Чтение онлайн

Королев посмотрел на плотную толпу футбольных фанатов, но она не испугала его, и он все же решился пробраться к буфету за пирожками с мясом. Американцу надо показать все прелести похода на матч, а что же за футбол без пирожков с мясом? Но только он спустился с трибуны, как тут же пожалел о своем решении. В помещении, где располагался буфет, воняло немытыми телами, мочой и табаком. Когда подошла его очередь, начался второй тайм. Он уже пробирался к своему месту, когда неподалеку увидел уже знакомую рыжеволосую голову. Ким Гольдштайн помахал Королеву, и он пошел за мальчиком, боковым зрением заметив, что остальные беспризорники тоже пробираются сквозь толпу. Через минуту они уже стояли в спокойном месте за трибунами. Ким протянул руку.

— Десять рублей, — не допускающим возражения голосом сказал он.

— Хм, десять рублей. А что у тебя есть для меня за эти десять рублей?

— Мы нашли женщину, которую вы искали, товарищ следователь.

Королев посмотрел на беспризорников. С ними была и девочка, которую перед началом матча швырнул на землю милиционер. У нее были заплаканные глаза и тонкая струйка крови на шее. Он кивнул ей, одновременно пытаясь переварить услышанное. Ведь это его обязанность — установить, где находится Нэнси Долан. Ведет он это дело или нет?

— Где она?

— На Арбате. Вы сказали, дадите десятку. Мы отведем вас туда после игры.

— Хорошо, — согласился Королев. — Я вам дам пять рублей аванса. Мне надо проводить одного иностранца в гостиницу, а потом я подойду к вам и отдам остальное. Вы знаете кинотеатр «Прага»?

— Конечно, знаем.

И беспризорники лукаво переглянулись. По их хитрым лицам Королев догадался, что они не раз пробирались туда без билета.

— Тогда встречаемся в шесть часов, — сказал Королев, отсчитывая пять рублевых бумажек. — Придете?

— Мы в вашем распоряжении, товарищ следователь, — ответил Гольдштайн с насмешливой улыбкой.

Королев думал, как ему пробраться на свое место, когда натиск толпы впереди неожиданно ослаб, так что он чуть не упал. Он нашел объяснение этому на поле: сотни зрителей сломали милицейский кордон и грязным пятном принялись растекаться по зеленому полю. Игроки переместились ближе к центру и образовали круг вокруг рефери, защищая его. Но толпа фанатов вела себя дружелюбно — видимо, на трибунах уже просто не хватало места и болельщиков выдавили прямо на футбольное поле.

Когда Королев наконец добрался до места, Бабель стоял ногами на сиденье, чтобы лучше видеть происходящее внизу. Конная милиция пыталась вернуть болельщиков на места. Одна из милицейских лошадей была чисто белого цвета, и Королев наблюдал, как она степенно и размеренно скачет по зеленой траве, в то время как серая толпа отступала за границы поля.

— Они смогут закончить игру? — спросил Шварц, жмурясь от солнца.

— Думаю, да. Немного терпения со стороны ментов, и… Ох, извините, Алексей Дмитриевич, я хотел сказать — со стороны милиции. Она вроде настроена миролюбиво. Видите, они уже почти всех оттеснили к боковой линии.

Болельщики начали аплодировать милиции — это было настолько неожиданно, что Королев и Семенов обменялись удивленными взглядами.

— Молодцы! — сказал Шварц и тоже захлопал.

Комментатор мягким голосом попросил болельщиков помочь справиться с беспорядком, и по трибунам прокатилась волна понимания, даже игроки на поле начали пожимать друг другу руки. Королев вручил пирожки Шварцу и сделал вид, что не замечает его удивления.

— Видишь, Джек. Вот так играют в Советском Союзе — жестко, но всегда в хорошем расположении духа, — сказал Королев, подумав, что американец, наверное, раньше никогда не видел пирожков с мясом. На футбольном поле болельщики взялись за руки, создав живой барьер вдоль ограждения, и по трибунам снова прокатился шквал аплодисментов. Королева переполняла гордость, и он с удовлетворенным видом посмотрел на своих спутников. Тайм начался с атаки на «Спартака», которая завершилась голом в ворота команды Старостина. Трибуны снова взвыли. Гол армейцев вызвал волну беспорядков, и милиции пришлось силой возвращать самых активных болельщиков на места. В центре поля рефери что-то живо обсуждал с капитанами команд и тренерами. Интересно, о чем они говорят? Пока что фанаты вели себя миролюбиво, но их настроение могло резко измениться, если игру решат прекратить. У Королева все переворачивалось от мысли, что «Спартаку» придется ждать переигровки, чтобы выбиться в лидеры. После рукопожатий игра продолжилась. Спартаковцы снова атаковали. Их подбадривали громкие крики и улюлюканье болельщиков. Шум на трибунах нарастал, и когда игрок «Спартака» забил мяч в ворота противника, казалось, гол провела сама толпа. Болельщики «Спартака» обнимались, топали ногами и скандировали: «Мясо! Мясо! Мясо!» Сын госслужащего подбросил в воздух кепку, и отец долго искал ее на земле. Королев видел, куда упала кепка, и поднял ее. Он похлопал служащего по плечу, и тот повернулся как ошпаренный. И покраснел, увидев Королева.

— Спасибо, приятель, — сказал он, отводя глаза в сторону.

Королев, обрадованный голом, потрепал мальчика по волосам.

— Пожалуйста. Надо забить еще один, да? А кепку лучше спрячьте пока в карман, молодой человек. Без головного убора зима кажется длиннее.

— Да, — с облегчением ответил служащий. — Надо забить еще один.

Перед самым окончанием матча долгожданный гол был забит — к великой радости болельщиков «Спартака» и полному разочарованию армейских фанатов. Рефери дал дополнительное время, но натиск толпы с красно-белыми флагами у ограждения усиливался, милиция все больше нервничала, и, когда наконец судья подал сигнал, толпа снова ринулась на поле. На этот раз фанаты вели себя агрессивнее, хватали игроков «Спартака» и носили их по полю.

Когда матч закончился и все уходили со стадиона, Королев размышлял над тем, что делать с информацией, полученной от Кима Гольдштайна. Правильнее всего было рассказать все Пауничеву и пусть он этим занимается, но тогда он нарушит приказ генерала, поскольку придется сообщить Пауничеву о Нэнси Долан и ее причастности к делу. Можно было бы подключить Семенова, но придется впутывать его во все это. Бабеля тоже нельзя вовлекать. А о том, чтобы позвонить Грегорину, не могло быть и речи: от Коли Графа капитан знал, что полковник по уши замешан в этом деле и, похоже, не совсем чист перед государством. Королев решил пойти на встречу один и на месте разобраться, стоит ли кого-то еще подключать. Да и вообще для начала нужно понять, что за особа эта Нэнси Долан. В конце концов, на Арбате он будет в безопасности, там он сможет контролировать ситуацию. Потом капитан перебрал в голове события последних дней и решил, что стоит позвонить Ясимову. Он живет недалеко.

— Ну что, — сказал Шварц, прерывая мысли Королева, — не хотите вернуться в «Метрополь» и выпить за победу? Кстати, хочу поблагодарить вас за возможность окунуться в советскую реальность в столь приятной компании.

— После таких слов трудно отказаться от приглашения, — весело сказал Бабель.

— Согласен, товарищ Бабель, — с улыбкой поддержал его Семенов.

Шварц предложил поехать на такси, и, поймав машину, они вернулись в центр города. Они заняли места в баре «Метрополя», глядя, как бармен в белом сюртуке разливает пиво в невероятно высокие бокалы. За их спинами джазовый оркестр настраивался перед вечерней игрой. Семенов кивнул в его сторону.

— А ребята неплохо играют. Вообще-то они выступают с Утесовым, но он отказывается петь в ресторанах. Он настоящий артист, ему подавай концертный зал.

Он помахал рукой кому-то из оркестра. Музыкант улыбнулся в ответ. Семенов извинился и направился к нему. Бабель тоже отошел, и Королев со Шварцем остались одни.

— Так что, Джек, это правда? Речь идет об оригинальной Казанской иконе Божией Матери?

Он говорил тихо, настолько тихо, что ни одно подслушивающее устройство не смогло бы уловить его слова, особенно на фоне джазовой музыки.

— Возможно, — сказал Шварц, помолчав. — Я ничего не могу сказать, пока не увижу ее. И то я смогу лишь приблизительно указать год ее написания, а также определить, где она написана. Главное — это качество исполнения. Вы же понимаете, со времени появления иконы с нее делали миллионы копий и сотни списков, но если качество будет соответствовать и время написания окажется подходящим, только тогда можно предположить, что это именно та икона.

— Так вы ее до сих пор так и не видели? — поинтересовался Королев, старательно делая невозмутимое лицо.