Чтение онлайн

— Удивительно, как ты дожила до двадцати двух целой и невредимой.

— Ну так все просто, я же оказывается была девственницей. В лесу мы тоже поэтому выжили. А вот сейчас мне придется туго, теперь я точно не девочка. Думаешь, надо быть осторожнее со своим языком, да?

— Однозначно.

— Я постараюсь.

— Врешь.

— Вру, — соглашаюсь я, прикусывая губу. — Тебе не страшно?

— Что? Находиться рядом с тобой? Страшно, но интересно.

— Я не про это, но спасибо, что сказал. Тебе не страшно становиться хирургом?

— Если бы было страшно, то какой смысл им становиться? В жизни есть много занятий, где можно заработать бабки и без страха на смене. Так что нет, я пошел в медицину целенаправленно, а не потому что кто-то пытался через меня реализовать свои несбывшееся мечты.

— Не знаю, хирург — это страшно. Это… это… пипец короче. Никогда не понимала, как можно быть хирургом и пилотом. Это же такая ответственность. И мощь. Круто, конечно, но ссыкотно.

— Ну, потенциально я готов к маленькому кладбищу. Увы и ах, у любого самого крутого врача, спасшего тысячи жизней, оно есть.

— Это ужасно.

— Можно подумать, у терапевтов его нет. Ты им, кстати, не боишься становиться?

— Боюсь, конечно. Точнее боюсь что-то сделать не так, это ведь тоже ответственность.

— Если боишься — нечего тебе делать в медицине.

— Предлагаешь мне и дальше работать официанткой и…курьером?!

— Предлагаю не заниматься тем, чего боишься. Хорошего из этого все равно ничего не выйдет, — жестко произносит Егор.

— Я без тебя разберусь чем мне заниматься, — обиженно произношу я и перекатываюсь на спину.

— Чо ты такая обидчивая, Синичкина?

— Погорим об этом, когда придешь ко мне на врачебный прием. Я тебя там с ног до головы отымею. Хотя… тебе это понравится, судя по тому, какой ты был радостный после визита к урологу.

— Она меня, на минуточку, не имела. Я с ней разговоры разговаривал, а не член демонстрировал.

— Что ты сейчас сказал?!

— Правду, Синичкина. Чистую правду, — усмехаясь, произносит Егор и усаживается на матрас.

— Ну и гад же ты! — вскидываю руку и толкаю его в плечо.

— Есть немного, — соглашается он, наблюдая за тем, как я встаю и начинаю бегло надевать джинсы.

— У тебя, кстати, стояк, — с ехидством в голосе отмечаю я, застегиваю пуговицу на штанах.

— Да ладно?! — наигранно удивляется он.

— Точно тебе говорю. Это ты писать хочешь или меня?

— Конечно, писать. Как тебя можно хотеть с такими трусами, — усмехаясь, произносит он.

— Ну ты и козел, Юсупов, — кидаю в него первую попавшуюся вещь.

— Я пошутил. Трусы меня твои не вставляют, но тебя хочу, даже больше чем писать.

— Да иди ты, — бурчу себе под нос и выхожу из палатки.

На самом деле мне не обидно, и я бы с радостью занялась бы с ним сексом, но как-то неловко будет, если во время этого процесса я на него описаюсь. Ужас. А со мной такое может быть!

И смех, и грех. Я уже лет шесть не собирала грибы и лесные ягоды, а на «свидании» с Юсуповым пожираю уже исчезающую чернику и собираю грибы. Офигеть. И если поначалу я возмущалась такому настойчивому сценарию со стороны Егора, то спустя полтора часа уже сама втянулась в сие увлекательное занятие.

— У меня уже ноги болят.

— Не ной, Синичкина. Не только же половыми органами друг о друга тереться. Надо и о хлебе насущном подумать, — с улыбкой произносит Юсупов, заглядывая в мой пакет. — Блин, ты чем занималась полтора часа? — нахмурившись, поинтересовался Егор, приподнимая одного из моих красавчиков.

— Белые грибы искала, а твои сыроежки с маховиками меня не привлекают. Последние вообще слизняки по вкусу.

— Так ты не для себя собираешь, дорогая моя. Нас как бы пятеро, — укоризненно отмечает он.

— Твои трое друзей меня не интересуют, особенно малолетняя шалава.

— Они, между прочим, их будут чистить и готовить, пока мы с тобой будем отдыхать и плавать на лодке, — хм… звучит заманчиво.

— Ну тогда так уж и быть, я поищу сыроежки, — с улыбкой произношу я. — И побольше, чтобы они затрахались их чистить. Всегда ненавидела это в детстве, — радостно сообщаю я. — Гриб, грибок, покажи свой лобок. Кис-кис-кис.

Нам хватило еще полчаса, чтобы прилично наполнить пакет сыроежками и принести наш «улов» на поляну. Как бы ни старался Егор сгладить все углы, убеждая меня в том, что Алена с Костей мировые товарищи, которые не знают о намерениях малолетки, между нами чувствовалось конкретное напряжение. К счастью, малолетка не попадалась мне на глаза, по всей видимости, осела в палатке надолго.

Узнав, что лодка принадлежит Косте, мне даже перехотелось на ней плыть, но Егор оказался убедительным. И хорошо, учитывая, что плыть по озеру, наблюдая за тем, как гребет Юсупов, параллельно закидывая в рот чипсы, оказалось полнейшим кайфом. Хорошо…ьа я еще и ехать не хотела.

— Нравится? — неожиданно поинтересовался Егор, вырывая меня из раздумий.

— Очень, — честно отвечаю я. — Но грести не хочу. Хошь чипсу?

— Хошь, — подыгрывает мне Егор.

Подношу вредную вкуснятину к его рту, тот медленно, как будто в замедленной съемке ее разжевывает.

— Тебе только в рекламе чипсов и сниматься.

— Не предлагают, паскуды. Слушай, я устал.

— Ничо не знаю. Греби сам. Я — девочка, и не хочу ничего делать.

— Весомый аргумент. Я научу, дай передохнуть немного.

— Вообще-то я умею грести. Учить меня не надо. Я же деревенская девка, мы с папой рыбу, между прочим, ловили на лодке, пусть, конечно, не на такой, а допотопной деревянной, но грести я умею.

— Но не будешь, я понял.

— Хорошо, что ты догадливый. У нас прям полное взаимопонимание. Я взяла эти выхи не для того, чтобы работать физически. Хватит и так грибов.

— Я думал, что тебе придется по душе эта поездка. Ты же не городская краля, не привыкшая к спартанским условиям.

— Иногда хочется побыть именно ею. Но мне нравится эта поездка. Хотя я бы не отказалась от похода в ресторан.

— На него нет бабла. Посещение медцентра вылилось незапланированной тратой, — усмехается Егор, закрыв глаза. Вот уж никогда бы не подумала, что Юсупов в таком признается. — Не хочу одалживать бабки у Богдана. И так сойдет.

— Можно заработать самому, — вот зачем я это сейчас произнесла?!