Чтение онлайн

Генеральный прокурор Союза ССР наделялся правом законодательной инициативы.

Закон устанавливал систему органов прокуратуру и их организацию, которая включала: Прокуратуру Союза ССР; прокуратуры союзных республик, автономных республик, краев, областей; прокуратуры городов, действующих на правах прокуратур областей; прокуратуры автономных областей, автономных округов; районные, городские прокуратуры. В систему органов прокуратуры были также включены военные прокуратуры, транспортные и другие прокуратуры, приравненные к прокуратурам областей, районным или городским прокуратурам.

Устанавливалось, что организация и порядок деятельности военной прокуратуры, действующей в Вооруженных Силах СССР, определяются Законом, другими законодательными актами Союза ССР и Положением о военной прокуратуре, утверждаемым Президиумом Верховного Совета СССР по представлению Генерального прокурора СССР. Транспортные прокуратуры на железнодорожном, водном и воздушном транспорте и другие прокуратуры, образуемые Генеральным прокурором СССР, организуются и действуют на правах прокуратур областей, районных или городских прокуратур.

Закон содержал требования, предъявляемые к лицам, назначаемым на должности прокуроров и следователей: наличие высшего юридического образования, обладание необходимыми политическими, деловыми и моральными качествами [21] .

Безусловно, это был самый прогрессивный законодательный акт, регламентировавший прокурорскую деятельность со времени образования СССР. В нем впервые в перечень задач прокуратуры включена охрана прав и свобод граждан. Однако следует отметить, что Закон содержал ряд политических и идеологических акцентов, которые присутствовали в аналогичных правовых актах других правоохранительных органов. В прокуратурах продолжали действовать организации КПСС, решения высших партийных органов являлись обязательными как для прокуратуры в целом, так и всех прокуроров и следователей – членов партии.

С распадом СССР в декабре 1991 г. Российская Федерация стала самостоятельным суверенным государством. Прокуратура СССР прекратила свою деятельность, и ее функции по обеспечению законности в стране были возложены на Прокуратуру Российской Федерации.

С утверждением Российской Федерации – правопреемницы Союза ССР – суверенным и независимым государством предстояло перестроить всю систему институтов правоприменения и правозашиты, включая судебную систему, судопроизводство, а также прокуратуру.

Началом перестроечных процессов стало принятие Первым Съездом Народных депутатов РСФСР 12 июня 1990 г. Декларации о государственном суверенитете РСФСР, провозглашавшей принцип разделения государственной власти на законодательную, исполнительную и судебную.

Вслед за этим встал вопрос о проведении судебной реформы. В Комитете Верховного Совета РСФСР по законодательству из известных юристов была сформирована рабочая группа по подготовке Концепции судебной реформы, предусматривающей не только реформирование судебной системы и судопроизводства, но и преобразование российской прокуратуры.

Постановлением Верховного Совета РСФСР от 24 октября 1991 г. № 1801—1 Концепция судебной реформы в РСФСР получила одобрение.

Концепция наряду с проблемами реформирования судебной системы и судопроизводства содержала специальную главу «Прокуратура», посвященную вопросам развития института прокурорского надзора.

Авторы Концепции судебной реформы исходили из того, что традиционная для советского периода «общенадзорная функция» прокуратуры, имеющая значение «державного орудия принуждения», обречена на постепенное отмирание. В Концепции закреплялась идея о необходимости общего ограничения прокурорских полномочий и активности прокурора, как в судебной, так и досудебной стадиях уголовного процесса [22] .

В Законе РСФСР «О прокуратуре Российской Федерации» от 17.01.1992 г. № 2202-1-Ф3 [23] , принятом спустя менее трех месяцев после одобрения Концепции судебной реформы, о надзоре прокуратуры за министерствами, ведомствами и государственными комитетами федерального уровня уже ничего не говорится. В части 1 ст. 2 Закона устанавливалось: прокуратура осуществляет надзор за исполнением законов местными представительными органами, органами исполнительной власти, управления и контроля, юридическими лицами, общественными объединениями, должностными лицами, а также за соответствием законам издаваемых ими правовых актов. Было устранено понятие «высший надзор» в качестве основной функции прокуратуры, а перечень поднадзорных субъектов был неопределенный и начинался он с уровня местных представительных органов. Структуры федерального уровня органов прокуратуры в законе не упоминаются. Иными словами, в Законе «О прокуратуре РСФСР» наглядно проявилась обозначенная в Концепции судебной реформы линия на ослабление надзорной деятельности прокуратуры.

Новым в прокурорской деятельности стало установление судебного контроля законности и обоснованности избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, инициированное Верховным Судом РФ, которая на стадии предварительного расследования по абсолютному большинству уголовных дел применялась с санкции прокурора.

Новелла была воспринята неоднозначно и прежде всего самой прокуратурой, что во многом было обусловлено отсутствием в уголовно-процессуальном законодательстве соответствующей правовой нормы. Поступавшие жалобы на необоснованность ареста традиционно рассматривались прокурором, то есть органом, который его и санкционировал, а потому большинство таких обращений оставлялись без удовлетворения.

Однако в октябре 1991 г. Верховный Суд РФ принял к своему рассмотрению жалобу адвоката А. В. Клигмана на заключение под стражу его подзащитного В. Ф. Грушко (обвиняемого по уголовному делу ГКЧП), основываясь на Декларации о государственном суверенитете РСФСР, объявившей приверженность РСФСР общепризнанным принципам международного права, в частности, Международному пакту о гражданских и политических правах, принятому резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 2200 А (XXI) от 16 декабря 1966 г., ч. 1 ст. 9 которого гласит: каждому, кто лишен свободы вследствие ареста или содержания под стражей, принадлежит право на разбирательство его дела в суде, чтобы этот суд мог безотлагательно вынести постановление относительно законности его задержания и распорядиться о его освобождении, если задержание незаконно.

Именно с этого времени стала формироваться практика судебного контроля законности и обоснованности ареста и заключения под стражу в качестве меры пресечения, санкционированных прокуратурой. Так, если в 1992 г. судами было рассмотрено 14387 жалоб на аресты и заключение под стражу с санкции прокуроров, то в 1996 г. – 71373 таких жалобы. Одновременно уменьшалось число удовлетворенных жалоб, что стало положительным результатом введения судебного контроля и повышения принципиальности прокуроров к даче санкций [24] .

В дальнейшем вопросы применения заключения под стражу в качестве меры пресечения, ареста, продления их сроков, а также производства обысков, прослушивания телефонных переговоров, контроля переписки, почтовых отправления и телеграфных сообщений были выведены из ведения прокуратуры и перешли к компетенции судебной власти.

Следует также отметить, что в первоначальной редакции Закона РФ 11 марта 1992 г. «О прокуратуре Российской Федерации» Генеральный прокурор наделялся правом законодательной инициативы, полномочиями по внесению представлений в Конституционный Суд РФ, если он усматривал в постановлении Пленума Верховного Суда РФ несоответствие Конституции РФ и по другим вопросам. Конституция РФ (1993) указанных полномочий Генеральному прокурору РФ не предоставляла.