Чтение онлайн

— Вы, лора Преока, хотели обучаться лекарской науке? — спросил второй лекарь, лор Никос Верт. Он представился сразу, как мы сели в карету и теперь с любопытством и лекарской фамильярностью разглядывал меня.

Достаточно молодой, но с глубокими морщинками вокруг глаз, внешне очень приятный, внушающий доверие.

— Хотела бы, лор Верт и мне дали шанс, всё верно лор Фуртис?

Глава палаты лекарей кивнул и тепло улыбнулся.

— Девушки часто романтизируют нашу профессию. Спасение жизней — это, конечно, благородное и достойное дело, но это также кровь, грязь, вонь, нечистоты, несимпатичные, часто изувеченные тела. Смерть в конце концов. Вы готовы к этому?

Граф до этого отстранённо смотрящий на пейзаж и вроде не обращающий на нас внимание, посмотрел на меня с любопытством, ожидая ответ.

— Обещаю в любое время приходить на помощь, по лучшему моему разумению, прибегающим к моей помощи страждущим, свято беречь вверяемые мне фамильные тайны и не использовать во зло оказываемого мне доверия. Обещаю продолжать постигать врачебную науку и содействовать всеми силами её благоденствию, — немного сократила и перефразировала я клятву Гиппократа.

Мне сразу вспомнился институт и как мы, несмотря на то, что уже давно исчезла эта традиция, произносили её при вручении дипломов.

На душе стало так тоскливо.

Вспомнились коллеги, друзья, родители, бывший муж, свекровь, с которой у нас сложились, как ни странно, очень добрые отношения.

Я, скорее всего, навечно останусь в пропавших без вести, потому что мой отец никогда не согласится подписать бумаги о моей смерти.

И никак передать весточку, что я жива.

Утешало лишь то, что у меня есть сестра, будет кому позаботиться о родителях.

Я посмотрела в окно. Всё небо рассветало оранжевыми всполохами уходящего солнца, мы как раз проезжали мимо низких холмов, покрытых зелено-жёлтой травой. И на горизонте чётко обрисовывался оранжевый диск солнца с тёмно-синим длинным узким облаком.

— Лора Преока! — позвал меня граф.

— Что? Простите, я задумалась.

Громкий голос графа разбудил Курта. Я почувствовала, как мальчишка вздрогнул, но не спешил поднимать голову, тихо вздохнул, сбиваясь с размеренного ритма, но я была уверена, что он навострил ушки, ласково погладила по его пшеничным волосам.

— Откуда то, что вы сейчас прочитали? — повторил вопрос лор Верт.

— Слышала у одного лекаря.

— Верные слова.

— Он говорил, что это слова клятвы, которую нужно давать всем молодым лекарям, прежде чем приступить к практике.

— Вы тоже так считаете?

— Да. Я готова к ответственности.

— Зря, дорогой друг, вы так тревожитесь. К сожалению, я не видел работу лоры воочию, но говорят она в сложных ситуациях действует чётко и сосредоточенно, ни разу в истерии не была замечена. Коллега, в любом случае не волнуйтесь, на работу лоры мы скоре сможем посмотреть.

Это пугало. С массовым психозом я никогда не сталкивалась в прошлой жизни. И почему она возникает, и как ему противостоять их земных учёных никто так и не смог объяснить. Были отсылки к внутреннему конфликту, но они настолько универсальны, что их невозможно ни доказать, ни опровергнуть. Также была очень развита теория, что так влияют резкие изменения мироуклада замкнутого сообщества людей и это своеобразный протест или адоптация психики. Но это не объясняет, почему одних он поражает, а других нет. И самое неприятное, что люди под массовым психозом чувствуют себя всё более и более подавлено.

Говорить о разрядке психики очень сложно.

Так что задачка для меня из разряда на грани фола.

У меня была и своя теория, что это самогипноз.

В любом случае, если нельзя устранить, нужно облегчить и не допустить гибели.

— Вы ведь консультант по избавлению от магической зависимости?

Я опять повторила набившую оскомину байку о монастыре, о желании помогать людям. Мой опыт и знания позволяли мне отвечать на самые неудобные вопросы.

Наконец, все разговоры замолкли. Я смогла выдохнуть и расслабиться.

Очень быстро за окнами стемнело. В карете почти не трясло, скорее всего, работа очередного магического артефакта, граф мог позволить себе их сколько угодно, наверняка и лицензия на заряд кристаллов есть.

Зажгли магический светильник.

Его сиятельство расстегнул пиджак и пересматривал какие-то бумаги, глава палаты лекарей читал манускрипт, Курт опять уснул.

Лор Верт прикрыл глаза и, похоже, тоже дремал.

Меня так и клонило в сон. Несколько раз клевала носом, казалось, что лечу в бездну, вздрагивала, открывала глаза и постоянно ловила нечитаемый взгляд графа. Опять закрывала и проваливалась в полудрёму.

Мне снился поезд Москва — Сочи. Обычное мягкое купе и ровный стук колёс. Ко мне в купе подсела белокурая девчушка, в руках она несла кота в птичьей клетке. Кот был чёрным, крайне упитанным, хвост свисал между прутьев. Это клетка Бони? Я взглянула на попутчицу, но никак не могла увидеть её глаза, девушка моргнула, туман рассеялся и на меня строго посмотрела лора Вишка.

— Пру! — через дрёму пробился крик кучера. Заржали лошади, встали на дыбы.

Нас дёрнуло вверх, поволокло вперёд, я рванула Курта за рукав на себя, чтобы он не слетел с колен, и почти сразу же меня больно прижало к спинке сиденья. Граф не удержался и повалился на нас с Куртом, бумаги вылетели из рук на пол. Тревожный чемоданчик больно ударил по ногам. Одной рукой я успела прикрыть лицо, другой, немного согнув в локте, попыталась остановить несущееся на нас тело графа. Ладонь проехалась по его горячей груди. Его соскользнула с нашей спинки, где-то за моим затылком, больно цепляя волосы. Мы со всего маха ударились лбами. В голове что-то неприятно звякнуло. Карету ещё раз тряхнуло и граф неловко повалился обратно. Но теперь Курт ухватился за спинку сидения и не дал мне упасть вперёд.

Мы с графом одновременно прижали руки ко лбу и сцепились взглядами, граф смотрел хмуро, словно это я была виновата в нашем столкновении.

— Крепкий у вас лоб, лора Элиза, — привычно скривил губы в язвительной улыбке.

— У вас тоже ваше сиятельство, — ехидно отозвалась, и на губах сама собой появилась улыбка.

Лор Верт помогал с пола подняться главе палаты лекарей.

Курт сел, разминая шею. Ухо он отлежал, и теперь оно у него пылало.

— С тобой всё в порядке?

Курт кивнул и хмуро покосился на графа.

К карете подъехал офицер.

— Что случилось? — сдержанно поинтересовался граф.

— Там оборотни, ваше сиятельство.

Он быстро застегнул на пиджаке пуговицы, собрал бумаги, положил в папку и вышел из кареты. О чём говорили мужчины, не было слышно.

Через две минуты он заглянул в карету и сказал:

— Ну, что господа, похоже, у нас временный привал. Полчаса отдыхаем.

Он спешно пошёл к началу кавалькады.

— Помоги мне размять ноги, — сказал глава палаты лекарей, протягивая лору Верту руку, — и вам лора Преока советую пройтись.