Чтение онлайн

— Привет, — сказал он, мягко обнимая Сару и убирая свою затекшую руку.

Она тихо простонала и потянулась медленно и изящно, движением, которое напомнило ему, как долго он не обнимал женщину. Затем она тихонько вскрикнула:

— О боже! Не могу поверить, что я уснула.

— Мы оба задремали. — Он ждал, когда его рука вернется к жизни. Она массировала свое плечо. Он подумал, не повредил ли ей вес его руки. Лучше не спрашивать.

Он пошел проверить собаку. Щенки лежали в ряд, кто сосал, кто спал. Уилл дважды пересчитал их.

— Шестеро, — сказал он Саре.

Она сонно улыбнулась:

— Они в порядке?

— Думаю, что да. Фрэнни дремлет.

Сара допила остатки чая из своей чашки, сморщилась и потом опустилась на колени рядом с собакой.

— Хорошая девочка, — ласково сказала она и протянула руку. Собака сонно моргнула и позволила Саре погладить ей голову — Я уже записала семьи, которые возьмут щенков. Пока я говорила о четверых — Она повернулась к Уиллу: — Спасибо вам.

— Нет проблем.

— В самом деле? Я вас сорвала не с работы?

— Нет. И насколько я знаю, прошлой ночью никого спасать не надо было. — Он протянул руку, чтобы помочь ей подняться на ноги

Она быстро оглядела его, затем взяла за руку.

— Меня, — сказала она.

Как она иногда делала, когда никого не было дома, Аврора переключила радио на кухне на испанскую станцию и позволила знакомым голосам и ритмам занять сознание. Когда она делала это, ее голова наполнялась мечтами и воспоминаниями, и она не могла определить разницы между ними.

Она вспомнила ощущение женской руки, гладящей ей лоб. Была это мама или кто-то еще, медсестра в клинике, где ей кололи пенициллин? Аврора не могла вспомнить.

Барабанная дробь дикторского голоса по радио звучала бодро и весело. Ее родной язык имел естественный оптимистический ритм, так что даже молитва Господу звучала как джазовый ритм. До приезда в Гленмиур у нее была целая толпа двоюродных братьев и сестер, и она могла играть с ними, или она это только воображала?

Ее прошлое было как далекая, неоткрытая страна, сияющая на горизонте, до которой она не могла дотянуться. Она подозревала, что если будет стараться изо всех сил, то сможет поехать туда и узнать, на что она в самом деле похожа. С должной точностью она сможет отделить воспоминания от снов и желаний и открыть жизнь, которой она жила, пока не появился Уилл.

Вопрос состоял в том, действительно ли она хочет это знать.

С тревожным вздохом неудовлетворенности она выключила радио.

Это все так бессмысленно, думала Аврора, пустая трата времени гадать и тревожиться о ком-то, кто ушел и не оглянулся.

Как все говорили ей, у нее была преданная семья, создавшая ей отличную систему поддержки. Проблема состояла в том, и она не пыталась этого отрицать, что она все еще хотела иметь мать. Часть ее готова была променять «систему поддержки» на пять минут безусловной материнской любви.

Неожиданный звонок в дверь заставил ее вздрогнуть. То, что она увидела, открыв дверь, заставило ее вздрогнуть еще сильнее — Зэйн Паркер. Несколько секунд все, что она могла делать, — это просто глазеть на него. Он был так хорош собой, что это было почти ненормально. Он словно явился из телевизионного сериала, в котором играл горячего парня. Все девочки, которых знала Аврора, балдели от него. Если бы разбитые сердца разбивались на самом деле, он был бы усыпан их осколками.

Это было словно в сказке, Зэйн Паркер пришел к ней домой, как она и мечтала. Она боялась заговорить из страха разрушить колдовство.

— Мы продаем луковицы для проекта восстановления Маунт-Вижн, — сказал он, одаривая ее безупречной улыбкой.

Ей потребовалось несколько мгновений, чтобы осознать, что в тени его стоит его брат Этан.

— Вы хотите сказать, как электрические лампочки?

— Как цветочные луковицы, детка. — Он рассмеялся, словно она пошутила. Но нет, думала она. Она в самом деле была тупицей. Присутствие симпатичного мальчика убило все мозговые клетки в ее голове.

Приносить цветочные луковицы Боннерам было все равно что приносить лед эскимосам, но Авроре не было до этого дела.

— Входите, — пригласила она и споткнулась, гостеприимно распахивая дверь. В ушах она слышала музыку и не сразу поняла, что это биение ее собственного сердца. Аврора пришла в такой восторг, что практически забыла об Этане. — Прости, — сказала она, отступая в сторону. — Привет, Этан.

— Привет. — Этан был во всех отношениях противоположностью Зэйна. На нем были черные джинсы, низко спускавшиеся на бедрах, и черная футболка. Его слишком длинные волосы закрывали ему глаза. В отношении Этана было ясно, что он не особенно беспокоится о своем внешнем виде. Зато у него были добрые глаза, а по губам скользила легкая, быстрая улыбка.

Он последовал за братом с тяжелой с виду коробкой в руках.

— Не возражаешь, если я поставлю это на стол?

Глядя на них, Аврора подумала: «Что за облом иметь такого брата, как Зэйн». Однако Этан, похоже, ни в малой степени не смущался и лишь застенчиво усмехался, глядя на нее.

— Конечно, нет проблем. — Она провела их в кухню.

На столе она торопливо отодвинула в сторону книги и газеты.

Зэйн постучал ручкой по стойке.

— Что, твой старик дома?

— Он в городе, выполняет кое-какие поручения. — Как обычно, отец приглашал ее поехать с ним. Когда она была маленькой, она любила дни, когда он не был на дежурстве, когда они двое занимались обычными вещами, например ходили в библиотеку или в бакалею. Часть ее хотела, чтобы они все еще ходили друг за дружкой по пятам, но в ее возрасте это выглядело бы по-детски, и она приобрела привычку находить отговорки всякий раз, как ее отец приглашал ее заняться чем-то вместе с ним.

Она заметила, как братья переглянулись, и торопливо добавила:

— Я куплю у вас немного луковиц. Я хочу сказать, что это для хорошего дела и все такое. — У нее были собственные деньги, поскольку она подрабатывала нянькой, и деньги лежали на ее собственном банковском счете. Она собирала их на маркеры, как у Сары, но неожиданно луковицы показались ей более важными.

Зэйн снова ослепил ее улыбкой.

— Превосходно. — Он жестом показал на брата. — Покажи ей, что у нас есть.

Ей хотелось, чтобы Зэйн показал ей луковицы, но он, похоже, больше интересовался кухней. Неожиданно у нее родилась блестящая идея.