Чтение онлайн

В работах К. Роджерса выделяются следующие особенности проявления эмпатии:

1) дистанцируемость, т. е. удержание психологической дистанции между эмпатирующим и эмпатируемым, сохранение в эмпатическом процессе собственной позиции эмпатирующего. Здесь нет отождествления между переживаниями эмпатируемого и эмпатирующего, что и отличает этот процесс от идентификации;

2) сопереживание, а не просто эмоционально положительное отношение (симпатия) эмпатирующего к эмпатируемому;

3) динамичность, т. е. это процесс, а не статичное состояние.

Эмпатически отреагировать – это значит дать клиенту понять, что психолог его действительно понимает. Необходимо точно сформулировать то, что отражено эмпатирующим в состоянии эмпатируемого («Вы чувствуете внутреннюю пустоту», «Вы ощущаете себя одиноким» и т. п.) или сделать это в метафорической форме («Вы как будто спутаны по рукам и ногам…», «Ваше состояние похоже на переживание маленького ребенка, потерявшегося в магазине…» и т. п.). Важно понимать при этом, что здесь следует избегать абстрактных, неконкретных выражений типа: «Я вас понимаю». Можно сказать, что эмпатия – это ощущение мира клиента так, как если бы он был собственным миром психотерапевта, но обязательно без утраты этого «как если бы» (Бурлачук Л. Ф. и др., 2007).

Важно также различать эмпатическое и активное (рефлексивное) слушание. Главное отличие здесь в целевой установке, а не в приемах, так как по форме они проявляются одинаково – внимание и отражение чувств.

Соблюдение выделенных условий позволяет достичь результатов личностно-ориентированного психологического консультирования. Говоря о результатах, которые являются следствием взаимодействия специалиста и консультанта, К. Роджерс пишет:

Специальные многолетние исследования показали, что в результате такой работы с клиентом происходят следующие изменения:

• повышается открытость опыту;

• углубляются переживания;

• повышается доверие к собственным проявлениям, к самому себе;

• формируется внутренний локус оценки;

• усиливается готовность войти в «процесс жизни»;

• углубляется знание о себе в процессе переживания.

Открытость к опыту рассматривается как готовность ввести в собственную Я-концепцию новый опыт. Здесь важно допускать, что доверие к себе связано и с «нежелательными» аспектами опыта. Человек дает себе право быть нелогичным в поведении и право на ошибку.

Не менее важное качество – готовность всегда, в каждый момент жизни быть в процессе. Это предполагает способность человека отказаться от фиксированных целей и ожиданий, готовность отказаться от собственных определений жизни, от фиксированных планов. У такого человека изначально существует установка на то, что «жизнь ВСЕГДА богаче наших планов». В этом смысле личность не сводит все многообразие своей жизни к одной из имеющихся на сегодняшний день у нее позиций (родитель, учитель, сын, дочь и т. п.). В работе с людьми это, например, означает, что фасилитатор не является «сценаристом», не он «делает» процесс.

Основное отличие данного подхода в оценке результатов работы заключается в том, что здесь на первое место ставятся не поведенческие изменения, а изменения субъективного мира клиента.

Обобщенно это отражено в понятии «полностью функционирующая личность», которое означает присутствие у личности следующих качеств:

• конгруэнтность;

• внутренняя готовность преодолевать преграды и трудности жизни;

• готовность творчески себя реализовывать;

• позитивная Я-концепция;

• эффективное социальное функционирование;

• готовность организма отзываться на любые внешние воздействия.

Однако не следует забывать, что клиент вправе остановить терапию в любой момент и вынести из нее ровно столько, сколько может. Поэтому одним из важнейших условий изменения клиента в терапии является его готовность к этому изменению .

Обобщая все вышеизложенное, можно сказать, что в арсенале современного практического психолога есть несколько моделей консультирования, построенных на разных методологических основаниях и имеющих собственную уникальную технологию. Сопоставление целей, задач и методов современных направлений в консультировании и собственный опыт консультирования позволяют считать, что личностно-ориентированное психологическое консультирование наиболее полно отвечает требованиям сегодняшнего дня и сути человекоцентрической (или, если брать условия образования – детоцентрической) парадигмы [115] .

Литература для самостоятельного чтения

Основная

Боуэн М. Духовность и личностно-центрированный подход // Вопросы психологии. 2002. № 3–4. С. 24–33.

Бурлачук Л. Ф., Кочарян А. С., Жидко М. Е. Психотерапия. СПб, 2007. С. 370–394.

Мидор Б., Роджерс К. Личностно-центрированная терапия // Журнал практической психологии и психоанализа. 2002. № 4 // http://psyjournal.ru/j3p/pap.php?id=20020407

Орлов А. Б., Лэнгле А., Шумский В. Б. Экзистенциальный анализ и клиентцентрированная психотерапия: сходство и различие // Вопросы психологии 2007. № 6.

Пахальян В. Э. Личностно-ориентированное консультирование в образовании. Т. 1. Методология и организация. М., 2003.

Пахальян В. Э. Личностно-ориентированное консультирование в образовании. Т. 2. Семинарские и практические занятия. М., 2003.

Пахальян В. Э. Личностно-ориентированное консультирование в образовании. Т. 3. Практикум. М., 2003.

Пахальян В. Э. Личностно-ориентированное консультирование в образовании. Т. 4. Хрестоматия. М., 2003.

Роджерс К. Консультирование и психотерапия. М., 2000.

Роджерс К. Клиентцентрированный/Человеко-центрированный подход в психотерапии // Вопросы психологии. 2001, № 2.

Дополнительная

Бусыгина Н. П. Философские основания гуманитарной психологии // Московский психотерапевтический журнал. 2007. № 4.

Василюк Ф. Е. Семиотика и техника эмпатии // Вопросы психологии. 2007. № 2. С. 3—14.

Визгина А. В. Эмпирическое изучение спонтанных внутренних диалогов // Вопросы психологии. 2007. № I. С. 101–110.