Чтение онлайн

«Эмоциональное сгорание» расценивается как своеобразная форма профессиональной деформации лиц помогающих профессий вследствие чрезмерной эмоциональной вовлеченности в переживания другого человека. «Эмоционально сгорающие» психологи, отождествляя себя с клиентом, переживают его боль как свою собственную, испытывают те же интенсивные переживания неуверенности, тревоги, отчаяния, что и клиент. Пытаясь защититься от чрезмерного эмоционального напряжения, «сгорающие» консультанты начинают дистанцироваться, отстраняться от клиента, теряя с ним эмоциональную связь. Дистанцированность с проблемами клиента приводит консультанта к формализму. Формальное и даже бездушное отношение к проблемам клиента снижает профессионализм консультанта, сводя к нулю эффективность его психологического вмешательства.

«Эмоциональное сгорание» консультанта является как бы следствием «эмоциональной вовлеченности в негативные переживания клиента». Это удобное объяснение, так как оно самое простое. В его основе лежит метафора «заражения», то есть идея «непосредственного перехода» эмоций клиента к консультанту. Но это прямолинейное объяснение уводит нас в сторону от более сложных и тонких процессов, происходящих в консультанте при встрече с клиентом, находящимся в кризисной ситуации. Даже поверхностный анализ «негативных переживаний» консультанта в этом случае обнаруживает, что они являются внешним выражением различных менее осознаваемых состояний самого консультанта. Примером может служить страх консультанта предстать перед клиентом (и перед самим собой) беспомощным и некомпетентным. Более глубокий анализ переживаний консультанта приводит Т. Крон: «…не испытываем ли мы тревогу за сохранность собственных схем и аксиом и не стараемся ли их защитить? Не пытаемся ли мы отдалиться от «опасного» для наших схем опыта клиента?»

Большое количество разнообразных ситуаций, схем и представлений о жизни, с которыми встречается консультант, должны приводить к осознанию консультантом своей собственной субъективной реальности. По мере приобретения профессионального опыта это ощущение не уменьшается, а, напротив, растет. А вместе с ним растет сознавание своей относительной компетентности и даже полной некомпетентности («я знаю, что ничего не знаю») и крайней ответственности за судьбу клиента. Вероятно, только отдельные психологи могут комфортно переносить эти чувства, поэтому параллельно идут процессы, защищающие человека от «многообразия опыта» и «хаоса бытия», то есть обобщение и систематизация своего собственного опыта, типологизация клиентов, создание своих и использование чужих схем работы с разными проблемами, поиск критериев эффективности своей работы и т. д. Такие симптомы «сгорания», как формальный подход к клиенту, попытки «втиснуть» его индивидуальную ситуацию в привычную наработанную схему – лишь другая сторона вышеназванных явно позитивных процессов. Если все клиенты кажутся одинаковыми («У всех одно и то же») – значит их слишком много, чтобы относиться к ним индивидуально.

Таким образом, каждый консультант неизбежно приходит к необходимости сохранения собственного эмоционального равновесия. Душевное благополучие консультанта – залог его профессиональной эффективности. Психолог, помогая клиенту, всегда работает собой, используя свое тело, свою психику как важнейший инструмент работы, инструмент, который необходимо содержать в порядке. Эффективный консультант не только помогает клиентам, но помогает, прежде всего, себе, используя разнообразные приемы психической саморегуляции, работая над собой, над своим душевным благополучием, вырабатывая собственную философскую концепцию жизни, на которую может опереться не только клиент, но, прежде всего, сам консультант. Постоянная работа над собой требует определенного времени и сил.

Некоторые консультанты выстраивают взаимоотношения с клиентом как своеобразную шахматную партию, сохраняя определенную степень дистанцированности и отстраненности. Иногда такая тактика является очень эффективной, помогая определенным клиентам в определенных ситуациях. Однако бывают ситуации, требующие значительной степени эмоционального соучастия консультанта. Мера эмоциональной вовлеченности определяется консультантом исходя из особенностей личности клиента, из сложившейся ситуации, из психологических особенностей самого консультанта. Лишь он сам может ответить на вопрос: «До какой степени включаться в проблемы клиента, допустимо ли, например, заплакать вместе с клиентом?». Отвечая положительно на этот вопрос, консультант в любом случае должен понимать, что и почему он делает, сохраняя контроль, как над своими чувствами, так и над ситуацией в целом.

2.1.3. Жизненный опыт, жизненная философия и работа над собой

Для наведения порядка в психологическом мире другого человека необходимо, прежде всего, иметь его в собственном психологическом мире. Для консультанта как ни для кого другого важна собственная жизненная позиция, собственная философия, система ценностей и представлений о важнейших жизненных категориях: о добре и зле, справедливости и наказании, порядке и законе. Жизненная философия консультанта неизбежно должна опираться на собственный жизненный опыт, опыт переживания и разрешения трудных жизненных ситуаций. Конечно, нет необходимости болеть самому неизлечимыми болезнями, чтобы поддержать умирающего от рака пациента; не нужно самому страдать алкоголизмом, наркоманией или гемблингом, чтобы оказывать психологическую помощь аддиктивной личности. Невозможно самому испытать все возможные жизненные неурядицы, конфликты и проблемы.

Однако определенный жизненный опыт консультант все же должен иметь. Собственный жизненный опыт – основной источник и стимул познания и изменения, и наибольшей обучающей ценностью обладают трудные жизненные ситуации, которые заставляют испытывать страдание и душевную боль. Когда нам хорошо, мы особенно не задумываемся о жизни, мы просто живем, радуемся, не пытаясь понимать и анализировать логику событий. Человеку не нужно понимать причины позитивных жизненных перемен; он принимает их как нечто само собой разумеющееся, как данность; он не ищет скрытого смысла, подоплеки или подтекста, он живет «на поверхности» событий.

Мы начинаем задумываться о смысле происходящего тогда, когда нам плохо, когда жизнь заставляет нас страдать. Именно в трудных жизненных ситуациях человек пытается понять, что происходит, анализируя события, устанавливая между ними причинно-следственные связи и пытаясь прогнозировать их дальнейшее развитие. Когда близкий человек от нас уходит, мы ищем причины этого, подвергая анализу и собственную личность, и ситуацию, и отношения с этим значимым другим. Так появляются представления о человеческой природе, о межличностных отношениях, об их формировании и развитии. В этом смысле все житейские неприятности должны рассматриваться как бесценный жизненный опыт, который заставляет думать, искать информацию, искать поддержку, резервы и ресурсы, активизировать творческий потенциал для преодоления трудностей.

Эффективный консультант, чтобы понимать своих клиентов, должен обладать опытом переживания в собственной жизни основных наиболее фундаментальных жизненных ситуаций: ситуации потери (смерти, развода, разрыва отношений); ситуации угрозы (конфликта, противостояния, противоборства); ситуации неопределенности с дефицитом информации и невозможностью принять решение. Ситуация потери обучает нас справляться с депрессией, преодолевать печаль и боль утраты; ситуация угрозы – совладать с собственной враждебностью, негодованием, гневом; ситуация неопределенности обучает преодолевать страх. Таким образом, в процессе переживания ситуаций утраты, угрозы и неопределенности человек получает контроль над так называемой «негативной аффективностью», т.е. тремя наиболее негативными эмоциями, которые больше всего мешают нам жить и чувствовать себя комфортно – тревогой, печалью и враждебностью.

В литературе существует множество разнообразных классификаций эмоций; однако практически все авторы в качестве наиболее фундаментальных выделяют четыре: радость, печаль, гнев и страх. Из четырех фундаментальных эмоций одна направлена в будущее – тревога; одна обслуживает прошлое – депрессия (печаль); две связаны с настоящим: гнев и радость. Гнев – отрицание настоящего, радость – его принятие. Таким образом, три основные негативные эмоции – печаль, тревога и гнев (враждебность), связанные с прошлым, будущим и настоящим, – формируют целостную жизненную перспективу человека. Овладев основными негативными переживаниями, мы научаемся в целом более эффективно справляться с жизнью.

Переживание эмоций печали, гнева и страха, совладание с болью утраты, с собственной агрессией и тревогой помогают консультанту формировать практическую, а не только теоретическую жизненную позицию, философию жизни, в которую вписываются такие события, как смерть, страдание, боль. Выработка жизненной философии служит той психологической опорой, в которой нуждаются страдающие клиенты. Обращаясь за помощью, пациент не просто хочет помощи в решении жизненных трудностей, он бессознательно ждет от консультанта большего: он хочет научиться правильно жить и быть счастливым.