Чтение онлайн

– Спустимся и, если найдём воду, остановимся для обеда, – сказал проводнику Глеб.

– Лошади сильно устали, боярин, – отозвался Семён. – Может, останемся для ночлега?Завтра до вечера будем на месте.

Глеб согласился, и, когда у подножья холма увидели небольшую речку, возле неё стали лагерем и расседлали коней. Обязанности были давно распределены: пока одни занимались лошадьми, другие ставили шатры, а третьи занялись обедом. Дружинники не участвовали в общей работе. Они распрягли и стреножили своих лошадей и разожгли себе костры отдельно от рабочих. Кони паслись тут же, два отрока кашеварили, а остальные дружинники осмотрели место ночёвки и легли отдыхать. В летних походах они обходились без шатров. Шатёр рабочие поставили Глебу, и он сразу же ушёл в него с женой отдыхать.

– Не жалеешь, что настояла на своём? – спросил он прилёгшую на одеяло Венди. – Я же вижу, как ты устаёшь.

– Зато всё время с тобой, – улыбнулась она, – а дома сейчас места себе не находила бы от беспокойства. Вот только скучаю по своим ученикам. Слушай, давай я буду учить тебя?

– Ну уж нет, – отказался он. – У маозов женщины не учат мужчин. Я не отказываюсь от учёбы, но дома и так, чтобы никто не знал. Единственное, что я хотел бы сейчас узнать, для чего эта соль в порохе. Можешь объяснить, или нужно пытать Джона?

– В школе нам ничего не объясняли про порох, но я у него спрашивала, – ответила Венди. – Ты знаешь, что такое взрыв? Это то же горение, только очень быстрое. Воздух, которым мы дышим, состоит из разных частей, называемых газами. Для любого горения нужен только один из них – кислород. Ветка в костре горит только в тех местах, где к ней с воздухом подходит кислород, поэтому она сгорает медленно, сначала снаружи, а потом уже сердцевина. Но если бы можно было подвести кислород к каждой частичке дерева, ветка взорвалась бы не хуже пороха! А соль, за которой нас послали, при нагревании выделяет кислород, давая его каждой крупинке пороховой смеси.

– А если ветку растереть в пыль, развеять по ветру, а потом поджечь? – спросил Глеб. – Это облако взорвётся, как порох? Ведь возле каждой частички должен быть твой кислород.

– Не знаю, – растерялась девушка. – Об этом тебе лучше поговорить с Джоном.

Вскоре был готов обед, который им принесли в шатёр. Остальные поели у костров и тоже отправились отдыхать. Охраняли лагерь три дружинника, которых должны были сменить к ночи. Венди сильно уставала, особенно когда углубились в холмы, поэтому по вечерам у них ничего не было, и любили друг друга только по утрам. Последний день был самым трудным. Горы, в которых находились нужные пещеры, были не очень высокими, но многие маозы вообще не видели гор и с восхищением и страхом рассматривали вздымающиеся вершины. Подъёмы и спуски были очень крутыми, поэтому их преодолевали пешком, да ещё вели за собой лошадей, и к концу пути сильно устали.

– Здесь встанем лагерем, – сказал Семён, останавливая лошадь у ручья, быстро текущего у подножья высокой горы. – К пещерам придётся карабкаться вон туда! В них не будем останавливаться из-за мышиного дерьма. Мышей в ближних пещерах нет, они живут дальше.

– Плохо, – недовольно сказал Глеб. – Дерьмо нужно носить к лагерю, поэтому потеряем много времени на хождения.

– Там нет ничего подходящего для работы, – пожал плечами проводник, – ни дров, ни воды, ни даже ровной площадки. Пусть рабочие устраивают лагерь, а мы с вами сходим осмотреть пещеры. По-моему, там были какие-то желтоватые налёты, так что, может, не придётся долго возиться с выпаркой.

Они взяли мешки и деревянную лопату и с трудом вскарабкались к двум пещерам.

– Мыши давно их бросили, – сказал Семен, первым забираясь в узкое отверстие входа. – Сейчас я разожгу фонарь... Дерьмо здесь давно высохло и сильно слежалось, но не закаменело, как в некоторых местах. Смотри, боярин, я говорил об этих пластинках.

– Эльф сказал, что соль должна быть белой, – возразил юноша, кинжалом отколупывая пластинки. – Ладно, потом попробуем в огне. Давай возьмём пробы в разных местах, сверху и поглубже. Посмотрим, где больше соли, там и будем выпаривать.

Когда соль бросили в костер, она, несмотря на желтизну, вызвала вспышку. Гуано засыпали в медные котлы, залили водой и повесили над огнём. Воду слили к вечеру, а выпаривали уже утром. Из дерьма, взятого из нижних слоев, получили намного больше соли, чем с того, которое взяли с поверхности.

– Всем всё ясно? – спросил мужиков Глеб. – Два месяца выпариваете эту соль, а потом с вами за неё щедро рассчитаются. Продукты сюда ещё привезут. Сегодня соберём всю соль, которая выступила на поверхности, и я с ней уеду. С собой возьму только жену и двух дружинников, остальные пока останутся здесь.

Соль собирали все, кроме Венди и дружинников, и до вечера набрали пять мешков.

– Здесь ещё три такие пещеры, – сказал Семён. – Это в вон тех горах. Мы их потом сами осмотрим. Хорошо запомнили дорогу или проводить?

– Я запомнил хорошо, – ответил Глеб. – Обойдёмся без провожатых, ты здесь важней.

Переночевали в лагере, а утром нагрузили трёх лошадей мешками с солью и выехали в обратный путь. Через три дня заехали в селение, в котором сговорились о продуктах для рабочих. Глеб за них заплатил и объяснил, куда везти. Погода стояла сухая и тёплая, дорога была гораздо легче, чем в горах, поэтому они через пять дней без каких-либо происшествий прибыли в Берёзовку.

– Это ничего, что она жёлтая, – сказал эльф, развязав один из мешков. – С завтрашнего дня начнём жечь солому и выпаривать из золы поташ, а потом проварим его с этой солью. И очистим, и получим ту селитру, которая нам нужна. Много нашли мышиного дерьма?

– Горы, – ответил Глеб. – Мы успели провести одну выпарку. Если рабочие не будут бездельничать, через два месяца должны выпарить этой соли раз в десять больше, чем мы привезли, да ещё в других пещерах соберут ту, которая выступила сама. Этого хватит?

– На этот год хватит, – сказал Джон. – Если у нас всё пойдёт, как задумали, в следующем году туда пошлют гораздо больше работников и весной, а не летом. Уголь мы сделаем сами, а серу купим у соседей, с ними об этом договорились.

– А что у тебя с нефтью? – спросил юноша. – Не зря ты её кипятил?

– Всё получилось! – довольно сказал эльф. – Пойдём покажу.

– Что это за дом? – показал рукой Глеб на работников, которые суетились на постройке дома, не меньшего, чем его собственный.

– Мой дом, – улыбнулся Джон. – Достроят, и мы от вас уйдём. Я уже тоже боярин. Мне это не больно нужно, но Клэр довольна.

Они вошли в небольшой домишко, которых в слободе было больше десятка. В них не жили и не работали, а только хранили всё, кроме порошков для пороха.

– Чем это так воняет? – принюхался Глеб.

– Это результат нашей работы, – ответил эльф. – И почему воняет? По-моему, приятно пахнет. С вашей солью выпаривали воду, а здесь, наоборот, был нужен нефтяной пар, который мы охлаждали. В результате получили прозрачную жидкость, которая горит намного сильнее нефти. У меня много мыслей о том, как её использовать.