Чтение онлайн

Я потрясён, щека гудит, но ее жестокость только еще больше меня распаляет. Только взгляните на нее. Она просто животное. Мы оба животные. И я решаю, что мне все равно, что она делала в окне, только не сейчас. Я выкидываю из головы все мысли о Кэсси и Дэймоне. Я подумаю об этом после того, как мы здесь закончим.

Некоторым девушкам нравится грубость. Кэсси, от которой я уехал много лет назад, не любила грубость. Она любила цветы, милые глупости и нежные, чувственные занятия любовью. Кэсси, к которой я вернулся, ничего этого не нужно, по крайней мере, не сейчас. Кэсси, к которой я вернулся, требуется нечто гораздо более темное.

— Я близко, — еле слышно бормочу я.

Я приподнимаю Кэсси, пытаясь из нее выйти, пока не стало слишком поздно, поскольку не надел презерватив, и это будет правильно. Но она крепко сжимает бедра и продолжает всё сильнее на мне раскачиваться.

— Я хочу, чтобы ты в меня кончил, — выдыхает она, и я так чертовски возбужден, что впиваюсь ногтями ей в плечи и разряжаюсь прямо в нее.

 

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЯТАЯ

Кэсси

Когда я просыпаюсь, на улице уже кромешная тьма. Я пребываю на блаженном неведении, которое сопровождается короткими пробуждениями; а затем реальность врезается в меня, словно кувалда.

Дэймон.

Дом.

Черт!

Я поднимаюсь на колени у Лео на кровати и натыкаюсь на него, пытаясь отыскать свою одежду. Господи боже, я вообще ничего не вижу. Я даже не знаю, где здесь свет.

Когда я шарю руками по кровати, просыпается Лео. Я на ощупь нахожу свой лифчик, футболку, шарф и как можно скорее натягиваю все это на себя.

— Что случилось? — хриплым ото сна голосом спрашивает Лео.

— Я не могу найти свои джинсы, — бормочу я и, соскользнув с кровати, начинаю рыскать по полу.

Лео садится, включает фонарик и дает его мне. Я беру фонарик и на какой-то момент возвращаюсь в то утро, когда Лео обнаружил в колодце Карен Брейнард.

— Спасибо, — схватив, наконец, джинсы говорю я.

Мне никак не удается отыскать свои трусики. Думаю, Лео может оставить их себе в качестве памятного сувенира.

— Ты уходишь? — спрашивает Лео, когда я отдаю ему фонарик.

— Да.

Он не слышит, как мое сердце вот-вот взорвется от страха.

— Сколько сейчас времени?

Он шарит в кровати, видимо, ищет свой телефон. Спустя мгновение, он отвечает:

— Шесть двадцать три.

«Блядь»

— Утра?

— Вечера.

— О, слава Богу.

Мы проспали всего пару часов. По графику сегодня я должна была работать в две смены — обычно я заканчиваю не раньше шести тридцати. У меня есть семь минут, чтобы добраться до дома, прежде чем Дэймон придёт за мной в закусочную и поймёт, что меня там нет.

Радуясь, что мои глаза привыкли к темноте, я хватаю свою сумку, нагруженную украденными из Лоун Пайн безделушками.

— Кэсси, — произносит Лео, но я не оборачиваюсь.

— Мне надо идти, — быстро говорю я и, нащупав дверь, открываю ее.

Я задыхаюсь от хлынувшего на меня потока холодного воздуха. Я закрываю дверь и резво шагаю к дороге и далее, к своему дому. Видимость вокруг не ужасная, но и не абсолютная. Мне кажется, что подъездная дорожка все еще пуста, но в этой темноте невозможно сказать наверняка. Я вспоминаю о том, как Дэймон несколько раз мимоходом наводил на жилище Лео перекрестье своего оптического прицела, и внутренне съеживаюсь, представив, как он стреляет в меня, пока я пробираюсь к дому.

— Кэсси! — раздается позади меня голос Лео, на этот раз более настойчивый. — Подожди!

Резко остановившись, я поворачиваюсь на звук его голоса.

«Боже мой, Лео, из-за тебя меня убьют».

Я бросаюсь бежать от Лео. Не думаю, что он последует за мной до самого дома. Не думаю, что он настолько глуп. У меня с плеча падает сумка, тяжелая от награбленных кладбищенских сувениров, мои легкие горят от морозного вечернего воздуха. Выйдя на дорогу, я останавливаюсь, перевожу дыхание и, когда слышу за спиной шаги, чуть ли не срываюсь на крик.

— Кэсси, — говорит Лео, останавливаясь рядом. — Что ты делаешь?

Я со всей силы его отталкиваю.

— Лео, ты втянешь меня в очень серьезное дерьмо! Тебе нужно вернуться домой и перестать меня преследовать.

От моего толчка Лео спотыкается, но он огромный, и у меня бы ни за что не получилось его оттолкнуть.

— В какое дерьмо? — спрашивает Лео и, дернув за мой шарф, обнажает синяки у меня на шее. — Он снова это сделает? Тебе не обязательно туда возвращаться…

— Боже мой, — шиплю я и, рванув на себе шарф, снова наматываю его на шею. — Ты понятия не имеешь, о чем говоришь. Оставь меня. Я серьезно.

— Кэсси, если он причиняет тебе боль, мы можем позвонить в полицию…

— Лео! — я снова его отталкиваю, ясно осознавая, насколько хорошо мы просматриваемся на обочине дороги. — Он и есть полиция! Неужели ты не понимаешь? Он может снова засадить тебя в тюрьму.

Глаза Лео полны гнева и непролитых слез.

— Я не могу отпустить тебя туда, зная, что он тебе навредит, — говорит он, его слова становятся резкими.

«Твою мать. Чёрт!»

Я оглядываюсь через плечо, чтобы убедиться, что к нам не приближаются отблески фар.

— Он мне не навредит, — говорю я. — Но, если он увидит нас вместе, он здорово навредит тебе.

Первая часть — полное вранье. Рано или поздно он обязательно мне навредит.

— Я с ним справлюсь, — произносит Лео, пристально глядя на мой дом.

— Справишься с пулей? — резко бросаю я ему. — Справишься с тем, что тебя арестуют? С тем, что вернут тюрьму?

У Лео опускаются плечи.

— Хочешь, возвращайся домой, хочешь, нет, — огрызаюсь я. — Пофигу. Но ради всего святого, не переходи за мной через эту дорогу, иначе это будет нашей последней встречей. Ты меня понял?

Коротко кивнув, он отступает на пару шагов. Я оглядываюсь по сторонам, нет ли поблизости каких-нибудь машин, затем, перебежав дорогу, иду к дому и поднимаюсь по ступенькам на крыльцо.

Сегодня утром я специально не заперла дверь, это часть моего плана. У меня даже нет ключа от моего собственного дома, Дэймон контролирует каждый мой шаг. Не имея доступа к этому месту, я не могу приходить и уходить, когда мне заблагорассудится — намеренный шаг с его стороны.

Повернув дверную ручку, я открываю дверь, и, наконец, оказываюсь в безопасности. В доме кромешная тьма и тишина.