Чтение онлайн

Одна из приоритетных задач государства – сосредоточить внимание на резервациях культуры: музеях, историко-культурных комплексах, что может обернуться многомиллионными бюджетами музейных заповедников, интенсифицировать развитие культурного туризма, сделать культуру хотя бы отчасти самоокупаемой.

Американский экономист Джон Кейнс доказал мысль: когда население не тратит, экономике не обойтись без помощи государства. Этот принцип работает и в сфере культуры.

Государству необходимо через конкурс выдавать ограниченное количество лицензий на различные виды бизнес-кураторства культуры. К примеру, у тренда Salvatore Ferragamo по лицензии выпускается только оптика и часы – и то, потому что их производство требует очень специфических навыков. Другие лицензии не выдаются, так как Salvatore Ferragamo должно контролировать качество продукта.

Необходимо дебюрократизировать классику. Бюрократ выполняет свои функции более или менее честно, только когда существуют четкие механизмы проверки. Относительно управления классикой невозможно выяснить, каковы результаты и последствия, положительные ли они или негативные.

Опасные зоны проекта

Первое . При реализации проекта возникают очевидные сложности. Проект «Государственный Пушкин» может привести к торжеству бюрократизации в опеке классики. Возникает закономерный вопрос: кто от лица государства является держателем акций «нашего всего» и кто его будет продвигать? Учительница? Критик? Литературовед? Чиновник?

Сегодня Пушкин находится в руках агентов по недвижимости – чиновников и литературоведов – с узкими профессиональными взглядами и полным отсутствием деловых качеств. Что непременно случится, если передать бренд «Пушкин» в руки соответствующих ведомств, так это новая волна душераздирающих ламентаций по поводу «остаточного» финансирования культуры. Культуре будет всегда недостаточно денег, потому что они традиционно неверно расходуются.

Второе . У государства в наличие нет Больших идей. Кризис 2008—2010-х годов показал отсутствие каких-либо свежих идей. Специалисты из самых разных областей бросились предлагать противоречивые советы, каждый из которых в отдельности в равной степени претендует как на исключительную содержательность, так и на гротескное прожектерство.

Некоторые попытки модернизировать концепцию отношений классики с современностью государством предпринимаются. Еще недавно можно было услышать о том, что культура выгодна с экономической точки зрения: она становится частью воспитания высококвалифицированных специалистов. Сегодня активы этой мысли (что подразумевать под культурой – помпезные празднования круглых дат? Государственная поддержка брендовых виртуозно-симфонических исполнителей?), да и самой культуры (библиотеки, музеи, историко-культурные заповедники и т. д.) резко подешевели. Рынок не в состоянии учесть выгоду от культуры, вписать ее в экономическую модель.

…уже не бывает. О чиновниках

Злые языки называет чиновников людьми с какашкиными лицами.

Надо как-нибудь повнимательнее присмотреться…

Вопрос: Как насчет способностей к лидерству у наших чиновников, как насчет проектов на будущее, как по поводу оказания действенной помощи нашей культуре, нашей Родине?

Ответ одного остроумного писателя: «У меня есть сильное подозрение, что, если бы каждый из них столкнулся со стайкой леммингов, уже успевших сигануть вниз с края скалы, им вряд ли удалось бы уговорить их завершить прыжок».

Проект «Общественное достояние»

Государство должно лицензировать данное словосочетание и ему подобные, указывающие на исключительную социальную значимость того или иного имени, факта или явления культуры. Проблема юридически разрешима. Более важно решить вопрос о менеджерах проекта.

Чтобы выйти из подконтрольной государству министерски-отраслевой системы курирования культуры, следует, объединив усилия крупных корпораций и малого бизнеса, передать бизнес-сообществу большой пакет полномочий по ребрендингу классики. В настоящее время крупный бизнес берет на себя большую экономическую нагрузку, а социальную – лишь опосредованно, через отчисление налогов и благотворительность. Средний и малый бизнес, напротив, несет повышенную социальную нагрузку за счет транслирования социальных стандартов, но при этом занимает крайне скромную экономическую нишу. В результате делегирования обществом бизнесу реализации тех или иных культурных проектов сам бизнес становится социально востребованным, что очень важно для поддержки его престижа. Более того, возникают предпосылки для модернизации – разработки механизмов включения самого бизнеса и культуры в общественные практики.

Проект может изменить отношение к тем людям – представителям среднего бизнеса, которые пытаются сами заработать и пользу стране принести. Один достойный человек призвал «перестать искусственно формировать в подконтрольных СМИ странный образ предпринимателя – тупого лживого животного с перстнями на жирных пальцах, похотливого ловеласа на дорогом черном внедорожнике, необразованного и мстительного, да еще и являющего собой благодаря строению узколобого черепа и комбинации лицевых костей живую иллюстрацию учения тюремно-уголовного теоретика Чезаре Ломброзо».

Обществу необходима солидаризирующая идея, хотя бы потому, что на наших глазах это общество меняется. Пока бизнес в нашей стране ассоциируется со спекуляцией, пока интеллигенцию угнетает катастрофический разрыв между тем, что делать интересно и тем, за что платят, пока звучат досужие размышления об утрате человеком индивидуальности и т. д., мир России меняется. Эти мыслительные недоразумения уже побеждены реальностью, в которой если и есть место для индивидуальности, то только для хорошо обеспеченной. Феномен отсутствия собственного Я – не трагедия, но становящаяся норма. Глобализация и консьюмеризация превращает одиночек в общество, и не нужно думать, что в общество одиночек. Просто в общество. Точнее, новый тип общества, который нужно осмысливать, а не критиковать, в новом формате прививать ему классические ценности, а не печалиться от факта их невостребованности.

Следует провести конкурс «Социальные инноваторы и культура», выявить специалистов, способных создать и реализовать инновационные модели в повседневных практиках.

Необходимо начать движения рекламодателей в социальные сети с собственным фирменным контентом, усиленным брендом классики; организовать дискуссию о перспективах бренда, активно вовлекать в обсуждение проблемы население всей страны; создать определенный уровень знания, который несет сам бренд, и знания о нем; очистить бренд от медийного «шума», усилить высоким медиавесом и нестандартной креативной концепцией. Следует учитывать, что повысить уже имеющийся уровень знания бренда (а в случае с классикой – ее навязчивую привычность) очень сложно: этот процесс будет происходить медленнее, без заметных скачков и резких прорывов.

Необходимо создать экспериментальные бизнес-площадки, отказаться от ведомственной «достоверной статистики», озаботиться планированием. Правильное планирование невозможно без точного прогноза возможных результатов рекламной кампании. Для подобных прогнозов необходимы особые методики и инструменты, выходящие за рамки компетенции ведомственных кабинетов или аналитических отделов медиаагентств.

К обсуждению проектов следует привлекать ТВ и интернет-аудиторию. Пусть народ обсуждает будущее культуры, это вполне оправданно в стране, где почти на протяжении всего ХХ века любая идеологическая акция делалась «во имя» и «от имени» народа. Не следует свысока относиться к народу, даже если его превратили в потребителя продуктов, или печалиться, думать, что потребитель настолько примитивен, что не сможет разобраться в качестве предлагаемых рынком продуктов. Дэвид Огилви справедливо заметил: «Потребитель не идиот. Это ваша жена. Не надо обижать ее, недооценивая ее умственные способности».

Данный проект преследует две очевидные цели.

• Деэлитаризация бренда, отказ от мнимой элитарности классики. Преодоление социальных барьеров через социальные и культурные инновации может стать основой формирования гражданского общества.

• Реабилитация бизнеса в глазах общества. Воспитание бизнеса в рамках реализации социально-культурных инициатив.

Узкие места проекта

Ни в коем случае нельзя приглашать в качестве экспертов специалистов-гуманитариев, этих милых самоназванных родственников Пушкина. Экспертам сложно доверять. Специалисты-гуманитарии неудачны в этом качестве по следующим причинам.