Чтение онлайн

Алексей действительно пришел с подарками. Как водилось в редакции, это были колготки, набор действительно красивого женского белья, парфюмерия.

Настя при виде колготок поморщилась:

– И ты думаешь, я их буду носить? Ведь наверняка такие же привез другим редакционным красоткам: стенографисткам, в отдел кадров, в приемную главного редактора... Словом, всем нужным бабенкам. И вот мы все дружно напялили твои колготки и строем пошли по редакционным коридорам в кофейню. А не одаренные будут нам завидовать. Так?

Алексей смутился:

– Извини, как-то за суетой с отъездом не придумал ничего лучшего. Действительно, забежал в магазин и похватал с развалов каждой твари по паре, чтобы на всех хватило.

– Ладно, - легко простила его Настя.
– Я твои подарки Эле передам, ведь, спорю на что угодно, про неё ты вообще забыл.

– Ух ты!
– восхитился Алексей.
– Инженерша человеческих душ! Знаток нравов! Чтец-декламатор тайных мыслей и явных пороков!

Насте неожиданно стало хорошо в его присутствии и она пригласила за заранее накрытый стол:

– Садись, балаболка забугорная. Я для тебя специально русский стол приготовила: селедочка, картошка разварная, хлеб, конечно, ржаной, сало с рынка... Говорят, вы там за этим скучаете..

– Слухи соответствуют истине, - кивнул Алексей.
– Впрочем, скоро убедишься сама.

– Это каким же образом?

– Ты на письмо ответила? Отослала документы?

– И не подумаю... Какой-то идиот решил шутки шутить...

– Чтобы в два дня документы были отосланы!
– резко сказал Алексей. К рюмке он не притронулся.

– Полегче на поворотах, мой мальчик!
– обозлилась Настя.
– Я тебе не новобранец, а ты не сержант!

– Это правильно, - неожиданно согласился Алексей.
– У нас звания повыше.

– Ты на что намекаешь?
– удивилась Настя.

Она, конечно, ожидала от сегодняшнего вечера, от встречи с Алексеем сюрпризов. С ним всегда надо держать ухо востро. Сколько он уже крутится там, за рубежами? Больше года, но заграничная жизнь его почти не изменила. Все такой же шустрый, как сказала о нем однажды Эля-Элеонора. Славный охотник за удачей, как давно это было - домики в лесу, костер и чарка "на крови", подле освежеванного лося. И банька - парная и хмельная...

– Похоже, ты меня не слушаешь?
– повысил голос Алексей.
– Известная журналистка Анастасия Соболева изволит вспоминать недавнее прошлое?

Вот чертушка, похоже умеет мысли читать, без злобы подумала Настя.

– Угадал, - подтвердила Настя.
– Вспомнилась та охота, на которой с тобой познакомилась. Правильнее сказать, вы с Олегом оказали мне честь приветили наивную девочку.

– Ну уж так и наивную, - пробормотал Алексей.
– Но не будем отвлекаться на сентиментальные воспоминания. Повторю для тебя специально: я не сержант, а полковник. Понятно?

– Давно сообразила, - ответила Настя.
– И что Олег двум "конторам" служит - давно для меня не тайна. Не надо за дурочку держать. Потому и не пыталась его разыскать, когда как сквозь землю провалился. Как это у вас называется: спецкомадировка?

– Олег и в самом деле сейчас, как говорится, вдали от родины. Шлет тебе нежный привет...

– Нужны мне его приветы...

– Да, девочка повзрослела, к такой на козе не подъедешь. Но наши стопки уже согрелись, а к делу мы так и не подошли. Прошу тебя, Настя, отнесись к подготовке документов очень серьезно. Наследство, конечно, тебе "устроили" и деньги - реальность. Большие деньги, должен сразу тебя предупредить.

– Чужие деньги, хочешь сказать?

– Это как на них посмотреть... Могу лишь сказать, что это была уникальная операция. Твоя тетка в Канаде, наследство, счет в швейцарском банке - все это, как говорят, имеет место быть... Вначале - наследство и счет. На сколько - ещё узнаешь. Тетке твоей, урожденной Демьяновой, одинокому человеку, умирающему от рака, своевременно напомнили, что у неё в России живет племянница, очень достойная девушка. Весьма кстати оказались и письма твоей матери. Единственное условие, которое зафиксировано в завещании - ты должна взять девичью фамилию матери - Демьянова. Тетку перед смертью мучила мысль, что род ваш исчезнет...

– Фантастика какая-то, - устало сказала Настя.
– Тетка... Наследство... Счет в швейцарском банке...

И вдруг разозлилась:

– Да пошли вы все к драной матери, той самой, которые мужики часто поминают.

Грубая ругань в её устах звучала вполне нормально - журналистки любят соленые слова.

Алексея не удивила её реакция. Он и не ожидал, что она быстро врубится в ситуацию. Вопрос в том, захочет ли она вообще в неё врубиться. И не станешь же в подробностях объяснять, каких усилий стоило законно оформить завещание дряхлой Марии Демьяновой, собрать её средства на единый счет и переадресовать их в швейцарский банк. Слава Богу, ошалевшая от непрерывной боли женщина прислушалась к добрым наставлениям православного священника отца Николая, в миру Николая Ивановича Чаусова, и совсем уж в узеньком, тайном мирке - полковника Чусова...

И не расскажешь ведь уважаемой журналистке Анастасии Игнатьевне, сколько труда и смекалки потребовалось от многих людей, чтобы на этот легальный счет ручейками с разных сторон потекли денежки. И не какие-то там "деревянные", а доллары, фунты, марки, франки.

И вот она сидит перед ним - в убогонькой московской квартирке - без пяти минут миллионерша, наследница крупного состояния - у каждой операции должна быть надежная крыша.

Через несколько дней Настя Соболева станет Анастасией Демьяновой, золушке нашли туфельки, пора их примерять к её теперь бесценным ножкам.

– В общем так, Настя, - резко сказал Алексей.
– Наследство есть. Счет в банке - есть. Для всех и вся - это твой счет. На нем - огромные средства...

Он написал на листке бумаги длинный ряд цифр, показал Насте, достал зажигалку и сжег листок, даже пепел размельчил в тарелке.

– Но деньги эти - не твои. Чьи - не дура, догадываешься, сама видишь, что в России творится. Может быть, эти и другие деньги помогут нам, если туго придется, удержать власть. Или вернуть ее...

Настя робко сказала:

– А если я откажусь?

– Нет, отказаться не сможешь, - уверенно ответил Алексей.
– Ты можешь погибнуть - самоубийство, катастрофа, пожар, вариантов много - но это предусмотрено: наследником станет твой муж или человек, которого мы назовем, а ты впишешь в завещание.

– У меня есть муж?
– устало, уже ничему не удивляясь, поинтересовалась Настя?

Алексей кивком подтвердил: да, муж есть.

– Кто?

– Завтра...
– Он что-то просчитал в уме.
– нет, послезавтра пойдем, как это говорится в СССР, распишемся.