Чтение онлайн

При этих неожиданных словах лицо у Боссе сделалось вдруг печальным, растерянным, и он уже не глядел в журнал с голыми людьми. Синеглазая Бетан нахмурилась, а веснушчатое лицо Малыша стало злым, как будто его только что обманули или обидели.

– Но… видели ли вы, дети, бурю?
– громко спросил дядюшка Юлиус, оглядывая приумолкших ребят.
– Вот так же, как громы, зашелестели долговые расписки. Так же, как молния, засверкали платёжные терминалы. Так же, как ветры, ворвались в покои Кровавого Сталина брокеры и менеджеры, и так же, как тучи, сгустились обязательства по международным долгам. А видели ли вы проливные грозы в сухое и знойное лето? Вот так же, как ручьи, сбегая с пыльных гор, сливались в бурливые, пенистые потоки, так же, безо всякой интервенции, забурлила в стране Кровавого Сталина предпринимательская деятельность. И кончилось его время.

А Карлсона так и не нашли. Одно только радует, - он обещал вернуться. А пока оказали ему высшую честь: изобразили его на деньгах.

Получают люди жалование - привет Карлсону!

Берут люди кредит в банке - привет Карлсону!

Расплачиваются по долгам - привет Карлсону!

А продают скауты своё дурацкое печенье на улице - салют Карлсону!

– Вот вам, ребята, и вся сказка, - и дядюшка отёр слезу, катившуюся по щеке.

Впрочем, все остальные уже давно плакали.

2022

Ему двадцать лет

Он любил эту закрытую частную школу больше чем дом. В доме всё было неладно после того, как родители погибли. И тогда школа заменила ему родителей.

Сначала ему говорили, что они погибли в автокатастрофе. Он придумал картину происшествия сам, исходя из звука самого слова. Слово «автокатастрофа» было длинное, оно шелестело и распадалось медленно, каталось на языке точь-в-точь как «Вольво» отца - там на северной дороге, когда отец попал в туман.

Но потом, когда он подрос, ему открыли страшную тайну. Всё было не так: родители сорвались с лестницы, когда полезли его спасать. Ещё совсем крохотным Малыш забрался на крышу, и родители, увидев там мелькающее пятно его рубашки, полезли за ним.

Старая железная лестница не выдержала, и папа с мамой упали в мрачное пространство двора.

Малыш тоже упал - но только на верхний балкон. Боль удара вытеснила из сознания все обстоятельства этой трагедии, и, как Малыш ни пытался, вспомнить он ничего не мог.

С тех пор ему иногда казалось, что призраки его родителей должны ему помогать. Но никто ему не помогал, и даже никто не являлся во снах.

А ведь он надеялся на то, что отец когда-нибудь сгустится из солнечного света и облаков за окном.

Малыш теперь был одинок, вернее, он жил с дядюшкой Юлиусом, переехавшим в их дом. Фрекен Бок давно вышла за него, и теперь они вместе пили коньяк по утрам.

В доме всё было покрыто тонким слоем пыли, везде был запах тлена и разрушения.

А в школе, хоть там и был беспорядок, всюду царила жизнь.

Малыш прижился в школе, и никогда не хотел уезжать из пансиона на каникулы.

Дядя Юлиус глядел мимо него, нос его был похож на фиолетовую картофелину.

– Это всё оттого, что ты упал тогда с крыши… Если бы твоя бедная мама…

Это он говорил напрасно. В этот момент в Малыше просыпалась огромная крыса-ненависть, что скребла лапками по сердцу.

От этого чесался и горел шрам на виске, уже давно стёршийся, едва видимый.

Он с отличием окончил следующий класс, и директор школы подарил ему волшебную палочку - игрушечную, зато с лампочкой.

Ехать к дядюшке Юлиусу не хотелось, и он задержался в пансионе на несколько дней.

В последний вечер он стал с тоской смотреть в окно и вдруг заметил, как чернота ночи сгустилась вокруг него.

– Папа?

– Я Карлсон, - сказала бездонная свистящая чернота.
– Я Карлсон, живущий на Крыше. Моё имя обычно не упоминается, потому что я - это и есть ночной город, я - его дыхание, и тревога. Я - темнота и вой полицейских сирен. Я - та кровь, что смывают дворники поутру с асфальта.

Верь мне, ибо я - твой отец.

– Но мой папа…

– Нет, - сказала чернота.
– Я твой отец. Всё было совсем иначе. Тот человек хотел убить твою мать, когда она тайком отправлялась ко мне. Он выследил её и столкнул с пожарной лестницы. Он хотел убить и тебя, но я успел раньше. Верь мне, ибо я - Карлсон, живущий на крыше.

Возьми палочку - ту, что дали тебе в школе… Каким она светится огнём?

– Голубым.

– Так не годится. Потри её. А теперь?

– Теперь - красным.

– Отлично. Теперь ты знаешь, что если хорошо потереть любой предмет, он никогда не будет прежним. Я научу тебя всему, - шептал голос.

И жизнь действительно перестала быть прежней.

Вскоре Малыш вернулся в свою школу и учился всё так же прилежно. Только теперь он иначе относился к ночной темноте.

Слово «автокатастрофа» потеряло для него страшный смысл, и теперь всё, кроме его тайны, казалось ему не стоящим внимания.

Он легко мирился с существованием дядюшки Юлиуса. И с существованием всего этого мира - ведь мир был у него в кулаке.

Но вот дядюшка Юлиус не смирился с этими изменениями.

Когда Малыш снова приехал к нему, он усадил его за стол.

– Послушай, Малыш. Нам нужно серьёзно поговорить. Раньше я не говорил тебе, но всё это выдумки - мир вовсе не разноцветен. Он состоит из чёрного и белого. Он даже не состоит из оттенков серого - в нём есть только светлое и тёмное, чёрное и белое. И тебе предстоит выбрать одну из сторон.

– А в чём разница?
– спросил Малыш.

– Да собственно, ни в чём. На одной стороне есть печеньки, а на другой их нет.

– Это мотив, да.

– Да, но на другой стороне есть фрикадельки. У одних - сэндвичи, у других - клизмы. На одной стороне блондинки, а на другой - брюнетки. Но с тех пор, как изобрели краску для волос, это различие пропало. Вот и всё… Ах, да. У одной стороны мечи голубого цвета, а у другой - красные.

– А какие лучше?

– Не помню. Да и как один цвет может быть лучше другого? Но выбирать нужно.

– Зачем?

– Так повелось. Но ты не бойся, и там, и там у тебя найдутся соратники, что быстро убедят тебя, что твой выбор единственно правильный. Наденешь белое, так будет вокруг белая магия, будешь вышучивать своих врагов и разбираться в сортах зелёного чая. Ну а коли наоборот, так нет худа без добра - будешь зарабатывать Чорной магией, поставишь в прихожей пару чучел друзей и перейдёшь на суп из мандрагоры. Будешь ходить в Чорном. Чорный - цвет хороший, немаркий.