Чтение онлайн

– Можно сказать, князь? – вмешался Трифон. – Вместе с этим гонцом ехали наши крестьяне и ещё двое. Один из них назвался купцом, так вот, он из красавчиков. Объяснил, что приехал по торговым делам к нашему Истоме, а когда заехали к купцу, тот сказал, что гость уже закончил свои дела и решил вернуться.

– Декаду переться сюда по морозу и столько же ехать обратно, только чтобы что-то решить с Истомой, – удивился князь. – Твои его не встречали?

– В сторону пшеков никто не ехал, – ответил воевода, – но он мог остановиться в одном из двух трактиров на тракте. Только безумец выйдет зимой в такой путь без спутников. Я пошлю дружинников проверить трактиры, но думаю, что нам соврали и там никого не найдём.

– Неужели нас считают такими глупцами? – с недоумением сказал князь. – Или глуп приехавший? Если бы он остался у купца, никто бы к нему не цеплялся.

– В прошлом году мы не посылали разъезды на тракт, – возразил Трифон. – И об этом письме никто не мог знать. Если этот купец замыслил злое, он не думает здесь задерживаться, иначе всё сделал бы по-другому. Взять Истому под стражу?

– Подождём, – решил князь. – Наш маг в отъезде, а я не хочу привлекать Корна. Нечего ему здесь делать без Ивана. Корн помог Глебу, потому что ненавидит эльфов, но он и нас не любит, поэтому у меня нет ему веры. А без мага Истому трогать не будем. Упрётся, и что тогда? Даже если признается в пыточной, купцам это придётся не по нраву, а я на них очень рассчитываю. Усиль охрану и установи присмотр за домом Истомы и за ним самим. Через два дня вернётся Иван, тогда буду решать. И Глебу передайте, чтобы в город пока не ездил.

Часом позже гонец от воеводы передал Глебу приказ князя не выезжать из Берёзовки, да и дома соблюдать осторожность.

– Получено письмо, что эльфы замыслили вас извести, – сказал дружинник. – Князь опасается, что те, кому это поручено, уже в столице, поэтому никаких поездок быть не должно, разве что в слободу, да и то под охраной.

– Передайте воеводе, что будем беречься, – ответил расстроенный Глеб. Он думал съездить к Джону и обсудить с ним кое-какие вопросы, а теперь это запретили.

– Мы скоро поедем? – спросила заглянувшая в комнату Венди. – Я уже почти оделась.

– Поездка откладывается, – огорчил он жену. – Придётся тебе поскучать без Евдокии. Милая, я здесь ни при чём. Нам запрещено князем куда-либо выезжать. Мне сказали, что откуда-то пришло письмо, что нас хотят убить твои сородичи. Вроде бы даже кого-то уже прислали. Так что я и сам не поеду, и тебя не пущу. У княжны есть Клэр, а у тебя – я.

– Значит, уделишь мне внимание! – сказала Венди. – Только сначала реши дела со своим Макаром, чтобы потом от меня не отрываться.

– А он разве приехал? – воскликнул Глеб. – Что же ты молчала!

Макар был его первым помощником во всех делах, связанных со слободой. Пятнадцать дней назад он с охраной отправился в соседнее Рутенское княжество, в котором, по слухам, было что-то, напоминавшее серу, как её описал Джон.

– Собрались же уезжать, – вздохнула жена. – Никуда твой Макар не делся бы. Отдохнул бы с дороги да отогрелся, а потом доложил. Сиди, я сейчас его позову.

Увидев уже снявшего полушубок улыбающегося мужика с сумкой в руке, Глеб усадил его за стол и потребовал ответа:

– Вижу же, что приехал не с пустыми руками! Рассказывай, что тянешь!

– Всё, как говорил ваш эльф, – сказал Макар, развязывая сумку и доставая из неё камешки. – Жёлтые и при нагреве плавятся и воняют. Если зажечь, горит и так бьёт в глаза и печёт грудь, что терпеть никак невозможно! Соседи называют этот камень желчью богов и жгут в подвалах и погребах. После этого в них долго не портятся запасы и нет крыс и мышей. Эта желчь водиться только в одном месте, но её там много. Крупные камни встречаются редко и их нужно вымывать из песка, но в нём много порошка и крупинок, поэтому иной раз жгут не куски желчи, а сильно нагревают сам песок. Говорят, что желчь из него легко выплавлять, но сейчас этим никто не занимается. Я скупил всю, какая была. Погреба очищают по осени, а зимой это редко кому нужно. Набралось двенадцать мешков и эта сумка. Весной можно приехать самим или заказать работу местным. Они дорого не возьмут.

– Молодцы! – похвалил Глеб. – Жаль, что уехал дружинник, отправили бы кусок эльфу. Ладно, завтра кого-нибудь пошлю.

– А что здесь случилось, пока нас не было? – спросил Макар.

– Почти ничего, – ответил Глеб. – Углежогам доставили берёзу, так что к весне у нас будет много угля. Получили бочонки под порох, воск и кое-что ещё из заказанного у кузнецов. Сейчас разбираюсь с пороховой мельницей. Говорил с кузнецами, но у них не хватит бронзы на жернова. Здоровенные, сволочи, а эльф говорит, что и так их сильно уменьшил. За бронзой будем посылать к пшекам, у них она дешевле. Заодно попытаются привезти стеклодува, а то их только два на три княжества и оба не у нас. С гончарами сговорились, но нужно ждать тепла и для них строить.

– Значит, остались только мыши, – сказал Макар. – Зимой не будем отправлять мужиков?

– В горах зимой погибель, а не работа, – ответил Глеб. – Как ни хотелось раньше начать, но придётся ждать тепла. Всё равно для работы многое не готово. Ладно, отвезите всю серу в слободу и отдыхайте. Скажи всем, что выдам награду.

Макар удалился, а вместо него в комнату вошёл Корн.

– Не помешал? – спросил он. – Столкнулся с Венди, а она такая расстроенная, как будто вы с ней поругались. Я не лезу в ваши отношения, не моё это дело, но не связана ли её печаль с гонцом воеводы?

– Связана, – ответил Глеб и рассказал о приказе князя.

– Этого следовало ожидать, – пожал плечами маг. – Правда, я не думал, что всё начнётся так быстро. Не дело воеводе и дружине заниматься убийцами, для этого нужны другие люди. Скажи князю, что нужен тайный приказ.

В языке маозов не было слова «вы», здесь обращались на ты даже к богам, поэтому и он обращался по-простому.

– Скажу, когда отсюда выпустят, – вздохнул Глеб. – Приказ – это дело долгое. Ты в этом лучше разбираешься, сам и скажешь.

– Твой князь меня боится, – усмехнулся Корн. – Виделся только два раза и больше к себе не допускает даже со своим магом. Я его понимаю и не обижаюсь. Пшеки не больно жалуют маозов, ты сам должен был это почувствовать. Мой народ хорошо относится только к своим, но это же можно сказать и о других. Вы терпимее многих, но тоже не очень жалуете соседей.

– Потому и не жалуем, что не жалуют нас, – возразил юноша. – За что мне любить пшеков, которые меня презирают? Отдельных пшеков и я люблю, но не весь народ. С восточными или южными соседями мы живём намного дружней.

– Возможно, ты и прав, – согласился маг. – Я видел, что вернулся Макар. Нашли что-нибудь?

– Нашли много серы, – ответил Глеб. – Теперь дело за селитрой. Плохо, что до тепла остановились работы, а потом их навалится столько...

– Сами виноваты, – сказал Корн. – Джон договорился с князем снять с корабля одну машину для слободы, так зачем для этой работы ждать тепла? Неужели нельзя съездить по льду на санях? Возле корабля есть селение, поэтому будет где жить. Не так уж много времени займёт такая поездка, да и эльфу лучше пока убраться подальше, если на вас началась охота. Или с вашей школой. Ну не успели мы её достроить – велика ли беда? Кто мешает сейчас собрать смышлёных подростков и начать учить? У князя негде их устроить? И учтите, что не нужно учить грамоте, я это сделаю сам.