Чтение онлайн

Дура безмозглая – ведь мы оба могли остаться на дне этого ледяного озера.

Воронов лег рядом, рывком притягивая меня к себе, и это возымело гораздо больший эффект, чем любые слова. На краткий миг он крепко меня обнял.

– Нужно избавиться от мокрой одежды, Поль, – произнес он безапелляционно, расстегивая мою куртку. – Иначе не согреешься.

– Да… да… – пытаясь стянуть ледяной топ одеревеневшими пальцами, но они ни черта не слушались.

– Повернись, я тебе помогу, – перекидывая мои волосы на другую сторону.

Вздрогнув, я ощутила медленное движение длинных пальцев по коже.

Избавляя меня от мокрой тряпки, сковавшей грудь, Саша едва коснулся моих затвердевших сосков, и по коже будто пронесся электрический разряд. Я почувствовала томление глубоко внутри, которого никогда прежде не испытывала.

Я крепко себя обняла, внезапно осознав, что в палатке, в самом деле, гораздо теплее, чем на улице.

– Это еще не все, – странно ломающимся голосом напомнил он, демонстративно отодвигаясь и отворачивая голову.

Мне довольно быстро удалось справиться с мокрыми трусами, натягивая прямо на голое тело длинную хлопковую футболку, и закутывая ноги в куртку.

Какое-то время мы, не произнося ни слова, поочередно передавали друг другу бутылку, уничтожая ее глоток за глотком.

– У меня глюки, или здесь становится жарко? – толкая его пяткой в бок.

– Да, надышали, – стягивая футболку, Сашка посмотрел на меня странным взглядом. – Палатка сделана из какого-то специального, сохраняющего тепло волокна. Не помнишь, что ли? Твоему бате чуть ли не из Силиконовой долины ее прислали… – Воронов непроизвольно поморщился. – Он же много раз хвастал.

– Почему тебе так не нравится мой отец? Он ведь всегда относился к тебе, как к родному…

– Ой, еще скажи, дядя Паша всю жизнь в тайне мечтал меня усыновить, – так мило раздражаясь. – Поль, нам завтра рано вставать. Давай уже спать от греха подальше. Я ведь за тебя головой отвечаю…

А вот я за себя уже не отвечала. Увы.

Я рассмеялась, выдерживая его напряженный взгляд. Дыхание учащено. Глаза неестественно черные. С поволокой желания. Неужели он…?

– Мы еще не закончили играть, – с деланной обидой поджимая губу.

– Последний вопрос и спать, – уже даже не скрывая, что находится на взводе.

– Ты делал когда-нибудь это девушке языком?

Я вдруг вспомнила, как в подростковом возрасте он много раз говорил, что пацаны такое не делают. Воронов утверждал, что никогда не будет доставлять своей девушке удовольствие подобным образом.

Я же, прочитав на женском форуме, что девочкам это очень нравится, пыталась переубедить Сашку.

Однажды мы целый вечер об этом спорили: Воронов даже в шутку сказал, что, если я не перестану его донимать, он посадит меня себе на лицо и заставит замолчать этим самым способом…

Секунды тянулись возмутительно медленно, пока Саша молчал, явно очень активно напрягая свои извилины. Я опустила взгляд, улавливая что-то опасно клубившееся в разряженном воздухе.

– Поль, подойти ко мне, – прищурившись, Воронов тяжело выдохнул сквозь стиснутые зубы.

Я вопросительно приподняла бровь.

– Полина, я жду.

Медленно поднявшись, я на неверных ногах преодолела эти несчастные пару шагов.

– Так что… – застыв перед ним, неуверенно пробормотала я.

Внезапно он подался вперед, притягивая меня, так что мои бедра оказались на уровне его лица.

– Действие, – произнес Саша надломленным голосом, самовольно скользя горячими ладонями по моим обнаженным ногам, прекрасно зная, что на мне нет белья.

Протянув руку, я провела пальцами по его влажным волосам.

Его совершенное лицо – сплошные острые углы, плавные линии и полные губы, а глаза… в этот миг в них была такая мучительная жажда, какой я не видела прежде.

– Саш, я…– на сиплом вздохе, так и не решаясь озвучить это вслух, и не совсем понимая, к чему он клонит.

Неужели он…

– Левицкая, так что я должен сделать?

Я вся покрылась мелкими мурашками, инстинктивно подаваясь вперед, когда его руки скользнули выше по прохладной коже. По позвоночнику побежала дрожь. Моя грудь, обтянутая тонким хлопком футболки, взвинчено поднималась и опадала.

– Я не это имела в виду. Я… – смутившись из-за собственного участившегося дыхания и неловкой лжи, ведь наедине с собой я много раз фантазировала именно об этом.

– Еще ближе, – краткий, голодный взгляд прошелся по мне с головы до ног. – Поль… – голос низкий, вибрирующий, с сексуальной хрипотцой, – Ты спросила, делал ли я это девчонкам языком?

– Д-да… Потому что ты всегда говорил, что…

– Тебе интересно узнать ответ? – перебивая меня самым наглым образом, он поднес бутылку к своим чувственным губам, делая судорожный глоток рома: его глаза, тем временем, темнели, насыщаясь порочным янтарным искушением.

Похоже, Александр окончательно захмелел, прожигая меня двумя глубокими предгрозовыми тучами. А у меня в голове намертво застряли эти его слова.

«Мы с Агатой, походу, все. Полагаю, следующий наш разговор поставит окончательную точку. Жаль, не удалось пообщаться до этой поездки…»

Она уехала. Бросила его. Он принял решение с ней расстаться, значит, не моя вина, что их история подошла к концу…

Я смотрела на него. Такого красивого и совершенного, понимая, что другого шанса у нас может и не быть. Ведь через несколько дней, когда этот отдых подойдёт к концу, Саша вернется в Швейцарию. Кто знает, когда он приедет в Москву, и приедет ли вообще.

Иногда нужно просто отпустить ситуацию, глубоко вздохнуть и сказать: «Ну, и что? Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на пустые сомнения и страхи».

Мир ведь не рухнет, если мы с Вороновым нарушим парочку правил?

А значит…

– Тогда действие! – повелительный взмах моей руки. – Я хочу, чтобы ты сделал мне это… – прошептала я, пьянея от сгущающегося дурмана у него в глазах, – языком… – нервно облизывая подрагивающие губы.

Воронов вальяжно улыбнулся, подавшись вперед, после чего его ладони мягко прошлись по моим обнаженным ногам. Пальцы погладили внутреннюю сторону бедер, медленно продвигаясь к заветной цели.