Точно белые жасмины,Осыпаются снежинкиНа просторные равнины,На пустынные долинки.И земля под лепесткамиЗарывается всё глубже –Пахнет снежными цветамиИ январской пахнет стужей.Заблудившаяся датаПо снегам приходит к дому,И потерянного братаСнится образ незнакомый –Не такого провожалаВ страшный путь в январский вечер,И звезда вдали дрожалаЧетверговой малой свечкой.19 декабря 1954
«Я видел – шар земной в моей руке лежал…»
Торжественный кортеж светил золоторогих.
Лафорг
Я видел – шар земной в моей руке лежал(Как яблоки упавшее в ладони),В ладони человеческой дрожалИ прятался, скрываясь от погониБезумных звезд, сверкающих миров,От ледяной, стремительной Вселенной,И Млечного Пути таинственный покровРожденье новых звезд скрывал под звездной пеной…Иероглифы созвездий в вышинеЧертили непонятные узоры,И всё кружилось, мчалось в тишинеВеликим и торжественным дозором.И проплывала Вечность…13 марта 1955
«Поют серебряные реки…»
Поют серебряные реки.Сверкающая синева.Недостижимее, чем Мекка,Для правоверного – Москва.Весною бредят пилигримы,Тревожные им снятся сны:Дороги пробегают мимоСреди туманов и весны…А в древних замках спят столетья.Земля. Священная земля.В бойнице запевает ветерСтаринным голосом Кремля.Послушать бы! Взглянуть однажды,Апрельским запахом вздохнутьИ знать, что утоленной жаждойОкончен путь. Последний путь.1 апреля 1955
ЗАВИСТЬ
Там – море. Поймите, там море шумитИ камни пересыпает.И долго над морем, как брошенный щит,Луна золотая ныряет…И пахнут, как в детстве, ночные цветы,И тени от кипарисов,Качаясь, сгущаются до черноты,Над морем горящим повиснув…Там – море. Поймите. И кто-то другойЗаслушается прибоя.И будет луна над его головойЩитом, потерявшим героя.12 июня 1955
«Мумии запросто на Самотеку…»
И с пирамидами ты дружен…
М. Марьянова
Д.И. Шепеленко
Мумии запросто на СамотекуПрямо из зноя Сахары –Шествие мумий по снегу глубокому,По заснеженным бульварам…Полночь качает мохнатые звезды.В снежные лотосы падает полночь.Долго дрожат и плывут по морозуСтарых курантов певучие волны…Шумная угомонилась квартира,Гости усталые греются чаем.И на столе, на газете, папирусКак-то особенно необычаен.21 июня 1955
«Пол земляной и глиняные стены…»
И под каждой
Даже самой слабенькой крышей,
Как бы она ни была слаба,
Есть свое счастье, свои мыши
И своя судьба.
Иосиф Уткин
Пол земляной и глиняные стены,И коврик расписной над топчаном.И пожелтевшие портреты неизменныПятнадцать лет над стареньким столом.Здесь тишина, запутавшись случайноВ ночах, и в одиночестве, и в снах,Сопутствует судьбе какой-то силой тайнойИ говорит с судьбой в моих стихах.Кто под сурдинкой эту песнь услышит?За домом глиняным немыслимый простор,Да облака спускаются на крышиС далеких и туманных гор…4 октября 1955
ПРИГЛАШЕНИЕ
В просторный мир раскрыты двери –Входи в убогое жилье.Входите, люди, птицы, звери,В лирическое бытие.И облака – входите тоже,И ветер, мой старинный друг,Что ночью голосом тревожнымПоет о вечности разлук.Входите все. И всем я рада.Я музыкою вещих строк(Моей последнею наградой)Последний отмечаю срок.31 января 1956
«От целой жизни – горсточка стихов…»
От целой жизни – горсточка стихов,Мечтаний и бесплодных и случайных…Судьба, судьба – я слышу стук шаговИ чувствую в душе твой голос тайный.И по земле, как странник, проходя,Я берегу внимательно и скупоИ солнца свет, и легкий шум дождя,И этот звездный, величавый купол.Но тайный голос унесу с собой,Он будет петь о ледяном покое –И Богом, Светом, Домом, и СудьбойЗасветится над вечною рекою.20 февраля 1956
ПАМЯТИ МАМЫ
Е. В. Астафьевой
Из гостиной фортепьяноСквозь тяжелые портьерыК нашей тихой дальней спальне. –Это там играет мама…В детской у икон лампадкаЗолотой качает лучик…Спит сестра. За дверью няняПо-старушечьи вздыхает.Милый мир, где вместо куколВ старый шкаф укрылись книги, –И в полночный час выходятИ садятся к изголовью.Вот зовет тревожно море, –Но Русалочка танцует,И безмолвна, и печальна,На веселой свадьбе Принца,Вот сражается Щелкунчик.Герда всюду ищет Кая,И олень уносит ГердуВ царство Снежной Королевы.Я не сплю. Шуршат страницы:Соловей чудесной песнейНад забытым мандарином…Или музыкою мамыЭти сказки мне приснились?Или сказочником старым,Развернувшим пестрый зонтикПеред сонными глазами?Только сказки бродят рядом.29 февраля 1956
СТИХОТВОРЕНИЯ, НЕ ВОШЕДШИЕ В «КАЗАХСТАНСКИЙ ДНЕВНИК»
1946-1958.
Я приду к Вам, только Черный Том...
Я приду к Вам, только Черный Том,Черный Том один мне будет рад.Тихо промурлыкает о том,Что таит кошачий мудрый взгляд.Дорогая, как печален деньИ как мало нам осталось дней,Как расходятся кругами по водеОдинокие пути людей.Если нежность тронула слегкаНаше сердце – радостная грусть,И дрожит покорная рукаОт прикосновенья Ваших уст.Возникает в<новь> забытый мирСнов, надежд, <бес>сонниц и любви,И под древний <голо>с древних лирВновь неист<овств>уют соловьи.
«Я всё еще учусь – жестокая наука…»
Я всё еще учусь – жестокая наукаНе думать о себе и не писать стихов,Ведь губ твоих романтика и скукаПрекрасней и величественней слов.Но пальцы тянутся к привычному соблазнуК тугому пению железного пера,И ярость музыки в словах разнообразныхСвирепствует, как встарь, по вечерам,И я люблю опять суровые потемкиИ шум дождей, бегущих по стеклу,Бумаги хруст, такой родной и ломкой,Чернильницы таинственную глубь.Так ночь пройдет. Зашелестит, как ветер,Седой рассвет и запоет в трубе.И я пойму – на милом белом светеЕсть только ты да память о тебе.1946