали мои плечи к постаменту.

— Избавляю тебя от мусора, — невозмутимо ответил эльф.

Теневые жгуты скользнули по моему телу. Они действовали как острые лезвия и нежный шелк одновременно. Один щелчок — и толстая кожа корсета разлетелась на куски, растворяясь в воздухе. Еще одно движение его пальцев — и тени вспороли ткань моих штанов, стаскивая их с моих ног и уничтожая без следа.

За считанные секунды я осталась на черном, холодном алтаре абсолютно, кристально обнаженной.

Я инстинктивно попыталась прикрыться руками, чувствуя, как кровь приливает к лицу. Одно дело — дразнить его сквозь стекло, зная, что он не может дотянуться. И совершенно другое — лежать голой перед всемогущим древним высшим на его собственной территории.

— Убери руки, Ева, — его бархатный голос окутал меня, парализуя волю похлеще любого гипноза. — Я видел каждый дюйм твоего тела. Я выучил его наизусть, пока сходил с ума в своей тюрьме. Но сейчас... сейчас я могу дотронуться до него.

Я медленно опустила руки вдоль тела, сдаваясь. Мое сердце колотилось где-то в горле.

Только сейчас, оставшись без одежды, я поняла, где именно мы находимся.

Я приподнялась на локтях, оглядываясь по сторонам, и у меня перехватило дыхание.

Это был не просто зал, это был Лабиринт. Бесконечное, уходящее в невообразимую даль пространство, состоящее из тысяч, миллионов гигантских зеркал. Они образовывали коридоры, арки, купола, и в каждом из этих зеркал, под каждым немыслимым углом, отражались мы.

Я видела свое бледное, обнаженное тело, лежащее на черном кристалле, с сотни разных ракурсов. Сверху, снизу, сбоку. Бесконечная анфилада отражений, в которой моя уязвимость была многократно усилена. Я видела изгиб своей спины, растрепанные волосы, вздымающуюся грудь.

И я видела его. Раэлар возвышался надо мной в каждом зеркале, доминирующий, темный, пожирающий меня взглядом. Это был вуайеризм и эксгибиционизм, возведенные в абсолют, помноженные на бесконечность.

— Это... безумие, — прошептала я, чувствуя, как у меня кружится голова от сенсорного перегруза. — Где мы?

— Это зазеркалье. Карманное измерение, созданное советом для моей вечной изоляции, — Раэлар сделал шаг ко мне, его сапоги беззвучно ступали по черному стеклу пола. — Они думали, что запрут меня в пустоте, но магия высших адаптивна. Пространство здесь пластично, оно подстраивается под того, кто им владеет. Оно отражает разум.

Он подошел вплотную к алтарю и посмотрел на меня сверху вниз.

— И знаешь, что отражает этот лабиринт, Ева? — его голос понизился до хриплого шепота. — Он отражает то, о чем я думал последние недели. Тебя, твою обнаженную кожу, твои стоны.

Словно повинуясь его словам, зеркальный зал вокруг нас начал неуловимо меняться. Жесткий, холодный свет стал приглушенным, интимным. Черный постамент подо мной дрогнул и начал менять форму. Твердое стекло трансформировалось, расширяясь, покрываясь слоями густого, мягкого бархата цвета ночного неба. Холод исчез, сменившись обволакивающим теплом.

За пару секунд алтарь превратился в гигантское, роскошное ложе, достойное императорского дворца, утопающее в подушках и шелковых простынях.

Я ахнула, проваливаясь в мягкость постели.

— Твои мысли... весьма однозначны, принц, — я попыталась усмехнуться, хотя голос дрожал от возбуждения. — Решил устроить мне экскурсию по своим грязным фантазиям?

Раэлар оперся коленом о край кровати. Его глаза, снова ставшие темными, бездонными омутами, поглощали меня.

— Мои фантазии были грязными, пока между нами было стекло, — пророкотал он. — Теперь они станут реальностью. Ты сама сказала: «только через мой труп». Ты пролила за меня кровь. Ты отдала мне свою жизнь, ведьма. По законам древней магии... ты теперь моя. Полностью. Абсолютно.

Он навис надо мной, блокируя свет, блокируя весь мир. Его руки легли по обе стороны от моей головы, вжимаясь в мягкий бархат.

— Раэлар... мы в ловушке, — попыталась я включить остатки человеческой логики, чувствуя, как его горячее дыхание обжигает мои губы. — Зеркало в моей лавке сломано. Как мы выберемся отсюда?

— Плевать, — жестко отрезал он. Его губы скользнули по моей щеке, спускаясь к мочке уха. — Пусть внешний мир сгорит дотла. Пусть совет ищет меня целую вечность. Сейчас меня волнует только одно.

Он прикусил мою мочку, и я выгнулась, сжимая кулаки в шелковых простынях.

— Я ждал этого момента каждую секунду, Ева, — шептал он, и каждое его слово вибрировало прямо в моем центре удовольствия.

Его рука скользнула вниз, по моей талии, жестко обхватывая бедро и закидывая мою ногу на себя. Я оказалась полностью открытой перед ним.

— Посмотри в зеркала, — приказал он властно.

Я инстинктивно повернула голову. На огромной зеркальной стене сбоку от нас я видела четкое, безумно эротичное отражение: бледная, раскинувшаяся на бархате девушка и нависающий над ней темный, могущественный мужчина, контролирующий каждое ее движение.