Чтение онлайн

– Добрый день, капитан Генри Бенъард, - слегка поклонился он.
– Позвольте представиться, Крейг Смелли, сотрудник нигерийской секции МИ-6. А это - полковник Одулайе из Генерального Штаба:

– Добрый день, сэр!

Бенъард встал:

– А...! Вы пришли справиться о том, как я отдохнул за три дня? Не правда ли?

Смелли усмехнулся:

– Вы неплохо держите себя. Как настоящий англичанин.

Одулайе перевел налитые кровью глаза на начальника тюрьмы:

– Капитан Ота, Вы свободны! Теперь я буду лично заботиться о своём друге. Со мною ему будет спокойнее.

– Йе, са, - вытянулся толстяк.
– Очень жаль, са.

– Жаль?

Одулайе качнуло:

– Мало ли чего жаль мне, а? Идите, не мешайте нам работать!

Он попытался дружески улыбнуться Бенъарду, но покачнулся и сел на кресло:

– А теперь капитан Бенъард, давайте поговорим?

– О чём?

– О том, что Вы и ваши приятели сильно насолили русским...

– Вы чего-то хотите от меня?

– Да! С Вами хочет познакомиться один мой коллега. Если Вы дадите сво согласие, то мы убедим наших местных друзей, - тут Смелли посмотрел на полковника. Тот закивал головой, демонстрируя свое согласие, - на кое-какие неблаговидные действия, имевшие место в прошлом...

– Вы это о чём?

– Я имею ввиду Ваш полёт в Калабар.

– Что я должен буду сделать?

– О ничего такого, что могло бы повредить правительству, членом которого Вы являетесь. Более того, Вы окажете ему большую услугу...

– Уточните, пожалуйста.

– Вы полетите в Луис, где встретитесь с моим коллегой. Он Вам передаст кое-какие документы, а потом доставит на границу с Зангаро.

– Что же, я согласен.

– Вот и отлично. Выезжаем немедленно...

Очередное заседание Госсовета проходило в нервной обстановке. Её создавал своим поведением Морисон, выступавший основным докладчиком по главному насущному вопросу - проведению свободных выборов в парламент.

...- Итак, коллеги, на настоящий момент в Зангаро зарегистрированы пять партий, представляющих собой два соперничающих лагеря. Две из них, так или иначе, связаны с нашей революцией и являют собой силы демократии и прогресса, остальные три - трайбалисты и клерикалы. Я не знаю, как распределятся голоса на выборах, но считаю, что их кандидатов нужно вычеркнуть из списков...

– Послушайте, Морисон, - процедил Синк, - мы не можем рисковать, нарушая Конституцию Зангаро. Это грозит нам тем, что наблюдатели ООН не признают результаты выборов, и, следовательно, признание международным сообществом нашего правительства будет сильно затруднено.

– Если наше правительство будет вообще существовать после этих выборов: Кауна, Вашни и Фернандес выкинут нас всех на помойку!

– Не обязательно, не обязательно, - вмешался в спор Лоримар.
– Мы можем заключить соглашение с ними...

– С ним после выборов произойдёт то же самое, что и с конституционным соглашением при Кимбе! Эти дебилы признают только силу!

– Не горячитесь, Морисон,- прервал спор Окойе.
– У нас есть два важных козыря, о которых вегда следует помнить!

– Какие?

– Во-первых, возможность манипуляции общественным мнением, - произнёс вместо доктора Френч.

– Это сейчас не пройдёт, Зерку! Жертвы революции уже похоронены, а народ мы худо-бедно накормили...

– Да, но есть ещё одна кампания

– Какая же?

– Суд над сподвижниками Кимбы! Если сделать его публичным, то мы легко натравим толпу на вождей винду...

– Хорошо. А каков второй козырь?

– Наша жандармерия! Шеннон, как у Вас обстоит дело?

– В настоящий момент у нас есть сотня обученных бойцов. Это - не считая президентской охраны. К середине месяца их численность можно увеличить вдвое при условии, что мы призовём на службу отставных жандармов и зачислим кое-кого из бывших солдат режима.

– Вы не боитесь, что они будут представлять нам угрозу?

– Нет! Их можно распределить между надёжными солдатами. Вчера прибыл советник из Юго-Западной Африки. Служил в конной полиции Бечуаналенда, потом охранял алмазные прииски.

– Он - белый?

– Что вы, нет. Рехоботер.

– ??

– Это небольшое племя в ЮЗА. Точно не знаю, кто он. То ли готентот, то ли банту...

– Это хорошо, что африканец. А сколько у нас в распоряжении подразделений?

– Кроме штабных и тыловых подразделений, я могу вооружить три роты по сто человек каждая. В ротах - по четыре взвода. Если кто хочет ознакомится со структурой подразделений, то прошу...

– Полковние, я глубоко гражданский человек и не разбираютсь в военном деле, поэтому просто скажите сколькими солдатами располагает жандармерия на сегодня.

– Семьдесят три бойца, не считая президентской охраны и полиции. Месяц назад их было всего три десятка, не считая меня и пяти моих инструкторов.

– А как они размещены?

– Отряда в десять человек выдвиут к Виндубрюкке. Столько же находится в Туреке. По четыре-пять человек находится на постах в бомах и на северной границе. Остальные составляют гарнизон Кларенса. Я заканчиваю формирование мобильного отряда и интендантства.

– Спасибо, полковник, - мы тут мало смыслим в тактике.
– Лучше расскажите нам, как обстоит дело с вооружением?

– Президентская охрана и гражданская полиция имеют штатное оружие. В жандармерии есть проблемы с качеством винтовок, не хватает средств связи и тяжёлого оружия, а также запасных частей. Вот список самого необходимого, - Шеннон потянулся к полевой сумке.

– Позже полковник!
– прервал Шеннона Окойе.
– У нас сейчас есть более важная тема - подготовка к выборам! Есть ещё какие-нибудь вопросы, замечания, комментарии...

– Я считаю, что полковнику Шеннону надо добровольно подать в отставку, - вдруг выпалил Морисон. Все присутствующие посмотрели на него с удивлением.

– Это почему же?
– спросил Окойе, склонив голову набок.

– Он белый! У меня есть данные, что он покровительствует контрабандистам, а также связан с похищением трёх девушек из порта. Он распрадают национальное достояние Зангаро. К тому же на него жалуется Сэм Арвидсон, директор госпиталя ООН.