Чтение онлайн

Опираясь на мои руки, Светлана была гибкой кошечкой, и тут же трансформировалась в яростную фурию. Не успевал я следить за сменой ипостаси. На мой вопросительный взгляд, она, немного запыхавшись, отвечает:

— Посещаю класс кизомбы дважды в неделю.

Пока Самойлова говорит, её руки игриво скользят по моему телу, подбираясь к опасной зоне. Я спешно перехватываю её запястья, развожу в стороны. Она смеётся.

Снова купился, как детсадовец!

Света даже танец умудрялась отрисовать в своей голове, просчитать мою реакцию так, чтобы эффектно выйти из неё.

Перехватываю её за руку, подтягиваю к себе, заключаю в объятия. Не могу отвести глаз, кладу кисть на женскую талию, и ощущаю, как сквозь ткань платья, напрягаются её мышцы. Девичьи бёдра рисуют фигуры, а в моей голове только одна мысль…

Аромат кожи Светаланы сводит с ума, телодвижения — до исступления. А я сам попадаюсь в ловушку, из-за своего глупого и необдуманного поступка.

Света закидывает на меня бедро, горячо прижавшись, овив ногой мой зад, я лишь поспеваю удержать её. Теряясь вновь в чарах этой ведьмы, и ничего не могу с этим поделать.

Позволяю себе в который раз провести руками вдоль тела партнёрши, в пределах приличного, конечно.

Запоздало вспоминаю, что тут её мать, и она смотрит на нас. Музыка затихает, и мне приходится нехотя оторваться от ароматного изгиба женской шеи, и немного отодвинуться от нее.

Светлана часто дышит, отчего грудь в декольте её платья соблазнительно вздымается. Жилка на шее пульсирует чуть чаще, чем обычно. Она облизывает пересохшие губы и смотрит на меня снизу вверх. Словно в ожидании.

Я тоже на мгновение задумываюсь о том, что бы наплевать на всё, и поцеловать её. Но здравый смысл берёт верх.

Нет, нельзя. Она собирается стать женой моего начальника, и я не должен.

— Отлично танцуете, — с широкой улыбкой к нам приближается Виктория Сергеевна, — вы тоже ходите в класс Светланы?

Мы вынуждены отодвинуться. Прервать контакт. Расцепить наши взгляды, и разбить фантазии.

Она хотела. Она ждала. Я видел этот блеск в ее глазах, улавливал по вмиг пересохшим губам. Кого мы обманываем?

— Вы мне явно льстите, — отвечаю с улыбкой матери Светы, а потом смотрю на часы, — Может, уже поедем? Поздно. Ещё в пробку попадём.

Кафе обступила темнота, на противоположной стороне искусственного озера мерцали светлячки, из кустов слышался стрекот сверчков, и лишь клочок света кафе отделял их от ночного леса.

Светлана послушно кивает.

— Да, ты прав. День был длинным.

Виктория Сергеевна, расстроенно всплеснув руками, вздыхает.

— Уже?

— Обещаю, мы ещё приедем, — обнадеживающе заявляет Света и крепко обнимает мать.

Я вежливо прощаюсь и отхожу к столику, беру бумажник, подкуриваю сигарету, пока моя спутница тихо общается со своей семьёй.

Задумчиво наблюдаю за происходящим.

Очевидно, кое-что достаточно мощно затмило мой разум. Словно бы свет клином сошёлся на ней. И я был буквально одержим. Меня это чудовищно злило.

Был уверен, что, заполучив её, очарование стихнет. И я смогу вновь стать собой. Без лишних заморочек и моральных терзаний.

Или это дьявол нашёптывает мне поддаться искушению?

Табак не помогает.

— Готов? — она возникает рядом, словно искусительница.

Накидывает на ходу свою белую рубашку, немного озябнув, и кутается в ней.

Я киваю, бросаю окурок в мусорку, и мы медленно идём к машине, ступая в чернильную ночь. Музыка всё тише, а светлячки всё ярче.

Приближаемся к автомобилю, и я ловлю ее руку.

— Свет?

Она вопросительно вскидывает глаза.

Проклятье. Чёртовы демоны искушения!

Притягиваю девушку, и она оказывается в ловушке между мной и машиной.

Теперь уже я тяжело дышу.

Светлана

Отголоски музыки достигают моих ушей, и в то же время они так далеко!

Оказавшись зажатой между машиной и горячим телом Солнечного, моё сердце пропускает удар и бросается вскачь.

— Марк… — я пытаюсь что-то сказать, но его решительная поза, пылающий взгляд, и твёрдость, которую ощущаю бедром, как бы намекает, что игры кончились.

Жду пару мгновений, но он всё медлит. Его губы так близко, наше дыхание смешивается, и я жадно смотрю на его рот.

Жёсткие, грубо очерченные черты лица, борода. Суровый взгляд.

Прежде чем понимаю — впиваюсь в его губы жадным поцелуем, словно бы он последний мужчина на земле. Руки сами собой обвивают его шею.

Марк вдавливает меня в дверь автомобиля, а я вновь закидываю ногу на его бедро.

Жар охватывает нас так мощно и внезапно, что ни я, ни он, в чём я почти уверена, не отдаём себе отчёт, что в любой момент у нашей внезапной связи могут появиться зрители.

Солнечный жадно впивается в мои губы, погружая смело язык в недра рта и вызывая огромные потоки мурашек по всему телу. Марк смело сдёргивает рубашку с моих плеч, а ещё через мгновение чувствую, как тонкая бретелька податливо соскальзывает с плеча, ведомая уверенными пальцами мужчины.

Как же это всё неправильно и волнительно одновременно.

Марк разрывает поцелуй и склоняется к моей оголившейся груди. Обхватывает горячей влагой рта, торчащий сосок. Я жалобно всхлипываю, не в силах противиться тому, что он творит со мной. Откидываюсь на машину, позволяя ему исследовать тело. Остро ощущаю, как наполняется тревожной тяжестью моё лоно, кусаю губы, не желая признаваться себе в том, как хочу его.

Рукой нахожу индикатор желания Марка, забравшись за пояс его штанов и обхватив крепко. Мужчина гулко стонет, и я ощущаю, как тяжёлая рука забирается под моё платье, и прижимается к горячей и влажной ткани белья. С губ срывается очередной стон, который он стремительно гасит глубоким, пошлым поцелуем.

— Света?! Не уезжайте!

Сквозь лес в нашу сторону ломится Ника, моя сестра.

Марк спешно отшатывается от меня, разворачивается, загораживая от Вероники и позволяя тем самым быстро привести себя в порядок.

Движением плеч накидываю кофту, незаметно подтягиваю платье на грудь, но кого я обманываю? Алые зацелованные губы, явная эрекция Солнечного, и следы помады на его лице не оставят Веронику в неведении.

— Сумочку…забыла, — Ника протягивает мой клатч Марку, недоумённо разглядывая его, потом меня.