Чтение онлайн

— Вот гад! Даже не остановился! — воскликнул Семенов вслед за очередью, которая ругала водителя и размахивала кулаками вдогонку трамваю.

— Может быть, пройдемся пешком? — спросил Шварц, оценив перспективу повисеть на трамвайной подножке и явно опасаясь за свою жизнь.

Толпа начала искать альтернативный способ передвижения, но тут неожиданно подошел еще один трамвай, расписанный лозунгами, восхвалявшими победу Октябрьской революции.

— Осторожно, граждане, по очереди! — закричала кондуктор, когда все бросились к дверям.

Королев решил, что сейчас каждый сам за себя, и принялся расталкивать народ, пробираясь вперед. За ним пробивался Шварц. Вдвоем им все-таки удалось протиснуться в душный вагон. Королева прижали к окну, и он увидел снаружи ошарашенное лицо Семенова, который вцепился в хромированные поручни трамвая.

— Похоже, Ваню ожидает незабываемая поездка на свежем воздухе, — сказал Шварц. — Кстати, неплохая мысль, — добавил он, пытаясь увернуться от подмышки пьяного солдата, который для равновесия уперся рукой в потолок.

Бабелю удалось протиснуться к ним, и трамвай с грохотом тронулся с места по направлению к стадиону. Довольные пассажиры добродушно болтали. Когда трамвай чуть не переехал фургон с хлебом, толпа дружно ахнула, а потом снова принялась обсуждать достоинства и недостатки футбольных игроков. У всех было приподнятое настроение, но по опыту Королев знал, что все может мгновенно измениться. Особенно на такой игре, как эта, где в новой лиге первенство может быть отдано «Спартаку». Когда они прибыли на место, возле стадиона уже завязалось несколько драк. Болельщики «Спартака» выкрикивали: «Мясо! Мясо! Мясо!» — а в ответ им неслось громкое «Красная армия! Красная армия! Красная армия!» поклонников ЦСКА. Милиция патрулировала территорию парами, расталкивая в стороны группы враждующих фанатов. Выйти из трамвая оказалось делом не менее трудным, чем войти в него.

— Почему они кричат «мясо»? — спросил Шварц.

— «Спартака» финансирует Промкооперация — профсоюз работников пищевой промышленности. Поэтому фанаты скандируют: «Кто мы? Мясо!»

— А поклонники других команд еще называют их свиньями, — добавил Бабель.

— Только хулиганы так их называют! А за кого вы сегодня болеете, Исаак Эммануилович?

— Конечно, за ЦСКА. Это мой долг, я ведь бывший кавалерист.

— Я тоже воевал. Но до этого я играл за команду Пресни, — сказал слегка обиженный Королев.

— Даже свиньи иногда уходят из свинарника, — добавил Бабель с невинной улыбкой.

Королев хотел было ответить, но увидел группу решительно настроенных молодых людей, которые выстраивались возле входа, и каждый держался одной рукой за ремень стоящего впереди. Во главе колонны стояли парни внушительных размеров.

— Джек, нам придется немного подождать.

— Да, — сказал Бабель, — сейчас поезд будет отъезжать от станции.

Шварц посмотрел на толпу и улыбнулся.

— Они собираются штурмовать ограждения?

— Да. Это называется «паровоз». Ага, билетеры их уже заметили.

Но билетеры заметили их слишком поздно, и змейка из молодых людей двинулась вперед, расталкивая и сбивая с ног любого, кто попадался на пути. Они пробивали себе дорогу, пока двое билетеров и рассерженный милиционер не схватили последнего парня в колонне и не оторвали его от остальных. Его приятели тут же сформировали некое подобие клина и, вырвав своего товарища из рук билетера, продолжили штурм. Толпа приветствовала хулиганов радостными криками, и те победоносно подняли руки вверх. Завидев подкрепление милиционеров, хулиганы разбежались. Толпа засвистела, когда группа беспризорников начала дразнить билетеров и крутиться у них под ногами. Какой-то милиционер схватил за волосы и отшвырнул в сторону маленькую грязную девчушку. Болельщики недовольно загудели и принялись дружно наступать на милиционера — здоровяка с глупым лицом. Королев взял Шварца под руку.

— Думаю, нам лучше попытаться войти в другом секторе, — сказал он.

В это время первый камень со звоном ударился о железные ворота, и толпа с дружным криком двинулась вперед. Последним, что они успели разглядеть, было перепуганное лицо милиционера, который тут же затерялся под градом кепок и взлетающих кулаков. Королев без особого сочувствия наблюдал, как, расталкивая болельщиков, к этому месту сбегаются люди в милицейской форме.

— Люди так рьяно защищают детей… — отметил Шварц.

— Скорее, они воспользовались поводом отправить милиционера в больницу, — сказал Бабель.

«Он прав, — подумал Королев. — Вряд ли они даже обратили внимание на девочку под ногами, когда пошли в атаку на человека в форме». Он вспомнил, что во время всей этой неразберихи в толпе беспризорников мелькнула рыжая шевелюра, и подумал, уж не команда ли Кима Гольдштайна орудует на входе.

Королев с облегчением вздохнул, когда они наконец оказались на южной трибуне. Здесь было относительно спокойно. Ни генерал, ни уж точно Грегорин не простили бы, если бы по его милости Шварц оказался в центре разборок. Они сидели на бетонных скамейках, наблюдая, как футболисты разминаются с мячом и проверяют готовность вратарей к игре. На одной половине поля упражнялись игроки «Спартака», в красных футболках с белой полукруглой полосой на груди. На другой — в синих футболках и красных шортах — готовились игроки ЦСКА, они казались намного крупнее и выше спартаковцев.

— Эти ребята, похоже, зададут нашим трепки. Надеюсь, Старостин хорошо подстраховался.

Рядом ниже как раз проходил мужчина средних лет. Услышав эти слова, он поднял голову и, не отрываясь, долго и изумленно смотрел на Королева. На нем не было никакой атрибутики, по которой можно было бы определить, чей это болельщик, и Королев не знал, какой реакции ожидать. Он указал на самого крупного игрока ЦСКА.

— Да ладно, приятель. Неужели ты думаешь, что они взяли в игру такого здоровилу ради его футбольных талантов?

Человек кивнул, но по-прежнему выглядел ошарашенным. «Какой-то госслужащий или мелкий чиновник», — подумал Королев. В лице этого человека читалась какая-то скрытая сила. Он сел прямо перед ними возле мальчика лет десяти и принялся показывать пальцем на игроков, прочитывая их фамилии по программке. Его голос звучал напряженно, и мальчик вопросительно посмотрел на него, но человек сделал вид, что не заметил этого. Королев повернулся к Бабелю и пожал плечами. Как-то странно этот мужчина отреагировал на него — наверное, с повязкой на голове Королев был похож на хулигана. Бабель оценивающе посмотрел на служащего и покачал головой, потом достал из кармана фляжку, и они выпили за честную игру.

Трибуны уже заполнились до отказа. Вдруг все болельщики как по сигналу встали с мест. Королев тоже поднялся и присоединился к всеобщему свисту, требуя начинать. Матч начался с длинной подачи «Спартака».

Первый тайм был тяжелым. Как и предсказывал Королев, армейцы не сдавали позиции, но и спартаковцы твердо держали оборону. Мяч оказывался то у одних, то у других ворот, хотя «Спартак» явно доминировал. Но прямо перед окончанием первого тайма один из армейцев умело забил мяч в ворота «Спартака». Болельщики «Спартака» взревели от негодования, в то время как фанаты ЦСКА громко ликовали. Спартаковцы стремительно бросились в контратаку, но до конца первой половины матча так и не смогли отыграться. В перерыве болельщики «Спартака» бурно обсуждали нарушения со стороны армейцев и некомпетентность судьи.