Чтение онлайн

Рядом авторов депрессия рассматривается как явление, обусловленное беспомощностью (Селигман М., Майер Б., 1967; Селигман М., Майер Б., Гир М., 1968; Майер Б., 1970). Селигман и его коллеги отождествляют «обусловленную беспомощность» («выученную беспомощность») с реактивной депрессией. Они полагают, что все ситуации, вызывающие депрессию, сходны в том, что в них представляется невозможным контроль над событиями, особенно над теми их аспектами, которые являются наиболее важными.

Клингер предложил «побудительную теорию депрессии». Цикл «побуждение-отстранение», по представлениям автора, состоит из трех фаз. В первой фазе индивид отвечает на утрату объекта энергичными реакциями в попытке вернуть то, что было утрачено. Вторая фаза характеризуется гневом и агрессией, направленными на объект. Наконец, когда активность в первой и второй фазах не дает результата, организм становится полностью отстраненным от побуждений, которые обычно ведут к адаптивным ответам, и эта полная отстраненность вызывает депрессию или составляет ее (Клингер М., 1975).

Отечественные авторы сходным образом описывают феноменологию депрессивных состояний. Если тревога – эмоция, направленная в будущее, то депрессия связана с переживанием прошлого. В состоянии депрессии человек погружен в переживание прошлых неприятностей, сложностей, конфликтов, неудач. Обращаясь мысленно к прошедшим событиям, депрессивный субъект видит в своем прошлом только лишь неприятные, негативные события, пропуская радостные события, достижения, удачи. Формируется негативный образ прошлого, которое воспринимается как сплошная цепь неприятностей, неудач, проблем, конфликтов. Негативный образ прошлого экстраполируется в будущее, которое тоже начинает казаться безрадостным, бесперспективным, безнадежным. В депрессивном состоянии человеку кажется, что ничего хорошего впереди его не ждет, что будущее – лишь нагромождение проблем, трудностей, неприятностей, конфликтов, которые надо решать и преодолевать. Психологически депрессия – это утрата жизненной перспективы, на фоне которой нарушается функция планирования: депрессивный субъект перестает строить планы, формулировать цели и задачи.

Утрата жизненной перспективы приводит и к обесцениванию настоящего. Настоящее имеет смысл в свете событий будущего, по отношению к тем целям и задачам, которые стоят перед человеком. С утратой перспективы настоящее также теряет свой смысл. Жизнь кажется бессмысленной, безрадостной, пустой. На высоте депрессии возникают мысли о самоубийстве.

В отечественной психологии депрессия определяется как «аффективное состояние, характеризующееся отрицательным эмоциональным фоном, изменением мотивационной сферы, когнитивных представлений и общей пассивностью поведения». Субъективно человек в состоянии депрессии испытывает, прежде всего, тяжелые, мучительные эмоции и переживания – подавленность, тоску, отчаяние. Влечения, мотивы, волевая активность резко снижены. Характерными являются мысли о собственной ответственности за различные неприятные, тяжелые события, происшедшие в жизни человека или его близких. Чувство вины за события прошлого и ощущение беспомощности перед лицом жизненных трудностей сочетаются с чувством бесперспективности. Самооценка резко снижена. Измененным оказывается восприятие времени, которое течет в настоящем мучительно долго. Для поведения человека в состоянии депрессии характерны замедленность, безынициативность, быстрая утомляемость; все это приводит к резкому падению продуктивности (Петровский А. В., Ярошевский М. Г., 1998).

Люди, находящиеся в состоянии депрессии, допускают грубые ошибки при обработке информации – они обычно преувеличивают негативное и преуменьшают позитивное.

Пациенты, страдающие депрессией, также склонны к излишнему обобщению. Например, если у них прерываются с кем-то отношения, то они приходят к следующему выводу: «Никто никогда меня не полюбит».

Еще одной ошибкой таких пациентов является избирательная абстракция, при которой одна деталь вырывается из ситуации, а затем обобщается. Так, во время разговора с кем бы то ни было всегда, вероятно, найдется момент, когда возникают шероховатости. Депрессивный пациент сосредоточится на этом моменте, вытащит его из контекста всего разговора и сделает вывод, что он выставил себя на посмешище, и что беседа не удалась.

Склонность к депрессивному мышлению приобретается в раннем детстве. Дети мыслят глобальными, абсолютными категориями: и/или. Бек полагает, что у депрессантов эти примитивные способы мышления сохраняются и в зрелом возрасте. В частности, они придерживаются неких примитивных, упрощенных схем, усвоенных в раннем детстве, например: «Чтобы быть счастливым, мне нужно быть успешным во всем, что я делаю»; «Чтобы быть счастливым, я должен постоянно получать одобрение»; «Если я допущу ошибку, это будет означать, что я неспособный» и «Я не могу без тебя жить» (Бек А., Раш А., Шо Б., Эмери Г., 1979).

Яркое описание переживаний депрессивного больного дает Кемпинский. «Во время депрессии печаль настигает человека без какой-либо видимой причины. Как будто из-за неисправности электрического контакта все вдруг гаснет, мир теряет свои краски, будущее превращается в черную непроницаемую стену, а прошлое – в полосу темных событий, отягчающих больного чувством вины. Исчезает обычная жизненная энергия, каждое решение становится неслыханно трудным, мельчайшие дела превращаются в неразрешимые проблемы. Перед больным воздвигаются трудности, как горы, поднимающиеся до небес.

Спад жизненной активности проявляется как в психических, так и в физических функциях. Мышление становится трудным, ассоциации скупыми, мысли вращаются вокруг одной темы: безнадежности собственной жизни, собственной виновности и беспомощности, мечтаний о смерти, представляющейся единственным спасением. Слабеет память, окружающий мир не влечет, все кажется неприятным и болезненным, поэтому с трудом рождаются новые записи в памяти, а из прошлого всплывают только воспоминания о неприятных событиях, как будто над головой больного и Солнце никогда не всходило.

В темноте все становится хаотичным, малые заботы превращаются в большие, человек теряется в заблуждениях, не знает, что выбрать, на что решиться, поскольку обычные пропорции нарушились вследствие изменения колорита. Он становится беспомощным перед окружающей его действительностью.

Вследствие упадка жизненной активности замедляются темпы психических процессов, все внутри становится как бы тяжелым, человек становится инертным, но легко возбудимым. Больному ничего не хочется, его охватывает апатия. Мысли кружат вокруг одних и тех же тем. Душевная жизнь, колорит которой недавно был красочен и изменчив, теряет свою обычную легкость, вызывающую ощущение внутренней подвижности, готовности к смене тем. Та же самая тяжесть проявляется и в физических функциях.

Уже издалека можно распознать печального человека по его согбенной фигуре – как будто на своих плечах несет он тяжкий груз, придавливающий его к земле, по его скованным тяжелым движениям, как будто на руках и ногах его висят кандалы. Сила тяжести берет верх над активностью организма. Видно, с каким усилием больной перемещает свое тело, даже черты лица опускаются вниз. Скованность движений во время депрессии может перейти в ступор, больной застывает без движения в одной позе. Реже берет верх беспокойство движений: больной бесцельно кружится на месте, причитает, плачет. Обычно во время тяжелых депрессий глаза сухие, больной не может плакать. Плач часто смывает печаль, после приступа плача у человека „легче на сердце”» (Кемпински А., 2002).

Снижение жизненной активности отражается на вегетативных функциях: понижается в целом интенсивность обмена веществ, исчезает аппетит (больной может вообще перестать есть), уменьшается выделение слюны (обычной является сухость во рту), уменьшается перистальтика, исчезает сексуальное влечение. Кожа становится дряблой и сухой. Характерны для этого состояния нарушения сна. Если при неврозах больной не может заснуть, то во время депрессии просыпается очень рано, в первом-втором часу ночи, и остаток ее проводит без сна.

Биохимические изменения также могут указывать на ослабление метаболизма. Уровень аминокислот мозга (серотонина, высших аминокислот: адреналина, норадреналина и дофамина ) во время депрессии понижается, а при маниях – повышается. Считается, что фармакологические средства (нейролептики и тимолептики), а также электрошок способствуют изменению уровня аминокислот мозга и, таким образом, оказывают влияние на состояние организма и жизненную активность больного. Наблюдаются нарушения деятельности коры надпочечников. В период депрессии повышается уровень кортизола в плазме и увеличивается содержание 17-гидроксикортикоида в моче больного. При эндогенных депрессиях соответствующие характеристики выше, чем при реактивных депрессиях. Их значения возрастают по мере усиления депрессии и, по мнению некоторых авторов, они могут служить показателем уровня риска самоубийства. В связи с дисфункцией надпочечников в период депрессии наблюдаются нарушения кислотно-щелочного баланса вплоть до внутриклеточной задержки ионов натрия. Кривая содержания сахара становится более пологой. Частота ритма сна электроэнцефалограммы (ЭЭГ) – альфа-ритма незначительно понижена, спорадически проявляется тета-ритм. Иногда наблюдаются формы ЭЭГ, характерные для эпилептических припадков (Кемпинский А., 2002).