Чтение онлайн

Я вижу вспышку рыжего: Айви медленно выглядывает из-за стола, глядя на всё с тем же шоком, что и я. Она инстинктивно вздрагивает, когда гремит еще один выстрел, и один из безоружных членов Совета падает замертво. Прежде чем я успеваю отреагировать — падает второй. А за ним и третий.

— Какого хера?! — снова ревет Виски, пока Азраэль продолжает идти вдоль шеренги к последнему оставшемуся в живых члену Совета.

Азраэль игнорирует его и наконец останавливается перед Монти. Бета дрожит в своих путах, а передняя часть его брюк темнеет по мере приближения моего брата. Учитывая, что это тот самый человек, который бросил свою омегу на милость врага, я не могу сказать, что удивлен. Но мне всё равно противно.

— Не делай этого, — предупреждаю я, разрываясь между желанием потянуться за своим оружием и нежеланием доводить дело до бессмысленной смертельной схватки. — Они были нашим рычагом давления.

— Ошибка, — спокойно говорит Азраэль; револьвер небрежно висит в его левой руке, пока он изучает нашу последнюю хнычущую пешку с такой холодностью, которая поражает даже меня. — Они были свидетелями. Я не могу позволить, чтобы вы передали их ошметкам Райнмиха, которые восстанут из пепла, и они раскрыли бы моё прикрытие. Ведь так?

Глаза Виски сужаются, он выглядит так, будто готов броситься в атаку.

— Ах ты ж сукин сын…

Прежде чем я успеваю его остановить, Айви выскакивает из своего укрытия и хватает его за запястье, оттаскивая назад. Азраэль игнорирует их обоих, его внимание приковано к Монти.

Я наблюдаю за братом, пытаясь прочесть его лицо, но это всё равно что смотреть на мраморную статую. Холодный. Бесстрастный. И всё же что-то изменилось за этой ледяной оболочкой после нашей стычки в церкви.

— Мы можем работать вместе, — говорю я, стараясь сохранять голос ровным, несмотря на напряжение в мышцах. — Есть другой путь.

Глаза Азраэля встречаются с моими, и на мгновение я замечаю проблеск чего-то почти человеческого за этой тщательно выстроенной маской. Что-то похожее на ностальгию. Но оно исчезает так же быстро, как и появилось.

— Ты выбрал свой путь, брат, — говорит он, и в его голосе теперь меньше яда. Почти… уважение. Или просто обреченность. — А я выбрал свой.

Прежде чем я успеваю ответить, он поворачивается обратно к Монти. Глаза беты расширяются, когда Азраэль поднимает пистолет и прижимает ствол ко лбу Монти. Мокрое пятно на дорогих брюках Монти становится еще шире.

— Пожалуйста, — скулит Монти, его голос срывается. — Пожалуйста, я сделаю что угодно. Смилуйтесь!

Холодная улыбка кривит губы Азраэля, и на этот раз она касается льда в его глазах.

— Моли, — просто говорит он.

Монти замирает, на его лице мелькает замешательство.

— Я хочу слышать, как ты умоляешь, — поясняет Азраэль, его голос опускается до опасного мурлыканья. — Так же, как умоляла она. И мы посмотрим, сработает ли это для тебя сейчас так же хорошо, как сработало для неё тогда.

Я обмениваюсь взглядом с Айви; её глаза твердеют от ярости, в них то же осознание. Тот же гнев темнит взгляд Виски. Эти двое уже сталкивались раньше. И явно не один раз.

Виски рядом со мной беспокойно переминается с ноги на ногу, но не делает попыток вмешаться. Даже он понимает обстановку достаточно хорошо, чтобы знать: это не наш бой.

Жалкое лепетание Монти наполняет зал, когда он осознает всю тяжесть своего положения.

— Мне жаль! — воет он, слезы и сопли текут по его лицу. — Пожалуйста, пожалуйста, не стреляйте! Я сделаю всё, что захотите! Всё что угодно!

Его членораздельные мольбы в конце концов растворяются в истерических рыданиях и проклятиях, чередующихся с еще более отчаянными попытками выторговать милость.

Но во взгляде Азраэля милости нет. Он стоит и смотрит, слушает, жадно впитывая каждое слово. Смакует это, как изысканное вино.

Я никогда не видел, чтобы мой брат так улыбался. Это не просто холодно или жестоко. Это мстительно. Это удовлетворение. Словно хищник, который наконец загнал добычу после очень долгой охоты и облизывается перед тем, как откусить первый кусок.

— Доброй ночи, Монти, — тихо говорит Азраэль, почти нежно, и издевательская усмешка кривит его верхнюю губу.

Выстрел громом разносится по залу. Тело Монти оседает на пол, присоединяясь к остальным членам Совета в растущей луже крови на мраморе.

Я изучаю лицо брата, пока он опускает пистолет, пытаясь примирить эту его версию с тем, с кем я вырос. Преданный солдат. Идеальный сын. Человек, ставивший закон и страну превыше всего и всех. И именно в эту ночь я впервые в жизни задумался: а так ли уж мы с ним отличаемся?

Эта мысль заставляет меня взглянуть на Айви. Возможно, я понимаю своего брата лучше, чем думал.

— Блять, — Виски наконец нарушает тишину, его голос звучит непривычно приглушенно.

Азраэль не обращает на него внимания, его глаза всё еще прикованы к трупу Монти. Затем в мгновение ока его привычная маска безразличия возвращается на место.

Он разворачивается и идет мимо трупов, мимо гильз, мимо упавших ножей и замирает в дверном проеме. Он бросает на меня последний взгляд.

— В следующий раз, когда увидимся, мы снова будем врагами.

Это не угроза. И не совсем предупреждение. Просто спокойная констатация факта.

— Не в первый раз, — отвечаю я.

И тут я вижу это. Всего на мгновение — тень улыбки. А потом он исчезает.

Тяжелая тишина в зале Совета прерывается лишь далекими звуками битвы, доносящимися из разбитых окон.

— Охренеть, — говорит Виски рядом со мной. — Твой брат — жуткий тип.

Я тяжело вздыхаю, глядя на тела, усеявшие мраморный пол.

— И теперь наш рычаг давления мертв.

— Переговоры всё равно переоценены, — бормочет Айви.

Я не могу сдержать смешок и притягиваю её к себе одной рукой. Её тепло рядом помогает мне заземлиться, напоминает, ради чего мы здесь.

— У нас всё-таки есть армия, — размышляю я. — И столица. — Я делаю паузу, осознавая новую реальность. — Полагаю, этого должно хватить. Пожалуй, время переговоров в любом случае закончилось.

Виски переминается с ноги на ногу, поправляя винтовку и поглядывая на дверь, где скрылся Азраэль.