Чтение онлайн

Что ж, халат так халат. Рукава были Генри по локоть, полы едва прикрывали колени, но колебаться он не стал: запахнулся, прошлепал через столовую и толкнул плечом дверь гостиной.

Грохнула опрокинутая лавка и одновременно раздался тонкий, срывающийся от страха голос:

— Кто это?! Кто?!

Генри невольно отшатнулся к двери. Маленький человечек, похожий на взъерошенного чертенка, смотрел на него, приоткрыв рот и вобрав голову в плечи. В его вытянутой вперед руке плясал пистолет. Старый Сайрус Гривс и еще какой-то тощий джентльмен с медными волосами оставались сидеть за столом. Они ошалело смотрели на дверь, и по тупому изумлению, написанному на лице отца, Генри понял, что старик в полутьме не узнает его.

Резкое движение, сделанное взъерошенным человеком, потревожило огонек маленькой коптилки. Огромные тени прыгнули и закачались по углам, и в колеблющемся свете остро блеснуло металлом колечко ствола.

— Отец, это я! — растерянно проговорил Генри, не сводя глаз с пистолета.

— Фу ты, господи!.. Сыно-о-ок… — с облегчением, но все с той же испуганно-изумленной миной протянул отец.

Человек метнул на него вопрошающий взгляд и опустил руку с оружием. Лицо старшего Гривса оживало, мягкие мешочки щек поползли вверх, растягивая рот в нитку и сжимая в уголках глаз вееры мелких морщин. Рыжеволосый икнул и равнодушно отвернулся.

Генри выступил из тени и нерешительно подошел к столу, заставленному бутылками, кружками и тарелками с объедками. Тени опять шарахнулись по комнате. Сайрус прикрыл желтый язычок пламени ладонью. Маленький человечек быстрым взглядом ощупал лицо и фигуру Генри и стал поднимать упавшую лавку.

— Садись с нами, сынок, чего уж там, садись, — ласково проговорил старший Гривс, указывая Генри место подле себя. — Вот, господин Куртнейс, — обратился он к рыжеволосому, вдумчиво изучавшему дно пустой кружки, — рекомендую вам — Генри Гривс, наследник мой, плоть от плоти, утеха в старости…

Господин Куртнейс поднял на Генри засоловелые глаза, хотел что-то ответить, но опять звонко икнул и ограничился кивком. Зато взъерошенный человечек откликнулся тотчас.

— Очень, очень приятно! — живо заговорил он, улыбаясь и продолжая бегать беспокойными черными глазками по лицу Генри. — Не правда ли, сэр, забавно вышло? Ну, думаю, дикари вломились, беда! А это вы, милый Генри, эдак по-хозяйски, без лишних церемоний… Ай-ай-ай, юноша, юноша, ну а если б рука моя дрогнула? Бабах — и точка. Здесь, дорогой Генри, мы ухо держим востро, попривыкнете — узнаете… Впрочем, давайте знакомиться. Питер Типпот, переводчик и правая рука господина землемера.

«Молчун под стать папаше», — с досадой подумал Генри, пожимая миниатюрную горячую ладонь. Рукопожатие Типпота производило неприятное впечатление: будто ощупал.

Неверной рукой отец принялся разливать по кружкам джин из початой бутылки.

— По случаю вызволения, сынок, и тебе сегодня не грешно… — закурлыкал он, но Генри отодвинул свою кружку.

— Прошу тебя, отец, -тихо сказал он.
– Не надо… Пожалуйста.

В Манчестере приятели по духовному училищу иногда угощали его спиртным, но всякий раз Генри испытывал только отвращение.

— И правильно, сынок, дурная привычка привязчива, не пьешь — не пей, спокойнее жизнь будет, — добродушно согласился старый Гривс. — Господин Куртнейс и вы, уважаемый сэр, за сынка драгоценного, думаю, надо бы! Вырвался как-никак мой Генри из лап этих проклятых… Ну, веселей, гости дорогие, уважьте хозяина, да и я с вами — с великим удовольствием…

— М-можно, — хрипло проговорил землемер, берясь обеими руками за кружку. — Молодой человек… прекрасный человек, — неожиданно закончил он и, страдальчески наморщив большеносое лицо, в два глотка опорожнил кружку.

Сайрус Гривс выпил джин неторопливо, прислушиваясь, как огненная жидкость стекает через глотку в желудок. Типпот едва пригубил, но залихватски крякнул и хищно вцепился зубами в кусок холодной свинины.

— Расскажи-ка, сынок, как в плен угодил, — подмигнул Сайрус Гривс, легонько толкая сына локтем.

Типпот, набивший рот мясом, закивал.

Сухо, опуская подробности, Генри рассказал о событиях минувшего дня. Ему были одинаково неприятны и шустроглазый человечек, и раскисший от джина землемер. Слушая его, отец улыбался, качал головой и всплескивал руками. Землемер откровенно дремал, а маленький переводчик продолжал есть, не переставая шнырять глазками по сторонам и не скрывая своего интереса к рассказу.

— Вот и все. А перед тем как отправить меня домой, вождь попросил, чтобы я передал отцу, то есть тебе…

Генри сощурился и медленно произнес на языке маори:

— Хеухеу будет верен своему слову. Был совет, и все вожди согласны. Летающая рыба пересекла нос лодки, а бог Ту проснулся и уже не хочет ждать.

— Что это значит?! — выкрикнул внезапно очнувшийся Куртнейс и мотнул головой. — Пе-ре-вес-ти!

Его мутный, бессмысленный взгляд остановился на Генри.

— Хе-хе! — Сайрус Гривс заерзал на лавке и беззаботно всплеснул пухлыми руками. — Ничего-то я, сынок, не понял, чепуха, право, чушь какая-то. Дикарь и есть дикарь: рыбы, дескать, летают, боги просыпаются и прочая белиберда… Ничегошеньки не понять, хе-хе-хе!..

Генри заметил, что желтое личико господина Типпота напряглось. Однако переводчик не проронил ни слова, продолжая как ни в чем не бывало возиться с полуобглоданной костью.

Рыжий землемер уперся ладонями в стол и с натугой поднялся с лавки. Он был бледен.

— Сэр, я буду благодарен… — нагнувшись, пробормотал он заплетающимся языком. — Спать, сэр… Позвольте, я покину в-ваше общество…

Сайрус Гривс закивал:

— И верно, господин землемер, пора бы вам и того, отдохнуть… Генри, на полке, где инструменты, огарочек есть, возьми-ка, проводи гостя. Уложи на мою кровать, а я потом устроюсь, ничего, как-нибудь…

Держа в левой руке горящую свечку, а правой крепко обняв за пояс пошатывающегося Куртнейса, Генри повел его спать. Растянувшись во всю длину кровати и даже не сделав попытку раздеться, землемер сразу же захрапел. Генри стянул с него пыльные сапоги, брезгливо швырнул их в угол и вернулся в гостиную. Отец и Типпот не взглянули на него, они были увлечены беседой. Не подходя к столу, Генри забрался с ногами на сундук, подсунул под себя кисло пахнущую овчину и от нечего делать стал слушать.

— Не-е-ет, дорогой сэр, туземцы не дураки, — благодушно скрипел старый Сайрус, поглаживая лоснящуюся плешь. — Такие, как я, им в друзьях куда нужнее, чем во врагах. Выгоду свою они знают, оттого и работать ко мне ходят. Месяц отработал, а я ему одеяло, а то и парочку топоров или еще что, кому как… И торговать с нами им не без пользы…

— Э! — личико Типпота сморщилось. — До поры до времени, сэр! Ее величество королева от лакомого кусочка не отступится, верьте моему слову, сэр! Еще лет десять, и с вашими чумазыми друзьями будет то же, что и с вонючими австралийцами. А до того они сами повырежут таких, как вы, одиночек-любителей. Стоит запахнуть порохом, они с колонистов и начнут, ха-ха-ха!

Гривс пожевал бескровными губами.

— Не знаю, не знаю, — проворчал он. — Я все больше рассчитываю, что прежде они друг друга изведут, вон как. А что меня лично касается, так Сайрус Гривс, дорогой сэр, сумеет сговориться с самим господином дьяволом, не беспокойтесь, и еще в барыше будет, да!