Чтение онлайн

ЖАНРЫ

ПУЛЬС СВЕТА

Круглов Евгений

Шрифт:

Вошли в кухню вместе.

– А мы, - улыбалась кротко Оля, - познакомились уже! – смотрела Вадиму в глаза.

– Представляю... – Усмехнулся он, взглянув на сестру.

Та, задрав вверх голову, покрутила губами, потом улыбнулась, наконец.

– Ну, садитесь... – Растерянно произнесла Ольга, указав рукой, - чай готов уже!..

– Садись Ань! – подтолкнул рукой Вадим, - сейчас расскажу что!.. – Улыбался он заманчиво.

– Ты ночевал где? – посмотрела жалостливо Ольга.

– Потом... – Махнул он рукой.

Аня поедала обоих взглядом. Сели за стол.

– Ань, тут такое дело... – Повернулся к ней Вадим.

– Да знаю я всё! Поняла я... – перебила его сестра, - только мама у нас не поймёт!.. – Опустила она глаза.

– Ань!

– Ты что, не вернешься, да? – умоляюще посмотрела на него.

– Ань! Ну ты послушай! Только вот!.. Антон сегодня, знаете что сказал мне? Ссуду даёт, на половину, а администрация местная, первый дом свой, молодой семье отдаст, за вторую половину!

А он, договорился уже, что бы мне! Понимаете?

– Семье, или тебе? – любопытно улыбнулась Ольга.

– Ну, семье, - поправился Вадим, - а вторую половину в рассрочку, только самому строить. Это всё за материалы! Не много денег-то, выходит, что четверть только!..

– Это – двадцать пять? – не глядя на него снова улыбнулась Ольга.

– Да... А ты откуда знаешь?

– Люся сказала мне. Если я найду себе другое жильё, они с Антоном выкупят этот домик за двадцать пять!

– Интересно... – покачал головой Вадим.

– Да чего вы!.. Не понимаете?.. Вам всё специально подстроили! Вам всё даром хотят!.. – горячо выпалила Аня.

– Ань?.. У тебя чего по математике в школе? – повернулся Вадим.

– Да ну, тебя!.. – махнула она рукой, улыбаясь.

– Ань! А мы тебе комнату выделим с окнами на юг! Ань?

– Да ну, тебя! – скривила она губы, шмыгнув носом.

– Она тоже хотела из дома уйти, если ты уйдёшь... – улыбнулась Оля.

– Ань! Да ты что! Разве я тебя оставлю?! – обнял её Вадим за плечи.

– Да ну, тебя... – Смахнула она слезинку.

После чая – не спеша поднялись из-за стола. Вадим достал документы, подал Ольге.

– Вот, убери пока... Я зайду вечером...

Аня вращала глазами на обоих.

– Я в машине подожду, - направилась она к двери, - обернулась с порога, - пока! – Глянула на Ольгу примирительно и толкнула плечом дверь.

Ехали молча, объезжая полем разбитые колеи. Аня притихла, задумчиво глядя в окно. Вадим иногда искоса поглядывал на сестру. На губах вздрагивала улыбка. Потом сам задумался, вглядываясь через стекло куда-то очень далеко.

– Вообще-то, она хорошая, - вдруг прервала тишину Аня, - и честная. Может, даже честнее меня, - добавила рассудительно.

– И деньги брату даёт, а он...

– Что - он?..

– Не поймёшь его... То - злой, то – ничего... И курит с пятого класса, и все играют...

– Во что? – с интересом посмотрел Вадим.

– Игра такая есть, «Чужие роли», называется...

– Не слыхал! – Улыбнулся Вадик.

– А тебе и не зачем, а мне пригодится знать!..

– Весь мир – театр, все люди в нём – актёры! – старательно продекламировал Вадик.

– А ты откуда знаешь?

Вадим посмеялся.

– Вадь! А ты честно, про комнату?..

– Конечно! Разве я врал тебе когда?

– Нет, - отвернулась она к окну.

– Будешь с ребёнком водиться потом, а? Ань?

– Да ну, тебя! – улыбнулась она , слабо махнув рукой.

Вздохнула протяжно.

– Только мамка у нас, не поймёт...

– Ничего, Ань, переживём! – улыбался Вадик, - главное, дождя бы не было, - посматривал он на тучи, - а то место никак выбрать не можем... А тебе в Холмах нравится? Ань?

– Ничего... – пожала она плечом.

Тёплая ночь выдалась. Даже душно в квартире. Не спится. Теперь часто не спится. Лезет, лезет в голову разное. Дмитрий встал. Посмотрел на часы. Час ночи. Побродив по комнате, заглянул на тёмное небо в окно, вытащил книжку наугад, прошёл тихо на кухню.

Включив свет, сел на табурет. Взглянув на книжку, бросил на стол. Закурил. Дверь на балкон с вечера открыта. Всё равно душно.

– «Хоть бы ветерок шевельнулся...» – подумал он, выйдя на балкон. Скучно. Вечерами не знал куда себя девать. Днём ещё, шло время за заботами. А потом... Раньше не возникало вопросов, «ради чего? Зачем? Что теперь?» Раньше было понятно.

Сейчас всё по-другому. Дети теперь определились. Даже внуки теперь. Сразу двое. Он улыбнулся, думая об этом. Но всё равно, чего-то не хватает... Он думал, достигнув этого, появится что-то другое, новое, свежее. Возьмёт, и появится. И опять станет интересно жить. Не появилось... Продолжается жизнь, все куда-то, стремятся и суетятся. Бегут и двигаются. Только куда? Зачем это всё двигается вокруг? Смысл? В чём смысл всего?

И будто незаметно, незаметно, где-то далеко, ещё пока очень далеко, кто-то включил обратный отсчёт времени. И теперь оно будет уменьшаться. Таять с каждым мгновением.

– Чёрт знает, что за мысли... – подумал он, бросив сигарету с балкона.

– Не должно так быть, что-то не так тут... – утешал он себя.

Вошёл, присел к столу. Опустошённо оглядывал кухню, водил зрачками по стенам. Думал. Вспоминал, как старались набить эту небольшую квартирку разными вещами. Как приходилось изворачиваться и приспосабливаться. И он приспосабливался и изворачивался. Было зачем. Было зачем вытаскивать ноги как из трясины, когда дела и обстоятельства засасывали. Нельзя было стоять на месте. И он вытаскивал.

Нет больше детского смеха в коридоре. Не хлопочет Наташка около дочек. Нет приятных минут ожидания чего-то, когда ради этих минут, терпеливо ожидаешь дни. Исчезло всё навсегда. Минуло.

Незаметный шорох в коридоре прервал мысли. Открылась дверь. Наталья, щуря от света глаза, просунула голову. Рассматривала его несколько мгновений, потом тихо вошла. Молча села рядом, посмотрела в глаза.

– Ты чего? – спросила тихо, чуть улыбнувшись.

Дмитрий пожал плечами.

– Не спится... – вздохнул устало.

Не хотелось её посвящать в свои мысли. Слишком они не весёлые, даже тяжкие местами. Вспомнил, как приходила она из училища, тяжко ступая по ковру комнаты. Поставит сумку в угол. Сядет на диван и сидит молча. Вздыхает подавленно. И тёмные вьющиеся волны волос становится ещё темнее на побледневшем лице. Глаза только блуждали по комнате и тоже, молчала всё. Вот и решил он тогда – хватит! Лучше побудет дома пока, отдохнёт. А там видно будет. И надо же так случиться. Не видно ничего!.. Не понятно всё стало...

Поделиться с друзьями: