Проклятый рыцарь
Шрифт:
— Договорились! — быстро кивнул он, поняв, что я вовсе не шучу.
Затем он порылся в кармане своего халата и достал оттуда что-то вроде небольшого пульта, вроде тех, которыми открывают гаражи, и нажал на кнопку. Что-то щелкнуло и одна из стенных панелей бесшумно отъехала внутрь.
— Вот это другой разговор! — повеселел я. — Идем, и чтобы без глупостей!
Глава 30. Детки в клетке
За потайной дверью оказался еще один коридор, только существенно более длинный. Наша троица проследовала по нему. Когда мы наконец-то добрались до конца, то нас ждала очередная дверь с кодовым замком. Доктор быстро набрал код, дверь открылась, а за ней оказалась довольно просторная комната, которая была заставлена… клетками с людьми!
Если точнее, то из нескольких десятков клеток в данный момент было занятно только две — двое подростков, юноша и девушка, уставились на нас испуганными, затравленными взглядами. Кажется, мы нашли доноров, органы которых использовались для того, что вернуть здоровье и спасти жизнь тех, кто мог за это заплатить. Вот только платой за спасение жизни были не только деньги, но и чужая жизнь, жизнь невинного человека.
— Габриэль, мы должны идти — они скоро будут здесь! — вывела меня из ступора Аннабель.
— Но мы не можем бросить их здесь! — кивнул я головой на пленников.
— Можно будет вызвать полицию, когда выберемся!
— За то время, что полиция, в том случае если там нам вообще поверят, будет добираться сюда, они могут избавиться от своих жертв! — возразил я. — Нет, мы должны забрать их с собой!
И в этот момент послышался какой-то грохот и чьи-то далекие крики. По всей видимости, моя баррикада наконец-то пала под натиском охраны этой подпольной клиники.
— Док, вы можете как-то заблокировать замок двери с этой стороны? — быстро спросила Аннабель.
— Нет! — отрицательно покачал головой тот.
— Габриэль, мы должны уходить — у нас просто нет выбора! — обратилась Аннабель уже ко мне.
Вместо ответа я закрыл дверь, а затем со всей силой ударил кулаком по кодовому замку — тот разлетелся вдребезги.
— Готово! — сказал я, подергав ручку и убедившись, что дверь закрыта. — Это задержит их еще на какое-то время!
На самом деле я вовсе не был уверен в результате своих действий — просто несколько раз видел такой трюк в кино. Правда там замок обычно разбивали либо выстрелом, либо прикладом автомата, а не голой рукой, подумал я, разглядывая окровавленные костяшки пальцев.
— Стой! — крикнула Аннабель, видя, что я уже вознамерился попытаться силой открыть замки, на этот раз не кодовые, а самые обычные, навесные, у клеток. — Наверняка у нашего доброго доктора есть с собой ключи!
Вместо ответа «добрый доктор» и вправду достал из кармана халата ключи и открыл замки на обеих клетках.
— Вылезайте, ребята! — ласково сказал я, видя, что пленники в каком-то оцепенении лишь стараются забиться в дальний угол своей тюрьмы, вместо того, чтобы выбраться на свободу. — Они вам больше ничего не сделают!
Ноль реакции на мои слова — лишь выражение ужаса на лицах обоих.
— По всей видимости, их тут чем-то пичкают, каким-то успокоительным, чтобы не шумели и не создавали лишних проблем, — предположила Аннабель. — Я ведь права? — обратилась она к человеку в белом халате.
Доктор лишь угрюмо кивнул, подтверждая ее догадку. Пришлось мне вытаскивать их силой.
— Ведите нас дальше, док! — приказал я, сжимая руки бывших пленников.
Тот кивнул и торопливым шагом направился в противоположный конец комнаты, где находилась очередная дверь. Естественно, тоже закрытая. Открыв которую, мы обнаружили не очередную комнату или коридор, а самую обычную лестницу, ведущую наверх.
Наверху нас опять ждала дверь и доносившийся за ней гул голосов. Я приготовился к схватке, но когда и эта дверь распахнулась, на нашу компанию недоуменно уставились… несколько подростков! Комната, где мы оказались, была похожа на большую гостиную дома, в котором устроили общежитие. Да так оно собственно и было — вот только это оказалось общежитие и ночлежка для трудных подростков. Двое из них, до того, как мы помешали им своим вторжением, смотрели телевизор, двое оживленно болтали, а еще один весьма увлеченно ковырялся в своем телефоне.
— Меган, Корри?! — наконец-то спросил тот, который играл на телефоне, после того как две наши группы целую минуту увлеченно играли в молчанку и обмены взглядами. — А Майкл и Анна сказали нам, что вы убежали!
Дальше в ходе короткой, но весьма увлекательной беседы выяснилось вот что — Майкл и Анна, муж и жена, кстати, открыли приют для подростков, оказавшихся в сложной ситуации. Как правило тех, кто сбежал из дома — юные попрошайки и бездомные могли прийти сюда и попроситься на ночлег. Или даже остаться на несколько дней. Пускали почти всех желающих, при наличие свободных мест, конечно. Требовалось лишь соблюдать несколько простых правил — никакого оружия, никаких запрещенных препаратов и никаких драк. А дальше по-разному — тем, кто соглашался, чтобы ему помогли, Анна и Майкл вызывали службу социальной защиты, которая затем либо возвращала детишек в их семьи, либо помещала в интернат, где они могли жить до совершеннолетия. Те же, кто отказывался от помощи, возвращались к жизни на улице, время от времени вновь приходя переночевать под гостеприимный кров — особенно зимой, когда ночи так холодны.
В любом случае, силой тут никого не держали и ни полиции, ни сотрудникам социальной службы не сдавали. Так по крайней мере думали дети до сих пор. На деле все оказалось куда как хуже. Добренькие супруги высматривали среди детишек тех, кто выглядел поздоровее, и, улучив момент, под тем или иным благовидным предлогом, как правило поздним вечером или ночью, заманивали их на экскурсию в подвал, который в обычное время всегда был закрыт. А там их уже ждали добрый доктор и его подручные, которые хватали детишек, кололи им успокоительное и запихивали в клетки. Где они и жили, до тех пор, пока в клинику не приходил очередной клиент, которому срочно требовалось новое сердце, печень или почки.
И ведь как все складно у них получалось! Остальным подросткам говорили, что их приятели просто ушли, решили вернуться на улицу — дело для бродяг вполне обычное. Заявление о пропаже в полицию также писать было некому. А у большинства подростков, пусть и ведущих асоциальный образ жизни, все-таки большинство внутренних органов еще относительно здоровые. Страшно даже подумать, сколько лет все это уже продолжалось, и сколько подростков пропало за это время!
Стало понятна и связь Дариуса с этим заведением — именно он направлял сюда львиную долю клиентов, умело выискивая среди посетителей своего клуба тех, у кого были проблемы со здоровьем и предлагая им помочь решить их проблемы. Естественно, делал он это вовсе не по доброте душевной — владелец клиники платил ему весьма щедрый процент за каждого клиента. А дальше уже те, кто получил такую вот тайную медицинскую помощь приводили своих друзей и родственников в медицинский центр красоты и здоровья Кристофера Нолана.
Вот только что мне теперь делать со всем этим? Владельцев этой ночлежки как назло дома не было — они куда-то уехали по своим делам. Как выяснилось, они часто так делали, показывая насколько сильно они доверяют своим «постояльцам». Ну, это-то и понятно, ведь по большому счету им было глубоко плевать, даже если бродяжки что-нибудь и украли бы, пока их не было — ведь те деньги, что владельцы клиники платили им в качестве награды за каждого подростка, с лихвой бы компенсировали все подобные потери.