Чтение онлайн

Чарлтон продолжал юлить:

— Меня просто поражает, как это ты, при всех своих замечательных качествах, до сих пор не сделала себе карьеры…

Анетта прервала его довольно резко — теперь, получив вожделенные деньги, она прекрасно понимала, что церемониться с этим гнусным типом нет смысла:

— Ладно, мне надоели твои глупые комплименты, Чарлтон, — произнесла она развязным тоном. — Короче: выкладывай, чего тебе от меня надобно…

Лицо мистера Чарлтона приобрело необычайно серьезное выражение.

— Знаешь, Анетта, — начал он, нисколько не обидевшись, — я хотел бы тебе кое-что предложить…

— Это предложение, наверное, будет иметь отношение к моей подруге?

Мистер Чарлтон согласно кивнул головой.

— Совершенно верно. Я вижу, — он улыбнулся, — что ты действительно неглупый человек. Я наверняка в тебе не ошибся.

— Короче…

— Я хотел бы предложить тебе очень хорошо заработать…

Анетта непонимающе уставилась на собеседника, пытаясь понять связь между Мартиной Липтон и словами «я хотел бы предложить тебе очень хорошо заработать».

— И как же?

Неожиданно мистер Чарлтон поинтересовался:

— Анетта, ты читаешь газеты?

Этот вопрос поверг девушку еще в большее недоумение.

— Ну, допустим, — произнесла она, — допустим, я их читаю… Ну и что с того?

Мистер Чарлтон продолжал настаивать:

— А какие именно газеты ты читаешь?

Анетта недоуменно передернула плечами.

— А какое отношение это имеет к нашей беседе и к твоему предложению «очень хорошо заработать»? — спросила она.

Мистер Чарлтон заговорщески понизил голос.

— Самое непосредственное, — кивнул он в ответ. — Сейчас узнаешь… Так ты так и не ответила мне, какие газеты ты читаешь?

— Ну, «Мельбурн трибюн», — начала Анетта, — «Ивнинг стар», журнал «Вог»… А почему тебя это так заинтересовало?

— Я говорю — не спеши, — ответил Рудди. — Скажи, а такое название — «Обнаженная правда» — тебе ни о чем не говорит?

— «Обнаженная правда»? — переспросила девушка. — Да, знаю, есть такая газета… Там обычно пишется о разных скандалах, об извращенцах, садистах, маньяках, убийствах и в том же духе… А при чем тут «Обнаженная правда»? — спросила она.

Мистер Чарлтон хитро посмотрел на свою непонятливую собеседницу.

— А вот при чем: как ты думаешь, сколько платит редакция за ценную информацию обо всех этих скандалах, извращенцах, садистах, маньяках и убийцах? — спросил Чарлтон.

Анетта начала кое-что понимать.

— То есть, ты хочешь предложить мне… — она запнулась, подбирая нужное выражение, — хочешь предложить мне, чтобы я…

Чарлтон покачал головой.

— Боюсь, ты неправильно меня поняла…

— А как я должна была тебя понять?

Видя, что намеками он ничего не добьется, Рудди решил действовать напрямую:

— Я предлагаю тебе хорошую сделку: издатель этой газеты, некто Фил Якобс, согласен выплатить целых пять тысяч долларов за информацию об интимной жизни одного человека.

Анетта в упор посмотрела на собеседника.

— Уж не о Мартине ли?

— Именно о ней! — воскликнул Рудди. — Именно! Только одно условие: информация должна быть максимально правдивой и, главное, — он запнулся, прикидывая в уме, как бы сформулировать пожелание Фила поприличней, — главное, она должна быть… м-м-м… пикантной… — это определение вполне удовлетворило Чарлтона.

— И что же я должна сообщить этому Филу? — спросила Анетта, с великим трудом подавляя в себе закипающий гнев.

— Все, что тебе известно…

Резко поднявшись, Анетта заорала на все кафе:

— Подонок! Грязный выродок! Сволочь! Ты считаешь, — она судорожным движением полезла в сумочку, висевшую на спинке стула, — ты считаешь, что я продамся тебе и твоему вонючему издателю за эти гнусные деньги?! — Анетта, достав из сумочки банкноту, швырнула ее в лицо мистеру Чарлтону. — Ты что, действительно думаешь, что я буду тут торговать своими друзьями?

Мистер Чарлтон невозмутимо поднял банкноту и положил ее в карман.

— Ты считаешь, — продолжала неистовствовать Анетта, — что я похожа на предательницу?.. Убирайся вон отсюда!.. Если я тебя еще хоть раз увижу, я тебя просто… — не закончив фразу, девушка опрометью выбежала из кафе.

Мистер Чарлтон, прищурившись, только тихо произнес ей вслед:

— Ты еще пожалеешь об этом, не раз пожалеешь… Не надо тебе было так поступать, Анетта, ох, не надо…

Прибежав домой, Анетта тут же бросилась к телефону. Набрав номер апартаментов Денниса, она неожиданно услышала из трубки:

— С вами говорит автоответчик гостиницы «Маджестик». Если вы хотите оставить какую-нибудь информацию для мистера Денниса Харпера, можете сделать это после звукового сигнала…

Автоответчик говорил приятным баритоном — Анетта сразу же узнала голос хозяина номера.

Когда в трубке прозвучал гудок, Анетта на одном дыхании произнесла:

— Мистер Харпер, скажите Мартине, чтобы она срочно связалась со мной, Анеттой Финн. Я только что виделась с отвратительным подонком Рудди Чарлтоном, боюсь, вам грозит опасность…

Бросив на рычаг трубку, Анетта в полном изнеможении повалилась на кровать — от разговоров с дядюшкой и Чарлтоном она устала настолько, что не нашла в себе сил раздеться…

Фил Якобс действительно был профессионалом своего дела — во всяком случае в способности изыскивать всякие скандальные факты и, как он сам не раз любил повторять, «делать из мусора и грязи красивое заварное пирожное», в австралийской журналистике ему не было равных.

Якобс обладал совершенно поразительным нюхом на всякого рода скандалы — злые языки утверждали, что некоторые скандалы он сам организовывал, чтобы потом как следует раскрутить в «Обнаженной правде».

Проводив мистера Чарлтона, Фил Якобс допил вино и, закурив сигарету, задумался — с чего бы начать. Прежде всего надлежало проверить степень достоверности пересказанной Рудди истории. Мультимиллионер с безупречной, насколько всем известно, репутацией, берет на содержание третьесортную проститутку, более того — никого не стыдясь, поселяет ее с собой в номере гостиницы «Маджестик». Нужны были факты, которые бы подтвердили ситуацию.

Якобс прекрасно знал, как именно надо действовать в сложившейся ситуации: необходимо было побеседовать с гостиничной прислугой, а также с теми, кто знал мисс Липтон до ее поступления на службу к Деннису Харперу. Вторым пообещал, кстати, заняться Рудди — Фил сказал, чтобы он пообещал какой-нибудь подруге-девушке все, что угодно, за подборку компрометирующих данных.