Чтение онлайн

Я разглядывал все с большим интересом. Среди всей этой яркой одежды перестав обращать внимание на уродливых обитателей цирка. Вся эта суета, цветные наряды, громкие зазывания напоминали ярмарку, на которую мы ходили с мамой пару раз. Отличием было лишь то, что сейчас стояла глубокая ночь.

Не знаю, сколько прошло времени, но шум начинал давить на уши. В глазах замельтешили яркие пятна. Я затряс головой, зажмурившись.

Николас положил мне руку на плечо, одновременно произнеся:

— Здесь мы можем чувствовать себя сами собой, не скрываясь.

Не услышав, как он подошел, я резко развернулся от неожиданности. Друг поймал мою руку, предупреждая удар.

— Ну ты даешь, Алекс. Нельзя терять бдительность. — Николас взял меня под руку, потащив к большому шатру. — Нас уже ждут, мы немного задержались. Вижу твою растерянность, но так часто бывает вначале от переизбытка впечатлений.

Мне Николас не давал вставить ни слова, идя первым через толпу, пробивая путь.

Около входа нас, как и говорил мой учитель, уже ждали. Елана о чем-то разговаривала с Фернандо, до меня долетели обрывки фраз: «что ты об этом можешь знать…» и «он часть меня…». Как только она заметила нас, тут же замолчала.

— Ну, вот, все в сборе, шоу сейчас начнется, давайте поспешим, — у Николаса в руках появились четыре небольших билетика на предстоящее шоу.

Вместе с толпой мы влились в цирковой шатер и, найдя свободные места, сели. Твердые сиденья без спинок, расположенные на одном уровне, и круглая арена в центре. Шатер изнутри выглядел гораздо больше и просторнее, чем снаружи.

Пока на импровизированную сцену не вышел человек, в зале стоял гул.

— Добрый вечер, уважаемые дамы и господа. Наш цирк приветствует Вас. — Как только зазвучал его громоподобный голос, долетевший до самого купола, зрители затихли.

На говорившего мужчину были обращены все взгляды, я сразу узнал его. Это был тот самый высокий, худой человек. У него оказался приятный низкий голос. Он снял пиджак, и все ахнули, поражаясь худобе мужчины: кости, обтянутые кожей. Тонкие руки, казалось, могли сломаться под тяжестью даже трости. Выступающие ребра можно было пересчитать, сквозь тонкую желтоватую кожу просвечивали голубоватые вены. Послышались женские ахи и вздохи, мужчины же смотрели с нескрываемым интересом.

Вышли двое сильных мужчин и начали с двух сторон тянуть за его кожу, которая оттянулась больше, чем на полметра. Сам человек взял себя за щеки, и его улыбка расплылась будто на старом листе пергамента.

Продолжение представления было не менее захватывающим. Я не обращал внимания на зрителей, лишь заворожено смотрел в центр.

Далее выступали акробаты и гимнасты, летающие под самым куполом. Силачи подкидывали гигантские гири, жонглируя ими. Выходили собаки, лошади, попугаи, показывая свои номера. Больше всего меня поразили сиамские близнецы, сросшиеся нижней частью туловища, и танцующая девушка с четырьмя ногами.

Я не мог скрыть эмоций и то и дело ловил на себе любопытный взгляд Николаса.

Представление близилось к завершению, тот же человек, объявляющий о начале, громко объявил:

— Дорогие дамы и господа, благодарим вас, надеемся, что наше представление вам понравилось, и надеемся увидеть и вас, и ваших знакомых в нашем Цирке в следующий раз. Благодарим за внимание, до скорых встреч.

Люди начали вставить со своих мест, торопясь к выходу. Отойдя от шока из-за увиденного, я обнаружил, насколько неудобно было сидеть. Затекшие ноги онемели, твердое сидение будто отпечаталось на месте соприкосновения моего тела с ним. Я потер затекшие места, не стремясь толкаться возле входа.

— Ну, как тебе представление, впечатлило?

— Не то слово, я и не знал, что такой цирк бывает.

Николас засмеялся приятный бархатный звук коснулся меня словно мягким пером, продолжив:

— Нам необходимо еще заглянуть кое-куда, после будем возвращаться домой.

Я покорно пошел за другом, прокручивая в голове выступление и совершенно не веря в реальность происходящего.

Наша компания шла мимо оживленной толпы людей, на душе было неспокойно от вспомнившихся слов Николаса, что мы здесь как «свои». Я поёжился будто от холода, не ощущая себя таковым.

Мы зашли в небольшой жилой фургончик, такой тесный, что мне, привыкшему к большим и просторным помещениям, было непривычно в нем находиться.

Легкий беспорядок, царивший в нем, наталкивал на мысль о проживании здесь мужчины. Я вертел головой, не понимая цель нашего прихода. И точно, к моему удивлению, хозяин вылез, кряхтя, из-под кучи тряпья. Им оказался маленький человек, с которым я столкнулся до этого.

— Карл, — представился он, улыбаясь и протягивая мне свою крохотную ручку.

— Анатоль, — от чего-то ответил я, заменив свое настоящее имя придуманным мной. Раньше я никак не мог решиться на подобный шаг, который сейчас произошел будто сам собой. Даже представить, что этот уродец будет называть меня по имени, было неприемлемо для меня.

Чуть поколебавшись, я пожал его руку. Николас не проявлял никаких настоящих эмоций, радушно улыбаясь. Елана только кивнула в ответ. Фернандо остался снаружи, я точно был уверен, что мои друзья здесь бывали уже не раз и не два, и Фернандо со знанием дела не вошел внутрь.

Видимо, неприязнь отчетливо читалась на моем лице. Николас взял меня за руку, слегка поглаживая тыльную сторону.

— Вижу, вы привели с собой нового друга, вот только он не питает к нам дружеских чувств.

— Он среди нас не слишком давно, поэтому не суди о нем строго, Карл, Анатоль никогда не допускал возможности существования вашего мира. Для него мир полон просторных залов и сверкающих балов.

Я хотел возразить, но аккуратно подстриженные ногти Николаса до боли впились в мою ладонь, я благоразумно промолчал. Друг отошел от меня к маленькому окну с опущенными аляповатыми шторами, отвел их и быстро посмотрел на улицу. Шум голосов уже начал стихать, люди, прибывшие развлечь себя, разъезжались по домам, собираясь лечь в теплые кроватки и проспать до самого обеда.

Хватило минуты, пока я задумался, как передо мной появился второй человечек, еще меньше ростом с почти правильными пропорциями тела и большими детскими глазами. Он достал откуда-то колоду карт, перетасовал ее, спрятал в карман и, занеся руку мне за ухо, достал даму червей. Затем повел руками, и карта исчезла. Раскрыв передо мной веером всю колоду рубашками вверх, очень быстро заговорил, почти не делая паузы между словами:

— Ну, достань карту, давай, достань карту, ну же, смелее, тяни любую из колоды. Давай, давай.