Чтение онлайн

Все вышесказанное не должно послужить для вас поводом к унынию. Не было ни одного проповедника, которому не пришлось бы учиться на практике. Не отчаивайтесь! Если вы не можете проповедовать, не написав полностью текст проповеди, пишите его. Но используйте разные варианты, экспериментируйте, как уже говорилось. Попробуйте писать проповеди через раз, пытайтесь их видоизменять. Но самое главное — не будьте нетерпимыми к себе. Не поддавайтесь отчаянию, если служение пройдет плохо, и не говорите, что больше никогда не подниметесь на кафедру без написанной проповеди. Это внушение дьявола. Не слушайте его, продолжайте идти вперед, пока не почувствуете себя свободными. Существует реальная опасность полагаться на свою проповедь, а не на Дух Святой. Помните об этом. Убедитесь прежде, что всегда и во всем вы свободны, и затем обращайтесь к людям.

А теперь мы подошли к вопросу, касающемуся обоих видов проповедования: чтения заранее написанных проповедей и проповедования экспромтом. Им часто интересуются люди и высказывают к нему свое отношение. Я имею в виду вопрос использования примеров и иллюстраций, который также заслуживает нашего внимания. Полагаю, что все ясно представляют себе разницу между иллюстрациями и духовным толкованием отрывков Писания. На мой взгляд, недопустимо вольно толковать духовный смысл того или иного отрывка. Не вдаваясь в подробности — ведь это не лекция по гомилетике, — хочу подчеркнуть, что существует различие между духовным толкованием ветхозаветного события и использованием его в качестве иллюстрации. Вы должны четко объяснить людям, что реальное историческое событие может иметь или обязательно имеет духовный смысл.

Позвольте привести пример. Читая однажды лекцию о возрождениях, я привел историю о том, как Исаак «вновь выкопал… колодези воды, которые выкопаны были во дни Авраама, отца его, и которые завалили филистимляне по смерти Авраама». Некоторые люди подумали, что я хотел обратить внимание на духовный смысл этого поступка Исаака. Они не понимали, что подобные истории могут использовать просто в качестве иллюстрации. Я не усматривал в действиях Исаака духовный смысл. Наоборот, я всячески старался пояснить, что его поступок — это всего лишь иллюстрация. То, что он выкопал колодцы обычной воды, необходимой для жизни и физического здоровья, помогает нам понять важнейший духовный принцип, касающийся возрождения. Исаак не тратил время, посылая людей на поиск новых источников, а просто раскопал старые, зная, что там была вода. Я увидел в этом прекрасный образец духовной мудрости: в тяжелые времена, изнывая от духовной жажды, мы не должны тратить время на поиски нового «евангелия». Мы должны снова обратиться к книге Деяний святых Апостолов, к любому периоду возрождения в истории Церкви. Я мог бы также подобрать иллюстрацию из художественной литературы или истории, но предпочел использовать именно этот ветхозаветный эпизод. Я не пытался найти в нем духовный смысл и не говорил, что поступок Исаака привел к возрождению.

Само собой разумеется, необходимо четко объяснять слушателям, что вы имеете в виду. Как правило, верующие люди понимают это без особого труда. Не понять могут лишь «эксперты» и педанты.

Но, возвращаясь к использованию примеров и иллюстраций, скажу, что по-настоящему пагубными, на мой взгляд, являются методы, изложенные в книге «Искусство иллюстрации проповеди». Подобные вещи я считаю мерзостью. Так называемое «искусство» вообще недопустимо в данной сфере. Это настоящее извращение. Я знал проповедника, у которого в кармане всегда был небольшой блокнот, и когда он слышал хорошую историю, он тут же ее вкратце записывал. Придя домой, он уже подробно переписывал эту историю, затем помещал ее в определенную папку в своем кабинете, чтобы при случае использовать в качестве иллюстрации. Таким образом, у него была целая коллекция историй, рассортированных по разным папкам в зависимости от темы. Приступив к подготовке проповеди, этот проповедник брал нужную папку и выбирал подходящую историю. Он и других призывал поступать так же.

На мой взгляд, это профессионализм в худшем смысле этого слова и, более того, это искусство обольщения, ибо основные усилия тратятся на то, чтобы привлечь внимание людей. Еще хуже, когда проповедники используют чужие примеры и иллюстрации, выдавая их за свои. А некоторые доходят до того, что покупают книги проповедей с целью подобрать нужные примеры.

Почему я не одобряю такой подход? Потому что он, к несчастью, превращает примеры и иллюстрации в самоцель. Кроме того, слишком свободное их использование потворствует вожделениям слушателей. Я часто это замечал. Помню, как однажды после проповеди ко мне подошел служитель и сказал: «Спасибо за проповедь, но сегодня вы не привели ни одной иллюстрации». Это заставило меня задуматься и задать себе вопрос: «С какой целью этот человек пришел на собрание?» Он запомнил, что в прошлый раз я приводил больше иллюстраций, чем обычно. Похоже, он пришел не столько ради Истины, сколько ради иллюстраций. Разве это не извращение?

Примеры и иллюстрации служат для того, чтобы обратить внимание на библейскую истину, а не на самих себя. Практика их применения в последние сто лет привела к поистине фатальным последствиям. Формируя представление о проповедовании как об искусстве и самоцели, она стала, на мой взгляд, одной из главных причин его упадка. Без сомнения, многие проповедники действительно готовят проповеди лишь для того, чтобы привести интересную иллюстрацию, которую они придумали или где-то прочли. Именно ей они отдают свое предпочтение, подбирают под нее соответствующий текст и фактически ставят во главу угла. Но это неправильный порядок. Мы знаем, что назначение иллюстраций — указать на истину, сделать ее наиболее ясной и доступной. Таким образом, истина всегда должна стоять на первом месте и занимать главенствующее положение. Иллюстрации же выполняют вспомогательную функцию, и их следует использовать осторожно, в разумном количестве. Мы не должны развлекать людей, обожающих различные истории и иллюстрации. Я никогда не понимал почему, но людям, похоже, нравятся служители, которые рассказывают о своих семьях. Я всегда с недоумением слушаю их скучные рассказы. У этих проповедников явно завышена самооценка. Почему людей больше интересуют дети проповедника, чем дети других людей? Они с таким же успехом могли бы рассказывать о своих собственных детях. Объяснение, на мой взгляд, заключается в том в том, что такие рассказы позволяют соприкоснуться с чем-то личным. Как-то один лондонец признался мне, что он не упускал случая послушать некоего приезжего проповедника. Как правило, тот посещал столицу один-два раза в год. Так вот, этот человек сказал: «В прошлое воскресенье я слушал доктора такого-то. Знаете, он всегда рассказывает нам о своей интимной жизни!» Уж не предлагал ли он и мне делать то же?!

Такие вещи нравятся отдельным людям, и некоторые проповедники идут у них на поводу. Как вы понимаете, тем самым они потворствуют самым низменным инстинктам своих слушателей. Страстное желание узнавать подробности личной жизни людей — это не что иное, как вожделение. Но у проповедника совсем другая цель — провозглашать Истину. Вот что главное, а все остальное должно лишь служить этой цели. Иллюстрации — это только прием, способ передачи Истины; используя их, следует сохранять чувство меры и рассудительность. Мне приходилось много лет слушать других проповедников, проповедовать самому, обсуждать эти вопросы и подолгу размышлять над ними, в результате чего я пришел к выводу, что изобилие примеров только вредит проповеди. Они ослабляют внимание слушателей. Некоторые проповедники, не успев стать за кафедру, произносят: «Я помню…» — и начинается история. Затем снова: «Я помню…» Таким образом, логическая нить проповеди постоянно прерывается. Тема то вырисовывается, то теряется, и в итоге слушателям начинает казаться, что перед ними либо болтун, у которого после сытного обеда развязался язык, либо эстрадный артист, но никак не служитель, провозглашающий великую и славную Истину. Если такие проповедники и становятся популярными, а это случается нередко, то только в плохом смысле, потому что они действительно напоминают артистов.

И последнее, что я хочу сказать по поводу историй и иллюстраций: прежде чем использовать их, убедитесь в их достоверности. Будучи молодым врачом, я слышал проповедь, в которой проповедник нарисовал очень яркую картину, желая показать недальновидность грешника, не обращающего внимания на тихий голос своей совести. Он поведал историю об одной женщине, которую хоронили неделю назад. У нее был рак груди, и к тому времени, когда она обратилась к врачу, метастазы распространились на позвоночник и другие органы. Спасти ее было невозможно. Почему же так случилось? «Понимаете, — сказал проповедник, — она не обращала внимания на первые приступы боли». Мне, как врачу, его объяснение показалось крайне нелепым. Этот вид рака опасен тем, что на начальных стадиях болезни человек не чувствует никакой боли. Опухоль растет постепенно и почти незаметно. Беда этой несчастной женщины заключалась не в том, что она игнорировала боль, а в том, что она не обращала внимания на небольшую опухоль, которую, вероятно, чувствовала. Прекрасная иллюстрация, на мой взгляд, была испорчена тем, что проповедник не знал фактов.

Мы часто допускаем ошибку, некорректно используя научные факты. Будьте внимательны, затрагивая те сферы, в которых вы не совсем хорошо разбираетесь. Возможно, вы прочли какую-то информацию в дайджесте или газете и, посчитав, что этого вполне достаточно, решили использовать ее в качестве иллюстрации. Нередко сам автор, написавший статью для дайджеста, поверхностно знает суть излагаемого вопроса и является скорее журналистом, чем ученым. Вслед за ним вы еще больше исказите факты, так что компетентный человек, услышав вас, может засомневаться в достоверности излагаемой вами Истины. Он может предположить, что и Писание вы знаете так же плохо, поэтому вряд ли стоит вас слушать. Таким образом, приводя примеры и иллюстрации, будьте осторожны с фактами.

А теперь мы должны вкратце порассуждать о роли воображения в проповедовании. Этот вопрос, несомненно, связан с предыдущим, но все же имеет свои особенности. Мне кажется, что сегодня он стоит менее остро, чем раньше. Мы все стали такими учеными, что для воображения почти не остается места. Но ведь это настоящая трагедия. Я вполне согласен с тем, что воображение может причинить и вред, но давайте помнить, что оно является Божьим даром. К примеру, без него не было бы талантливых поэтов, и если вы признаете, что любая форма культуры может послужить делу Господа Иисуса Христа, то вы должны признавать и роль воображения. Разве этим даром должны пользоваться только неверующие люди? Нет, воображение занимает достойное место в проповедовании Истины. Оно делает ее яркой и живой. Конечно, и в этом вопросе важно соблюдать меру. В проповедовании, как мы убедились, есть много подводных камней, но использование воображения может оказаться особенно опасным. Обуздывать воображение всегда было одной из самых главных моих проблем, связанных с проповедованием. Возможно, это объясняется моей национальностью. Какое место в проповедовании, да и вообще в христианской жизни, занимают национальное самосознание и темперамент? Каково их значение в экклесиологии и теологии? Могут ли они, что называется, увести в сторону?

Какими бы ни были причины, побудившие меня задать этот вопрос, я отчетливо вижу суть проблемы: воображение способно завести нас слишком далеко. Совсем нетрудно переступить некую черту и, увлекшись, забыть об истине, с которой мы начинали.

История изобилует примерами этого. Джордж Уайтфилд, вне всякого сомнения, отличался необыкновенно богатым воображением. Читая историю проповедования и биографии проповедников, мы убеждаемся, что им, как правило, обладали все величайшие проповедники. Отчасти именно этим даром Божьим объясняется их ораторское искусство и сила воздействия на людей. Несомненно, во время проповеди Уайтфилд давал волю своему воображению, и, мне кажется, что временами он не мог его обуздать. Вспомните известный случай, когда он проповедовал очень знатной аудитории в Лондоне, в доме графини Хантингтонской. Среди гостей присутствовал знаменитый лорд Честерфилд, которого убедили пойти и послушать Уайтфилда. Честерфилд не был верующим человеком, но он интересовался выдающимися личностями и особенно хорошими ораторами. В тот день проповедник рассказывал свою знаменитую историю о слепом человеке, шедшем с палкой и собакой вдоль пропасти. Сначала он находился довольно далеко от ее края, но постепенно это расстояние сокращалось. Внизу был крутой обрыв, означающий верную смерть. Уайтфилд показывал путь грешника, неотвратимо приближающегося к смертельной пропасти, к последнему Суду и вечным мучениям. Невзирая на все предостережения, он продолжает идти. В рассказе Уайтфилда несчастный слепой, потерявший свою палку и оставшийся без собаки, все ближе и ближе подходил к краю бездны. Проповедник, используя все свое воображение и артистизм, настолько ярко обрисовывал эту картину, что лорд Честерфилд не выдержал, вскочил на ноги и закричал: «Боже правый! Да ведь нищий разбился!» Ну что сказать? Не переусердствовал ли Уайтфилд? Что так подействовало на Честерфилда? Вот в чем вопрос.