Чтение онлайн

— Ты станешь моей женой?

Грани бриллианта играют в лучах заката, сочетаясь с ее колье и алчным блеском глаз. Конечно, станет.

Женщины падки на красивые слова, деньги и дорогие подарки, и сами загоняют себя в ловушку.

Она даже слезу выдавила! Вот уж у кого актерская игра на высоте!

Светлана спешно кивает и обнимает меня. Совсем как тогда, с платьем. Я целую ее в ответ, нежно, сладко.

— Это «да»? — уточняю весело, желая разрядить обстановку.

Женщина спешно кивает, а я достаю кольцо и надеваю на ее палец. Размер подобрал идеально, между прочим.

— Ну что, будущая госпожа Нагольская, — усыпляю ее бдительность лестью, — выпьем шампанского? К блеску бриллиантов не хватает блеска твоих глаз.

Марк

Я шел по пляжу, Таня висела на моем локте. Признаться, уже порядком от нее устал. Нет, конечно, те безумные пятнадцать минут, что она провела возле меня на коленях, очень помогли. Правда, она явно желала продолжения, но я сослался на дела и спешно ретировался. Но блин, не прятаться же мне от нее все две недели?

— О чем думаешь?

Голос Закорюкиной врывается в мои мысли, и я с ужасом ловлю себя на думаю, что, наверное, как-то так реагируешь на надоедливую жену, спустя долгие годы брака.

— Ни о чем, — отвечаю лениво, — А ты?

Мы гуляем босиком. Белый влажный песок ласкает ступни, расслабляет. Хочется отвлечься. Моя душа страдала. Как бы сопливо это ни звучало.

Я пытался жить правильно. Поступать по совести. Но Света заставляла меня совершать низкие поступки.

— О тебе, — заявляет Татьяна, — Я хочу тебя, все еще!

Хмуро смотрю на нее. Красивая, но глупая. Жаль.

— Прости, Закорюкина. Но я не буду спать с тобой. Спасибо, конечно, за внезапную ласку в гостиной. Но я не хочу все усложнять.

— Ты же знаешь, я терпеть не могу эту фамилию!

— Тогда зачем сказала? — я улыбаюсь и смотрю на Таньку.

Та смешливо бьет меня кулачком в плечо.

— Думала, тебе можно доверять, — говорит она посерьезнев.

— Можно, — послушно соглашаюсь, — Но трахаться при этом не обязательно.

— Да брось, — отмахивается она, — что тут такого? Тебе хорошо, мне хорошо. Ты без отношений, и я тоже. Секс без обязательств. Ты же знаешь, что понравился мне еще в том клубе.

Я мрачно вздыхаю. Признание, в духе новой Лариной нравилось мне не очень. Но я разве мог отказать даме?

Останавливаюсь и смотрю на Татьяну.

— Ты же понимаешь, что Нагольский сейчас делает ей предложение? Она выйдет замуж за твоего начальника, и станет окончательно недоступной для тебя, — слова моей спутницы взвешены, и невероятно разумны для такой профурсетки.

Конечно, Ларина была права. И я не мог это отрицать.

— К тому же если ты веришь в то, что она испытывает к тебе какие-то чувства, то, скорее всего, — ошибаешься. Светка очень жесткая. Она ведь специально меня взяла сюда. Для тебя.

— Я понял, — киваю, немного удивленный столь откровенному разговору вдруг, — Догадался. Слава богу, не совсем дурак.

— А то, что она сказала Нагольскому о том, что ты в нее влюблен и преследуешь — знал?

Не знал.

Пытаюсь держать лицо, чтобы Таня не поняла, насколько мне неприятно это слышать.

— Если ей что-то нужно, — продолжает Татьяна монолог, — Она будет идти до конца. Полагаю, пока не выживет тебя — не успокоится.

— Я уже ищу работу, — вяло замечаю, впрочем, прекрасно понимаю, что выгляжу как тюфяк.

Впрочем, тюфяк и есть.

Ведусь на глупые эмоции, верю бабам, которые ни единого слова правды не говорят.

— Оставишь работу из-за нее?

Киваю.

Мне не нравилась эта грязная игра, но меня то и дело в нее пытались втянуть. Я и правда, разослал резюме, но пока ответы поступали вяло.

Таня смолкает, задумчиво останавливается вновь. Позволяет прибою ласкать ее босые ступни, а ветру — волосы.

— Как-то это все не правильно, — она поворачивается ко мне с грустной улыбкой, — ей все лавры, а ты вынужден изменить привычный устой. Ты хороший, и достоин лучшего.

Звучит приторно сладко. Но я, со своим раненым самолюбием из-за этой нелепой ситуации, верю каждому ее слову. Они проливаются лечебным бальзамом.

— А я вот, знаешь, — она вздыхает и отводит глаза, — действительно хочу бросить наше дело. И уехать из Москвы, куда-нибудь на юг. Так, чтобы никто меня там ни знал. Все начать заново…

— А чем будешь заниматься? — я становлюсь рядом и чувствую, как вместе с набегающей волной, мои ступни затягивает в песок.

— У меня диплом детского психолога. Так что, с работой проблем быть не должно, — Таня улыбается, и заправляет прядь за ухо, — А ты кто по образованию?

— Я? Оператор электронно-вычислительной машины, — усмехаюсь, с теплотой вспоминая годы студенчества.

— Это программист так по старомодному называется?

Киваю, подмечая вдали блеснувший плавник дельфина.

Клочок солнца медленно тускнел, погружая берег в сумерки.

— А чего не стал по специальности работать?

— Провалил сессию, попал в армию, а там — на войну.

— Вау…

Силиконовая красотка кивает, словно бы понимает, о чем говорит.

— Мой парень, самая первая любовь тоже погиб в Чечне, — она серьезнеет, отводя глаза, — мне было пятнадцать, ему восемнадцать. Активные боевые действия там уже не велись, их с другими призывниками отправили ликвидировать последствия войны, строительство там всякое. Машина, в которой он ехал, наехала на противопехотную мину.

Тяжело вздыхаю. Сколько подобных историй я слышал?

Обнимаю осторожно женщину за плечи, желая поддержать. Таня льнет ко мне, утыкаясь лбом в мою грудь.

— Мне так одиноко, если бы не Светка, вообще бы с ума сошла.

— Да брось. Уверен, в твоем окружении есть и другие хорошие люди.

— Она рассказывала, как мы познакомились? — Татьяна нагло зарывается в мои руки, но я не против, ведь она снова заговорила о Светке.

— Нет, и как же?

— Жениха у меня увела, футболиста одного. Фирсов, может, слышал?

Медленно киваю. Слышал, конечно. Парень ославился на весь интернет.

— Да, мы с ним познакомились на одном мероприятии, быстро закрутился роман. Но появилась Света, и все пошло прахом…

— А почему же вы дружите теперь?

Ларина пожимает плечами.

— Сошлись на том, что он мудак, — Таня тихо смеется и кладет голову на мою грудь.

Я инстинктивно обнимаю ее оголенные плечи, вдыхаю сладкий аромат женщины. Таня, уловив смену в моем настроении, поднимает на меня глаза и грустно говорит: