Чтение онлайн

Я не могу.

Я люблю его и не хочу жить без него.

– Вы пили чай с тем офицером, - настаивает мистер Уэллс.
– О чем вы говорили до моего прихода? Мне нужны подробности, мисс Фостер.

– Я сказала ей, что была с Дэйном прошлой ночью примерно в то время, когда умер Стивен. И я сказала ей, что не знаю, что с ним случилось. Это правда.

Ему не совсем удается подавить гримасу.
– Итак, позвольте мне прояснить ситуацию. Дэниел признался в убийстве Лэнсинга. И вы были с ним в момент смерти. Вы были на месте преступления, но не знаете, что произошло?

Я вздыхаю и обязуюсь рассказать адвокату все. Если мы собираемся спасти Дэйна, он должен знать.

– Дэйн защищал меня, - утверждаю я.
– Стивен оказал на меня давление, чтобы я выпила с ним по окончании нашей встречи. В напиток было подмешано наркотик, и он напал на меня. Дэйн нашел нас вместе и спас меня.

Мистеру Уэллсу требуется время, чтобы осмыслить то, что я ему сказала, прежде чем заговорить снова.

– Я видел фотографии с места преступления. Лучше всего это можно описать как преступление на почве страсти, а не самообороны.

Я подавляю дрожь. Я рада, что ничего не помню об убийстве. Зная Дэйна и его защитную ярость, я могу представить, что смерть Стивена была жестокой.

Искра мстительного удовлетворения вспыхивает в моей груди, чувство, которое я неохотно признаю.

Мужчины столько раз прикасались ко мне без моего согласия, но это больше никогда не повторится. Дэйн этого не допустит.

Я принимаю решение защищать моего белого рыцаря, моего темного бога. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы спасти его.

– Полиция найдет кружку, которую дал мне Стивен, - быстро говорю я.
– На ней, вероятно, будут следы наркотика, не так ли?

Если они найдут эту улику, им не составит особого труда нарисовать картину того, что случилось со Стивеном.

Мистер Уэллс мрачно кивает.
– Я уверен, что это уже собрано в качестве доказательства, но у них еще не было времени что-либо проверить. Я сообщу лорду Грэхему, и он сделает так, чтобы это исчезло до того, как это произойдет.

Я не шокирована тем, что у отца Дэйна есть связи, необходимые для уничтожения улик. Особенно теперь, когда я знаю, что он может собрать команду юристов менее чем за час, как только узнает об угрозе своей семье.

– Дэйну это не понравится, - сообщаю я мистеру Уэллсу.
– Он не захочет ничего принимать от своего отца.

– Даже если это будет стоить ему свободы?

– Нет, даже если это будет стоить ему жизни.

Я знаю это глубоко внутри. Дэйн ненавидит свою семью, и он действительно скорее умрет, чем примет что-либо от них. Особенно когда они всего лишь помогают ему спасти свою собственную репутацию.

Какая-то жестокая часть его, вероятно, будет удовлетворена тем, что разрушит их скандалом со своим арестом и заключением в тюрьму.

Я не могу позволить этому случиться.

Я расправляю плечи.
– Мне нужно поговорить с братом Дэйна, Джеймсом.

Полчаса спустя Джеймс сидит в кресле, которое раньше занимал мистер Уэллс; адвокат ждет снаружи, чтобы оставить нас наедине.

Глаза Джеймса — так похожие на пронзительный зеленый взгляд Дэйна — пронзают меня насквозь.
– Итак, мой брат уже признался в убийстве Стивена Лэнсинга.

Я киваю.
– Он сделал это, чтобы спасти меня.

Рыжие брови Джеймса сходятся на переносице.
– Я понимаю, что Лэнсинг накачал тебя наркотиками, но моему брату не нужно было убивать этого человека, чтобы спасти тебя.

– Нет, - соглашаюсь я.
– Но Дэйн очень заботливый. И это не то, что я имела в виду. Он признался, потому что полиция приехала арестовывать меня. Они знали, что я была со Стивеном в момент его смерти, поэтому подумали, что я могу быть виновна.

Джеймс усмехается.
– Я видел фотографии с места преступления. Учитывая твой рост, крайне маловероятно, что ты способна нанести такой ущерб.

Я подавляю дрожь. Надеюсь, никто никогда не покажет мне фотографии. Осознавать, что Дэйн убил, чтобы спасти меня, достаточно сложно, даже если я не расстроена смертью Стивена. Я бы предпочла не видеть доказательств его кровавой кончины.

– Дэйн сделал бы все, чтобы защитить меня, - утверждаю я.
– И я люблю его за это.

В этот момент я признаю, что не несу ответственности за смерть Стивена по доверенности; вина лежит на нем за то, что он накачал меня наркотиками и напал на меня. Если бы он не был сексуальным хищником, он был бы все еще жив.

Джеймс вздыхает.
– Я не уверен, заслуживает ли мой брат такой преданности, если он убийца.

– Он заслуживает, - заявляю я.

Дэйн заслуживает того, чтобы его любили. Особенно потому, что его семья никогда его не любила. Ему нужен кто-то на его стороне, и я решаю, что отныне этим человеком буду я.

Я принадлежу Дэйну, но и он мой тоже.

– Что ж, ты почувствуешь облегчение, узнав, что все будет хорошо, - говорит Джеймс.
– Мой отец позаботится о том, чтобы Дэниела — Дэйна — освободили без каких-либо записей о его аресте.

Тот факт, что он активно использует любимое имя Дэйна, заставляет меня смягчиться по отношению к нему. После их конфликтов в фамильном поместье становится ясно, что Дэйн не испытывает ничего, кроме презрения к своему младшему брату.

Но, возможно, Джеймс не заслуживает такого негодования.

Я качаю головой.
– Дэйн ничего не примет от твоего отца. Гораздо более вероятно, что он удвоит свое признание, чтобы разрушить репутацию вашей семьи.

Джеймс тихо чертыхается и проводит рукой по волосам.
– Ты действительно думаешь, что он готов сесть в тюрьму только назло нам?

Я пристально смотрю на него.
– Ты был там, когда он столкнулся с твоими родителями в поместье. Как ты думаешь, на что готов пойти Дэйн, чтобы наказать их?

Он снова чертыхается.
– Это уничтожит мою мать.

– Возможно, она заслуживает немного страданий, - холодно говорю я.

Дэйн нанесет удар туда, где больнее всего: по ее репутации.

Джеймс прищуривается, глядя на меня.
– Я знаю, что Дэйн мог позволить себе роскошь уйти из семьи, но я нет. Он позаботился об этом, когда отказался от титула и свалил в Америку. Теперь я наследник, а это значит, что мне придется иметь дело со своими родителями, хочу я того или нет. Однажды я буду нести ответственность за фамилию. Это все, что у меня есть, Эбигейл. Это то, для чего меня растили: быть графом Рипли. Теперь мой брат следит за тем, чтобы я стал Повелителем Праха. И все потому, что он думает, что это я виноват в том, что наши родители заменили мной его сестру-близнеца.