Чтение онлайн

Во дворе была видна подбитая нами вчера автомашина помидорного цвета.

– Это ты дезертир?
– спросил я паренька.

Тот испуганно захлопнул калитку и забежал в дом.

– Да. Это он.
– подтвердил Ермаков, несший две тяжелые канистры.

Кроме простыней бабка надавала ему какой-то домашней снеди, которую он сейчас нес в пакете под мышкой.

– Надо было его припахать. Помог бы донести канистры.
– С досадой сказал я.

Со дворов, узнавая, кричали Васю. Люди выбегали и совали нам еду, сигареты, какие-то свертки и банки. Но руки у нас были уже заняты и мы отказывались. Тогда один мужик расстегнул мне верхние пуговицы на камуфляже и быстро засунул мне за пазуху два блока сигарет. Я начал возмущаться и говорить, что я все-таки командир. Меня поняли и больше не загружали. Зато пазухи солдат были забиты до отказа.

Добравшись до околицы, мы растерялись. Вокруг работающего винтами вертолета собралось огромная толпа Васиных односельчан. Продираясь сквозь людскую массу, в которой было большое количество красивых девчат, я даже немного позавидовал своему солдату, который скоро приедет сюда в отпуск.

У вертолета стоял важный комбат и разговаривал с мужчиной, который сзади показался мне знакомым.

– Батюшки мои, какая встреча!- Я даже не мог скрыть свое удивление.
– Пулю свою маленькую нашли?

Собеседником комбата оказался наш вчерашний "сосед", который чувствовал себя довольно-таки превосходно. На голове его не было никакой повязки. И только пятна зеленки напоминали мне вчерашние раны.

– Залазьте быстрее.
– скомандовал нам комбат.

Мы подали наверх канистры и солдаты заскочили внутрь вертолета.

– Ну, дед, будь здоров. Сильно на нас не обижайся.
– сказал Маркусин соседу, пожал ему руку на прощанье и вскочил на борт.

Я влез последним и захлопнул за собой дверь. Повернувшись к салону, я стал искать глазами себе место и ахнул. Весь пол вертолета и часть свободных сидений оказались сплошь заставленными дарами Васиных односельчан: трехлитровыми банками с вареньями и соленьями, стекляными баллонами с соленым салом и самодельной тушенкой, кусками копченого и вареного мяса, Пакетами с огурцами и помидорами, домашним хлебом и обычными буханками, коробками с яйцами и зеленью…

Всё это изобилие простой и здоровой пищи полностью покрывало свободную поверхность пола и сидений, так что некуда было ступить, и заполняло весь вертолетный салон ароматными и аппетитными запахами. Наверняка вслед за нами в воздухе протянулся длиннющий и соблазнительно благоухающий шлейф…

Я продолжал стоять у двери и тщетно старался найти для себя точку приземления. На двухместном сидении справа от меня стояла большая картонная коробка с дымящимися варениками, которые можно было в принципе спокойно переложить на дополнительный топливный бак рядом…

– Надо бы их съесть, пока они горячие.
– Сказал весьма кстати комбат и запустил в коробку руку.

Маркусин ловко подцепил своими пальцами скромную парочку вареников и, даже не задумываясь о последствиях о последствиях приема пищи не совсем чистыми ручками, отправил их куда следовало… Через две-три секунды дегустация показала нам большой палец кверху, что означало выдачу разрешения на дальнейшее употребление этого лакомства по прямому назначению… Я тоже взял два дымящихся вареника и жестом показал пулеметчику, чтобы он угостился сам и пустил коробку дальше по салону. Ульджиев всё понял с лёту и вскоре я смог наконец-то присесть на освободившееся сиденье, чтобы дать передохнуть уставшим ногам. Но эти телодвижения проделывались в полуавтоматическом режиме, ибо в данную минуту мои вкусовые рецепторы пищали от удовольствия…

Впервые в жизни я ел вареники с малиной. После скудной казенной пищи они показались мне верхом кулинарного мастерства. Но, как выяснилось, внутри попадалась и вишня…

– Блин… Чуть зуб не сломал об эту косточку…

Но эта досадная мелочь не смогла испортить довольного настроя майора Маркусина, пребывавшего сейчас в отличнейшем расположении духа…

– Подходит ко мне вчерашний дедок-водитель и начинает мне же рассказывать, как его накануне расстреливали да чуть было не убили свои собственные солдаты… - со смехом говорил, то есть кричал нам командир батальона.
– Ну я ему и признался, что это я и стрелял… А дед помолчал… И потом сам же да говорит, что только он и виноват… "А я со страху сбежать хотел"…

– Ну ничего. Его царапины скоро заживут.
– потирал руки радостно улыбающийся доктор.
– Сейчас прилетим и можно приступать…

– Да уже садимся… - похлопал его по плечу Маркусин.

Вертолетчики в этот раз не стали выкручивать всевозможные фортели с образцово-показательной посадкой, а попросту приземлились с коротким зависанием на свою стояночную площадку, после чего съехали на зеленую травку…

После того, как вся группа осторожно высадились из вертушки, на глаза комбату попался разведчик Вася:

– Ну что, солдат Ермаков? Ты теперь первый парень на деревне!… Как приедешь домой, так девки к тебе в очередь будут становиться!

Боец Василий только лишь смущенно отводил глаза в сторону и краснел как вареный рак. Помог ему доктор:

– Товарищ майор, давайте не будем травмировать хрупкую солдатскую душу и отпустим его. А то нас ждут великие дела…

Тут же выяснилось, что и наш майор Маркусин был не прочь заняться этими самыми великими делами… Полученные трофеи после приземления мы сразу поделили по-военному: подшиву - на всех солдат роты; пищевые продукты - поровну на офицеров и солдат моей группы; вино - только на наших командиров и экипажи вертушек.

Моя группа забрала свою законную половину "трофейного харча" и отправилась пировать под старый вертолет. В суматохе кто-то из бойцов успел таки прихватить двухлитровую пластиковую бутыль вина.

– Пускай тоже отметят день военной медицины!
– махнул на это наш военврач.
– Лишь бы она им не пригодилась…

Гостеприимный борттехник нашего Ми-восьмого расстелил в тени под хвостом вертака большое брезентовое полотнище, на котором все стали раскладывать закуску, кружки и пластиковые бутылки с вином. Канистры пока находились в холодке и дожидались своей очереди.

Быстренько подошли экипажи наших четырех вертушек и остальные офицеры отряда Аксайского спецназа. Когда участники банкета уже уселись вокруг импровизированного стола комбат вдруг вспомнил про Ермакова и приказал позвать его. Пока разливали вино по кружкам подбежал Василий, которому тоже вручили кружку вина.

– Так, солдат Ермаков!
– на правах тамады Маркусин встал и поднял свою кружку.
– Первый тост я предлагаю выпить за твоих родителей и твою семью, чтобы здоровье у вас всех было хорошее, не болели и всегда делали такое отличное вино. Вперед!…

Все дружно чокнулись и залпом выпили свое вино. Только Ермаков, багровый от смущения или от уже выпитого в подполе вина, медленно допивал свою кружку. Чтобы не смущать солдата дальше, его отправили к группе побыстрее закусить. Ну и после этого понеслось обычное военно-полевое застолье. Второй тост, как положено, подняли за всех медиков, особенно военных и в частности за нашего доктора.

– Ну где вы еще найдете такого начальника медслужбы бригады, который по собственному желанию оставил свою санчасть и вместе с обычной разведгруппой спецназа летает на боевые задания.
– Расхваливал доктора комбат.
– Только майор Новиков способен на такие поступки, которые достойны настоящего мужчины.