Чтение онлайн

В кино анима обычно связывается с объектом любви. Тема любви очень важна для фильма, даже если имеет вспомогательную функцию. Любовь является неотъемлемой частью жизни каждого человека, поэтому зрители всегда интуитивно чувствуют, что она необходима фильму. Выходя из кинотеатра, зритель должен чувствовать, что герой, за чьими приключениями он только что следил, развивался и чего-то добился. Завоевание возлюбленной и интеграция анимы в сценарии необходимы для завершенности образа персонажа. Он не только победил тень, но и нашел любовь. Интеграция анимы для героя означает обретение целостности. Кроме того, девушка – это тоже награда. Итак, его жизнь состоялась. Они с невестой могут пожениться и жить долго и счастливо.

У каждого положительного архетипа есть противоположность – его тень. Тень анимы в фильмах воплощается в образе роковой женщины. Темная соблазнительница предлагает чувственную любовь, анима – любовь чистую. Роковая женщина обычно представляет опасность для героя. Как сирены в «Одиссее» Гомера, она стремится завлечь героя и сбить его с пути. А потом застать врасплох и отнять жизнь. Ложная анима, роковая женщина – это либо вамп, пытающаяся заставить героя забыть о своей настоящей и чистой любви, либо буквальное воплощение рока, судьбы, угрожающего самой жизни героя. Алекс в «Роковом влечении» (Fatal Attraction, 1987) и Кэтрин (Шэрон Стоун) в «Основном инстинкте» (Basic, Instinct, 1992) выполняют функции архетипа роковой женщины. В «Роковом влечении» одержимость Алекс Дэном (Майкл Дуглас) угрожает его браку с Бэт (Энн Арчер) и даже жизни. Тень анимы – очень мощный архетип, потому что он позволяет объединить два самых сильных примитивных импульса – половое влечение и агрессию – в одном персонаже. Сила роковой женщины в ее сексуальной привлекательности. Ее опасность связана со слабостью героя, не способного противостоять своему влечению к ней. Герою проще справиться с монстрами или целыми армиями, чем с роковой женщиной.

Мужской архетип в женской душе – анимус. Этот архетип представляет типично мужские черты, такие как храбрость, способность вести за собой, интеллект, физическая сила. Очевидно, что дуализм анимы и анимуса – продукт традиционной западной мифологии, в которой мужчина, наделенный перечисленными качествами, – герой, а женщина – дева, которую герою предстоит спасти. В традиционной западной мифологии женщины бывают героинями в исключительных случаях. Однако мифология кино – продукт современного общества, освободившего и раскрепостившего женщин, так что в фильмах, особенно более поздних, героини стали встречаться гораздо чаще. В новых мифах анимус выполняет такую же функцию, какую выполняет анима в классических историях с героем-мужчиной, – функцию объекта любви. А если в фильме присутствуют и герой, и героиня – как, например, в «Романе с камнем», – они играют роль анимы и анимуса друг для друга. Джек, анимус Джоан Уайлдер, помогает ей стать храброй, сильной, способной пойти на риск. А Джоан, анима Джека, в свою очередь, учит его любви, нежности, верности.

Поскольку архетип героя традиционно мужской, то если единственная героиня фильма – женщина, то именно она обычно наделяется чертами, свойственными герою-мужчине (как героиня Анжелины Джоли в одноименном фильме «Лара Крофт: расхитительница гробниц»). Соответственно, мужчина, в которого влюблена героиня, берет на себя функции, присущие аниме, – а героиня его спасает. Так, Лара Крофт возвращается назад во времени, чтобы спасти своего любимого Алекса (Дэниел Крейг). Кроме того, мужчина наделен такими чертами, как чувствительность и нежность вместо силы или храбрости. В подобных фильмах героини сильные и смелые, а их возлюбленные – «мужчины в беде».

Монстры, серийные убийцы, психопаты – все это воплощения тени анимуса в «кровавых» триллерах, таких как «Хэллоуин», «Пятница, 13-е» или «Кошмар на улице Вязов». Зловещие образы Фредди Крюгера (Роберт Инглунд) или Реда (Роберт Дауни-младший) в «Сновидениях» (In Dreams, 2003) особенно тесно связаны с теорией Юнга – они являются своим жертвам в кошмарных снах. В таких сюжетах героиням отведена традиционная роль «девушки в беде». Но в конце фильма героиня перестает убегать от тени, сталкивается с ней – и обретает целостность. В развязке, в финальной схватке с тенью, героиня интегрирует агрессию и силу тени, уничтожая ее характерным устрашающим способом.

Многие древние мифологические божества были озорными мошенниками, любившими подшучивать над смертными, путать и обманывать их. В «Величайшей из когда-либо рассказанных историй» (The Greatest Story Ever Told, 1965) Сатана (Дональд Плезенс) тоже пытается смутить Иисуса, соблазнить его земными удовольствиями, чтобы испытать его веру в Бога. Если озорные божки или боги-обманщики предлагают герою мудрость, то только в виде загадки, а герою приходится доказывать, что он достоин получить от божества совет или наставление, отгадывая ее. В «Экскалибуре» (Excalibur, 1981) бессмертный хранитель святого Грааля передает его Персивалю (Пол Джеффри) только в награду за ответ на свой хитрый вопрос.

Архетип героя-плута обычно появляется в комедиях. Чарли Чаплин, Бастер Китон и Гарольд Ллойд исполняли роли таких «шутников». Они боролись со своими соперниками с помощью всевозможных трюков, обмана, розыгрышей. Хотя таким героям могут быть присущи и некоторые традиционные черты, такие как физическая сила, храбрость, целеустремленность, их самое главное преимущество – ум, сметливость и изобретательность. В фарсе-вестерне «Сверкающие седла» (Blazing Saddles, 1974) Мэла Брукса главная роль отведена двум героям-плутам. Хотя Барт (Кливон Литтл) и Малыш Вако (Джин Уайлдер) достаточно сильны, они предпочитают побеждать своих врагов с помощью разнообразных забавных трюков.

Плут может быть не главным героем, а второстепенным персонажем, предназначенным для разрядки смехом. Основной успех фильмам братьев Маркс или Эббота и Костелло обеспечивал не киногерой (который сражался со злодеем, завоевывал сердце девушки и вообще выручал всех из беды), а именно комические персонажи, плуты, помогавшие герою на его пути, обманывая и запутывая его врагов. Неважно, будет ли плут в вашем сценарии главным или второстепенным персонажем, помните, что его главная черта – ум. Чаще всего герои, особенно в фильмах жанра экшен, добиваются победы благодаря силе, отваге, выдающимся физическим способностям. Но герою-плуту успех обеспечивает его ум – хотя нередко об этой архетипической черте забывают.

Юнг считал, что образ оборотня символизирует Эго в его постоянном изменении и развитии. Главные герои фильмов всегда своего рода оборотни. Герои должны развиваться на протяжении всего фильма, причем предполагаются значимые изменения. Ловкая столичная журналистка (Джин Артур) в фильме «Мистер Дидс переезжает в город» (Mr. Deeds Goes to Town, 1936) снова начинает ощущать вкус к жизни, влюбившись в простодушного Дидса (Гэри Купер). Эгоистичный покоритель женских сердец курсант авиационного училища (Ричард Гир) в «Офицере и джентльмене» (An Officer and a Gentleman, 1982) превращается в заботливого и нежного поклонника одной из местных девушек (Дебра Уингер). Полного энтузиазма молодого биржевого маклера Бада (Чарли Шин) в «Уолл-стрит» (Wall Street, 1987) нечистый на руку финансовый делец (Майкл Дуглас) превращает в алчного негодяя, способного на любые подлости. В третьей части фильма Бад снова коренным образом меняется и возрождается как цельный и достойный человек.

Многие мифологические боги были не только плутами, но и оборотнями. На самом деле эти два архетипа имеют немало общих свойств. Зевс, например, мог принимать образ орла, слетать с Олимпа на землю и в образе смертного соблазнять девушек. Аналогично и в кино смена масок – архетипическая форма плутовского жанра. Багз Банни часто переодевается в женщину, пытаясь ускользнуть от Элмера Фадда. В «Звездных войнах» Люк и Хан надевают форму имперских штурмовиков, чтобы попасть на Звезду смерти. В «Сияющих седлах» Бад и Малыш Вако притворяются членами ку-клукс-клана, чтобы проникнуть в банду. Переодевание как плутовской прием старо, как и сам миф, но продолжает оставаться эффективным приемом сценариста. Пусть архетипические образы и сюжеты не новы и стереотипны, они могут быть очень убедительными и занимательными, если поданы с умом и в необычной форме.

Вампиры и люди-волки – устрашающие и внушающие ужас архетипические фигуры, так как через них проявляется сверхъестественная сила богов. В мифологии только боги могли принимать образ животных или как-то иначе менять физическую личину. Граф Дракула – образ оборотня, который, наверное, чаще других используется в кино. Способный принимать любой вид робот-злодей (Роберт Патрик) в «Терминаторе-2» (Terminator 2, 1991) предлагает современную трактовку древнего архетипа. Будь то физическое превращение в другое существо или личностная трансформация персонажа, архетип оборотня так или иначе всегда присутствует в кино. Но особенно он интересен зрителю, когда символизирует человеческую способность меняться и возрождаться к новой жизни.