Чтение онлайн

– Не на завтрак, Рори, - сказал молодой человек.

Я воспользовался этим, чтобы вернуться к плите и заняться следующим блинчиком для маленькой девочки, а также замесить еще тесто для следующей порции.

– Проголодались, ребята?
– спросил я.

Краем глаза я заметил, как Мика и Кристофер подошли к барным стульям. Кристофер без труда уселся на один из них, чего я не мог сказать о Мике. Все, что я мог, это держать рот на замке, пока он пытался забраться на один из высоких стульев. Почему, черт возьми, я не подумал о том, чтобы усадить Рори за изысканный обеденный стол в соседней комнате?

О, да, потому что маленькая девочка была просто чертовски милой, когда вдруг появилась, забралась на табурет и попросила еды. Я был занят приготовлением кофе и даже не слышал ее, пока она не заговорила. Если бы рефлексы были чуть похуже, я бы облился кофе.

К тому времени, как я открыл рот, чтобы сказать Мике, что он может есть за обеденным столом, он уже сидел.

Бедняга выглядел так, словно внезапно наступила смерть, и я был уверен, что знаю почему. В больнице ему выписали рецепт на обезболивающие, но, после вчерашнего, я предположил, что он их не принимал. Я не мог его винить. Если бы ситуация была обратной, я бы тоже хотел быть в трезвом уме.

Черт, я хотел, нет, мне нужно было быть в трезвом уме, но я и близко не был.

– Кофе?
– Спросил я Мику.

Он коротко мне кивнул. Это дало мне возможность чем-то заняться, поэтому я не спеша наполнил кружку и поставил перед ним вместе со сливками и сахаром.

– Кристофер, хочешь апельсинового сока или воды?

Кристофер сначала посмотрел на Мику, и только когда тот кивнул, Кристофер сделал то же самое.

– Сок, пожалуйста, - нервно попросил он.

В какой-то момент ночью Кристофер вернулся в мою спальню, чтобы побыть с Микой, но я не хотел их беспокоить, поэтому только заглянул в комнату, чтобы убедиться, что Кристофер там. Он спал на полу рядом с кроватью.

Я взял сок и отдал его Кристоферу, затем пошел открыть бутылку с водой для Мики, когда увидел, что он борется с ней.

– Как спалось?
– Спросил я, встретившись взглядом с Микой.

Он просто кивнул, и я решил, что это означает, что он хорошо выспался после нашей странной встречи прошлой ночью.

Я вернулся к приготовлению завтрака, хотя, даже когда стал замешивать тесто, полностью был поглощен разговором, происходящим между Микой и детьми. Ну, одним ребенком.

Рори продолжала задавать вопросы даже после того, как я поставил перед ней блинчик. Мика терпеливо ответил на каждый из них и мягко напомнил о правилах поведения за столом. Кристофер, с другой стороны, не произнес ни слова, и те несколько раз, когда я смотрел в его сторону, он смотрел либо в свою тарелку, либо себе под ноги. В отличие от Рори, которая все еще была в футболке, которую я подарил ей накануне вечером, Кристофер был полностью одет в одежду, в которой приехал.

К тому времени, как я разложил перед всеми блинчики, все успокоились настолько, что дети сосредоточились на еде, а Мика - на них. Он даже не притронулся к своей порции, пока дети не доели и он не убедился, что они наелись досыта. У меня сложилось впечатление, что именно так, скорее всего, питалась вся троица. Это объясняло, почему Мика такой худой, в то время как Кристофер и Рори имели гораздо более здоровый вес. Он, вероятно, отказывался от многих своих блюд, чтобы у обоих детей были сытые желудки.

Я начал мыть посуду, и к тому времени, как полностью загрузил посудомоечную машину, оба ребенка ушли, и остались только мы с Микой. Я не был уверен, то ли он их отпустил, то ли они ушли сами. Скорее всего, первое, поскольку Кристоферу, похоже, не нравилось находиться вдали от Мики по какой-то причине.

Я выругал себя, когда мой взгляд упал на почти полную тарелку блинчиков Мики. Из парня выбили все дерьмо менее чем сутки назад, и его организм все еще был переполнен остатками множества лекарств, а я приготовил ему слишком плотный завтрак.

– Как насчет тостов?
– Спросил я, потянувшись к тарелке с недоеденной едой. Клянусь, я заметил, как щеки Мики слегка покраснели, когда он слегка кивнул мне.

Напряжение между нами продолжало нарастать, пока я готовил тост для Мики, и мне хотелось придумать какой-нибудь способ избавиться от него. Но все, что я мог слышать в голове, слова, что сказал ему прошлой ночью. Я все еще понятия не имел, что заставило меня признаться, что я не могу перестать прикасаться к нему. С таким же успехом я мог бы сказать ему, что отпустить его было невозможно, и не только из-за того, что я испытывал огромное чувство вины, когда дело касалось его и его брата.

Я поставил тост перед Микой и пошел ему за второй бутылкой воды, заметив, что он почти прикончил первую. Его движения были медленными и болезненными, когда он потянулся за тостом здоровой рукой и откусил кусочек.

– Ты принял лекарство сегодня утром?
– Спросил я, хотя уже знал ответ.

Я был удивлен, что Мика в ответ только покачал головой. Я не стал давить на него, так как знал, почему он не стал бы его принимать. Он хотел быть более уравновешенным, разбираясь со своей ситуацией.

Несмотря на все, что сказал накануне вечером о том, чтобы отпустить его, я знал, что не смогу этого сделать. Да, в глубине души у меня были эгоистичные причины желать, чтобы он был рядом, но реальность заключалась в том, что я знал, что он не в той форме, чтобы позаботиться о себе или о детях. И после того, как выполнил свое домашнее задание, я понял, что его ждет в будущем, и оно не было радужным.

Теперь мне просто нужно было заставить его это понять.

– У тебя сохранилась та медицинская форма, которую мне дали в больнице?
– Спросил Мика, откусывая еще кусочек от тоста, а затем отодвигая тарелку.

– Она в стирке, - соврал я. Она не была в стирке, но, технически, была в сушилке, и ее просто нужно было вытащить и сложить. Но если я скажу ему об этом, он уйдет, и этот разговор никогда не состоится.

Мика выглядел совершенно удрученным.

– У тебя есть футболка или что-нибудь в этом роде, что я мог бы надеть, пока она не постирается?

Я кивнул и сказал:

– Да, конечно.

Я обошел стол и направился в свою спальню. Я стал перебирать свои старые футболки, так как они были немного меньше, чем футболки, которые я носил сейчас. Я был удивлен, обнаружив, что Мика ждет в дверях спальни. Когда я подошел к нему с футболкой, он не пошевелился, и мое тело автоматически пришло в состояние повышенной готовности. Несмотря на то, что он был значительно меньше весом, я все равно не мог забыть, насколько он красив. Мне хотелось прикоснуться к каждому кусочку гладкой кожи, до которого я мог дотянуться пальцами. Я хотел изучить изгиб его плеч, бедер, даже его чертовы лодыжки. Я хотел знать, что заставит его рассмеяться. Я хотел знать, как звучит его голос, когда он произносит мое имя, почти задыхаясь от удовольствия.

Я заставил свое непослушное тело сосредоточиться на других вещах и протянул Мике футболку. Он не торопился натягивать ее на себя, и после нескольких ударов по своей больной руке я помог ему расправить ткань. Его руки все еще были подняты, когда я натянул ткань на его стройные бедра. Я молча уговаривал его опустить руки мне на плечи для поддержки, но, к сожалению, в этом не было никакой причины. Блядь, было так просто сделать еще один шаг и сократить расстояние между нами. Я бы почувствовал, как его стройное тело прижимается к моему, и, наконец-то, узнал бы, что он чувствует, когда не напуган, не взбешен и не в отключке.