Чтение онлайн

Он стоял, раскрыв глаза, не мог сообразить, шевельнуться.

– Оль, ты что? Ты что подумала?! – наморщил лоб, отвернул чуть голову.

Она не сдерживала себя, всхлипывала громко, хватая ртом воздух.

– Я хотел, я купить хотел, что-нибудь!.. Подарок хотел! Только!.. Не успел ничего... Бегом всё... Некогда с Антоном!

Понимаешь, я думал, чего!? Но, некогда...

Он шагнул навстречу, взял её за плечи. Нет... Будто окаменели, застыли.

– Я только сегодня... Деньги получил! Понимаешь? – отошёл он на шаг, ещё пытаясь что-то доказать, - вот смотри!

Вытащил бумажник, взял в руку, потряс перед собой.

– Видишь!? Только сегодня!.. Я хотел подарок, какой-нибудь! Честно!..

Сквозь слёзы она смутно видела его руку с пачкой денег. Он говорил что-то, говорил... Память – как вспышка вернула мгновенно назад.

Тоже считал деньги, выдавая рабочим... Глаза сощурены, сальная улыбка. «А это – тебе!» – провёл пальцем быстро, как по карточной колоде. Хрустнули бумажки. А сейчас...

Ревела не останавливаясь, повернувшись к нему лицом. Вадим морщась, говорил что-то, не соображала уже, прыгали бумажки перед самым носом. Вспыхнуло внутри!.. Прокатилось горячей волной по телу. Сильно ударила рукой...

Бумажки полетели веером по комнате. Закружились в воздухе переворачиваясь. Опустилась на стул рядом... Закрыла лицо... Завыла громко...

Он стоял с приподнятыми руками, облизывал сухие губы. Наклонился над ней, как над разбитой вазой.

– Не веришь... Не веришь, да... – тихо выдавил, тряся мелко головой.

– Ты что думаешь?.. Я пришёл... Ты так да?.. Так подумала? А я!.. – он замолчал вдруг.

Наклонился резко. Быстро стал собирать бумажки дрожащими руками, ползая вокруг по полу. Ольга затихла, оторвала ладони от лица.

– Так да! – шептал он страшно, бросая взгляды беспрестанно на открытую топочную дверцу.

– Ты... Так!.. – забегал по комнате, собирая последние бумажки.

Догадка мелькнула сразу. Она вскочила. Смотрела на него вытаращенными глазами, закрыв ладонями рот.

– Ты что! Чокнутый?.. – шагнула навстречу.

– Совсем чокнутый! Да? – крикнула ему в лицо.

– Совсем чокнутый... – заревела снова, не пряча глаз.

– Совсем... – уже пропищала слезливо трясущимися губами, схватив его за руки.

Увидела... Бледное лицо. Непроницаемые, как у слепого глаза. Рука похолодела. Деньги рухнули к ногам.

Она всё смотрела, всхлипывала, попискивая, тряся мелко губой... Вадим вздохнул глубоко. Раз, другой... Ольга подняла руку. Сунула в рот палец, кусая молча.

– Ты чего, а?.. – тряхнула она его рукой.

– Ты чего, а? – слёзно запищала.

Он медленно, как робот, повёл головой, ища стул. Протянул руку. Она схватила его обеими руками, лихорадочно соображая, чего делать.

– Сядь! Ты сядь! Вот! – дёрнула к себе стулик.

Вадим сделал шаг. Опустился на край стула. Глаза смотрели невидяще. Тело трясло.

– Ты сядь, - всё твердила она, - я сейчас...

Побежала в кухню. Сзади – скрип, поехавшего стула. Чуть остановилась, побежала снова не оглядываясь.

Вадим сидел на полу, спиной к печи. Глаза закрыты. Лицо белое. Пальцы упёрты в пол. От ваты у носа, он вздрогнул, заперебирал руками, упёрся головой в печь. Открыл глаза – близко её лицо. Водит ватой по вискам, размазывает слёзы и всхлипывает, стоя на коленях.

– Всё, всё... – слабо выговорил он.

– Ты что это, а? – чуть дрогнули губы в улыбке.

Стояла на коленях рядом, шмыгая носом, растирала по щекам слёзы. Потёрла себе виски. Улыбнулась вкрадчиво.

– Ну что ты, а? – одним дыханьем выговорила она.

– Нормально... – с трудом разлепил он рот, изобразил улыбку.

– Посиди так, я сейчас! – убежала снова.

Он вздохнул, закрыл глаза. Стал ощущать кровь в теле. Покалывало. Легче дышится.

– Вот, на!.. – услышал её голос, - выпей сразу!

Открыл глаза – рука с кружкой.

– Что это?

– Водка это...

Поднял на неё глаза. Глаза – умоляющие!

– Это надо сейчас! Хоть несколько глотков! Ну!..

Он взял кружку, вытянул губы, вылил разом в рот. Плечи передёрнуло. Вздохнул шумно.

– Ох... – поморщился.

– На чаю, - подала она другую чашку.

Он глотнул. Посидел немного. Задышал ровно. На лице появились красные пятна. Порозовели щёки.

– Я не так хотел... По другому! Думал... Веришь? – прижался он затылком к печи.

Защемило сердце. Она схватила его за шею. Прижала к груди голову.

– Что же ты... – и снова завыла тоненько.

– Оля, погоди, сейчас! Я хотел сказать сразу...

– Что хотел? – расцепила она пальцы, шмыгая носом.

– Сейчас! Встану... – опёрся он рукой в пол, пытаясь встать.

Но ноги, как ватные, будто выдернули из них жилы, плохо держали.

– Что такое... – усмехнулся он, шагнув к столу.

Сел грузно, заглянул в чашку.

– А чай – остыл... – улыбнулся виновато, - пойдём со мной завтра? А?

– Куда? – водила ладонью по щеке.

Вадим снова посмотрел в чашку.

– А горяченького бы, а? – взглянул он на неё, - Антон сказал сегодня: «Ищи место, оформляй пока, лето длинное... Посмотрим!» - замолчал он.

– Завтра выходной... Сходим, посмотрим?.. Согласна? Если дождя не будет... А? Ты что?..

Она прижала ладонь, где сердце. Куда оно подевалось? Он подскочил сразу, уронив свой стул. Ольга повисла на шее.

– Согласна... – ответила шёпотом.

ЧЕРЕЗ ТЕРНИИ...

Ах, эти тёплые летние деньки! Как они летят, один за другим. Сменяют друг друга восходы и закаты. Плывут беззаботно облака, как парусники, через синюю высь. Всё ожило, всё тянется вверх к солнцу. И оно не скупится в своём сиянии – светит для всех. Для добрых и не очень, для торопливых и ленивых.

И правда, как бывает не хочется шевелиться под нежными его лучами, когда всё благоухает и источает несказанные ароматы, очаровывает непередаваемыми переливами красок, когда всё гудит, шуршит и чирикает. А вечерняя прохлада, сменив полуденный зной – бодрит мысли, и восхищает своими тёплыми красками закат.