Чтение онлайн

— Это еще как сказать, — едко возразил Типпот. — Вчера были мы с Куртнейсом у вас по соседству, у этих, как их… нгати. Хотел бы я посмотреть, как вы договорились бы с Те Нгаро, их вождем!.. Этот тип уже сегодня готов всем белым горло перервать. Ну да ничего. В бумаге господина губернатора…

— Что… в бумаге?!

Генри не мог не заметить волнения отца: вцепившись пальцами в край стола, Сайрус Гривс подался к Типпоту.

Тот подозрительно взглянул на старика и отвел глаза.

— Уж не рассчитываете ли вы, многоуважаемый мистер Гривс, поживиться землей за счет Те Нгаро? — спросил он, тонко улыбаясь. — Я ведь не такой болван, как эта рыжая жердь, мне вы голову не заморочите. Когда ваш чудный сынок…

Типпот оборвал себя и быстро повернул голову в сторону сундука, видимо только сейчас вспомнив о присутствии Генри. Поколебавшись, он вкрадчиво продолжал:

— Уверен, что даже ваш юный отпрыск понял, что имел в виду вождь ваикато. А вы, сэр, хитрый, многоопытный лис, не поняли, да? Ай-ай-ай!.. Не поняли, что рыба, прыгнувшая через лодку, означает встречу с вражеским разведчиком? Ну да, где уж вам! И насчет бога войны Ту, который проснулся, и насчет военного совета — все это вы, конечно, тоже не поняли, сэр?..

Сайрус Гривс тихонько рассмеялся, отчего его лицо стало похоже на печеное яблоко.

— О господи! — Его голос звучал добродушно и очень искренне. — О чем вы говорите, мистер Типпот? Право, не возьму в толк, о чем это вы?.. — Он с укоризной покачал головой. — Выдумщик же вы, сэр, насочиняли столько…

— Прекратите, Сайрус Гривс! — зло зашипел на него Типпот и стукнул кулачком по столу. — Старый пройдоха, не пытайтесь выкручиваться, не удастся!.. Я знаю, какому слову верен ваш Хеухеу. А знаете ли вы, что господин губернатор крут на расправу с вшивыми дипломатами, с доморощенными политиками вроде вас, Гривс! Ишь что придумал!.. Да если вы даже и стравите этих паршивых дикарей, все равно земли вам ни дюйма не достанется, глупец! Ни дюйма!

Генри поразился, насколько точно подметил он сходство Типпота со взъерошенным чертом. Правда, с первого взгляда он показался ему потрепанным бесенком-неудачником, зато сейчас за столом злорадно корчился сам дьявол.

Отец продолжал по инерции улыбаться, молчал, но по тому, как часто он заморгал, Генри понял, что старик здорово растерялся.

— Так вот, любезный мой Гривс, — с сарказмом продолжал маленький человечек, — господин губернатор именем ее величества уже наложил лапу на земли вашего соседа грубияна. И когда ваши приятели ваикато перережут свору Те Нгаро и продадут вам их лужайки, вы останетесь с носом. Да-да, сэр, с носом! У вас их отберут власти, а самого вас, чего доброго, в тюрьму сунут, чтоб не лезли не в свои дела… И стоит мне, Питеру Типпоту, шепнуть кое-кому, ну, хоть моему тощему идиоту, как почтенный колонист Сайрус Гривс… Тю-тю!..

Генри, волнуясь, привстал на локте. Сомнений не оставалось: слова Типпота — не просто пьяная болтовня, отец не на шутку испуган. Значит, все правда: старик решил нажиться на крови племени Тауранги. Вот о чем он сговаривался с четырьмя ваикато, вот зачем показывал им свое добро… Теперь понятно, почему Хеухеу-о-Мати оказался вдруг добряком…

— Мистер Типпот… — послышался умоляющий голос отца. — Не надо… Все не так, сэр… Я не хотел… Не думал…

Но злобствующий дьявол опять превратился в маленького добродушного человечка.

— Ну, ну… Разумеется, не надо, — мягко прервал он старого Гривса, протягивая короткую руку к бутылке. — Давайте-ка лучше выпьем, старина! — И, разливая джин по кружкам, деловито спросил: — Когда они собираются напасть?

Сайрус Гривс помотал головой:

— Не знаю, сэр… Договаривались, чтобы раньше, чем кум ару посадят…

Типпот важно кивнул.

— Отказаться от сделки уже не удастся, это яснее ясного. Обещанное так или иначе придется уплатить, иначе ваикато попросту сдерут с вас, дорогой сэр, вашу собственную шкуру… Ну, а землю у вас отберет губернатор.

— Что же делать? — Сайрус Гривс не сводил жалобного взгляда с желтого личика. — Где же выход, дорогой сэр? Где же выход?..

— Он есть, — внушительно произнес Типпот, многозначительно глядя на Гривса. Пожалуй, впервые за вечер его глазки не метались и не шарили по сторонам. — Потребуйте от ваикато иную плату. Пусть оставят все завоеванное себе. А для вас, дорогой Гривс, приготовят это…

Нырнув рукой под стол, Типпот вытянул оттуда округлый кожаный мешочек, стянутый шнурком. Ловко распустив узел, он протянул мешок Сайрусу.

— Что это? — придушенный голос отца заставил Генри вскочить.

Выпущенный из рук мешок глухо стукнул. Что-то круглое, похожее на маленькую тыкву, выпало из него, покатилось по столу и шлепнулось на пол. Старый Гривс, как ужаленный, вскочил. Дряблые щеки тряслись, он смотрел вниз с нескрываемым ужасом.

Страх отца передался Генри. Он соскочил с сундука.

— Не будьте сентиментальны, мистер лис! — выкрикнул обозленный коротышка. Перескочив через лавку, он обежал стол, наклонился.

— Товар не хуже любого другого. — В голосе Типпота звучала издевка. — Что, разве не чудо? Полюбуйтесь!

Он театральным жестом поднял вверх руку. Сайрус Гривс отшатнулся, Генри вздрогнул. Глаза его расширились от испуга и отвращения.

Короткая ручка Типпота держала за волосы… человеческую голову. Сморщенное личико мертвого маорийца было искажено неестественно веселой гримасой, будто человек этот был убит в момент, когда он, зажмурившись, сдерживал приступ смеха. Мертвая голова чуть раскачивалась, и в неверном свете коптилки казалось, что скулы убитого подергиваются, а растянутые улыбкой губы вот-вот оживут.

Старый Гривс опомнился скоро. Оглянувшись на Генри, он озабоченно повел плечами и пробормотал, стараясь придать голосу строгость:

— Спать, сынок, живо спать! Нечего, знаешь ли, торчать тебе здесь, слушать всякое, иди, иди…

Генри подчинился. Не сводя глаз с мертвой головы и ощущая в желудке противную дрожь, он, как лунатик, приблизился к выходу, нащупал дверь. Шагнув за порог, он привалился к шероховатому косяку.

— Бальзамировать их туземцы умеют отлично, — расслышал он спокойный голос Типпота. — А на нашей с вами родине коллекционеры платят за каждую десятки гиней. Так что, если нам с вами, Сайрус, войти в пай, даже сотня таких игрушек…

— Погодите, Типпот, пойду взгляну, улегся ли мой ненаглядный…

Генри заставил себя оторваться от косяка и шагнуть в темноту, откуда доносился заливистый храп.

Остаток ночи Генри спал и не спал. Пытался осмыслить услышанное, но был слишком взволнован, чтобы сосредоточиться. Незаметно погружался в дремоту и внезапно просыпался оттого, что, как ему чудилось, необычайно важная мысль приходила в голову во сне. Но она ускользала, стоило открыть глаза. Только перед рассветом он ненадолго забылся и сразу увидел сон: мертвая голова с лицом рыжего землемера весело подмигивала ему и что-то говорила, но так тихо, что Генри ничего не смог разобрать. Он знал, как важно понять, что шепчут бескровные губы. Голова лежала на столе, в нескольких ярдах от Генри, но он не в силах был сделать и шагу. Ноги стали ватными, и он чувствовал, что из темного угла за ним напряженно следят чьи-то глаза. Генри догадывался, чьи они, и не боялся, ему хотелось запустить башмаком в угол, но и руки были вялы и бессильны.