Чтение онлайн

Ах! постойте,... я вам позабыл сказать, что я чрезвычайно похож на Ариоста!.. вы удивляетесь... Да!., у него привычка, когда приведет на какое-нибудь интересное место своих Героев, то вдруг их и оставит, и перейдет на что-нибудь другое. Ну не похож ли я теперь на Ариоста?
– Я вас привел на самое интересное место, и вдруг оставил вас. Вы ожидали чего-нибудь ужасного, Ратклифского, да как и не ожидать его там, где воют ветры, блестит молния и ставни хлопают и трещат; вы ожидали чего-нибудь важного, ан я вам показал... фигу!

Л. Мдрц.

Апология1

Всякий великий человек имеет свои слабости; и от великого Александра (который - между нами будь сказано - любил жертвовать молодому краснощекому Бахусу) эта истина не изменялась. И потому должны ли вы надо мной смеяться, любезные читатели, что у меня голова слишком велика; что талии нет или что она слишком высока? Вы все кричите:"ты паук! ты козел!" и вашим крикам нет конца.
– Ну теперь поговоримте без всякого пристрастия; скажите, чем я не молодец?
– "Голова слишком велика, лоб в две лопаты"!
– Да это все оттого, что я великий человек. Где же поместиться необычайному и великому разуму, как не в необычайной и великой голове! Где же взрастить семя рассудка... (раз!., два!., три!..) как не на святой Руси, как не на широком лбе моем!... "Да у тебя талии нет; ты как будто бы обрублен".-Да, вы угадали, я точно обрублен: послушайте, любезнейшие читатели, о моем плачевном происшествии, а наперед отворите поскорее глазные шлюзы слез ваших:

Вы знаете, что Сюлли, Остерман, Оксенштирна любили думать, и я также. Пускай завистливые люди называют это столбняком! по мне все равно; у них от слова язык не переломится, да и у меня уши не завянут от их речей. Ну, слушайте же: стоял я столбняком в лесу, и думал, помнится мне, о том, как бы выгнать всех Профессоров чужестранцев из матушки Русской земли,

1 Изречение одного из лицеистов, сказанное рассеянному и вечно обо всем вопрошающему товарищу и ставшее любимой поговоркой. См. объяснение в следующем No журнала, в отд. "Смесь".

1 На кого из товарищей написана эта сатирическая статья, - сказать трудно Очевидно, здесь между прочим автор вооружается против чьей-то мысли об изгнании из России всех профессоров-иностранцев. Срв. "Пушкин" Грота, стр. 37. К. Г.

324

325

а на место их поставить в университеты Самоедов и Чукчей. Ах постойте, любезные чтецы, я прерву мой рассказ коротеньким размышлением. Какую пользу это принесет России, а особливо нам школьникам?
– Теперь в классах говорят о правах естественных и преподают только теорию; а под профессорством Г-на Чукчи мы, раздирая ногтями мясо кобылье, повторяли бы естественное право на самой лучшей практике... Но возвратимся ко мне. Пришел мужик с топором... ему надобно было дров,... уж это было ночью,... я стоял столбняком... Тик! так!., и отрубил мне много кой-чего. Вы верно думаете, что поднялся крик, вой... Нет!., углубленный в свои размышления, я думал, что на меня восстают те профессора, которых я хотел выгнать, и потому, вы можете легко понять, что я не хотел кричать, боясь острамить-ся(!!!!)' Таким-то образом я и стал обрубленый. Еще скажу вам, что я чрезвычайно люблю спать; потому что, когда буду великим Канцлером России, тогда спать будет некогда, а теперь хочу наспаться на всю жизнь. Вы ожидаете от меня длиннейшей Апологии; но я вам ничего не скажу, не потому, чтобы не было доказательств, но потому что мне чрезвычайно спать хочется... что-то зевается. Ох!., ах!., ух!..2.

Стихотворения

Как Цербер страшный вдруг к нему приходит.

И зверь тут поднял лай...

И наш Мартын - давай,

Его чтоб унимать,

Словами убеждать.

Не будь ты зверь, мой друг,

Ты человеком будь, - и вдруг,

Цербера лаить перестал,

К царю Мартына допускал.

К царю уж он достиг, И вмиг,

Крестить его он стал.

Плутон, собрав весь ад,

Мартына стал катать,

Мартына по щекам;

Мартына по зубам;

Мартын кричит, ревет,

Из ада не идет.

Но наконец Мартын убрался,

И окрестить Плутона отказался.

Л. М.

1) Деяния Мартына в аду (сказка)3

Уже все верили Христу;

Лишь были идолы в аду.

Тогда Мартын, с тоской,

С иконою святой,

В ужасную сию страну пошел.

Уже он счастливо Коциту перешел;

И Стикс уж переходит;

1 (!!!!) Замечание издателя, состоящее в 4-х восклицаниях. Прим. "Л. М."

2 Просим любезных читателей извинить Г-на Писаку; ему хотелось спать, и он No-бредил целый лист/ Прим. "Л. М."

3 Очевидно, на гувернера-инспектора Март. Степ. Пилецкого. К. Г.

326

2) На смерть Ситникова1

О Ситников! где ты? иль где твой милый прах?

Но ты оставил свет,

Ты мертв, тебя уж нет!

С тобой смеялся кто, увы! теперь в слезах.

Ты долгий прожил век, счастливый, не в цепях,

Достаток ты нашел!..

Да и с ума сошел!

С тобой смеялся кто, увы! теперь в слезах.

1 По словам Я. К. Грота, С.
– сумасшедший купец.

327

Везде тебя зовут; все ищут; видят, - прах!

Со вздохами глядят;

И слезы льют, как град;

С тобой смеялся кто, увы! теперь в слезах.

И протопоп седой идет с крестом в руках.

С слезами говорит:

Здесь Ситников лежит.

С тобой смеялся кто, увы! теперь в слезах.

Национальные песни

1

"В Лицейской зале тишина. (Диковинка меж нами)..." и проч.

(Помешена в отделе "Нац. песен", см. выше стр. 256, а потому здесь опускается).

2. На голос: бери себе повесу

"Предположив, и дальше;

На Грацию намек..." (18 строф).

(См. выше "Национальные песни", стр. 268).

Протекторы и мудрец (Размер Фосса)

Протекторы

Ну, мудрец, поскорей,

Для себя, для друзей,

Мы журнал издадимте.

И за круглым столом,

Мудреца мы прочтем,

О друзья, поспешите!

Мудрец

Леность клонит, я засыпаю...

Ах устал, устал я писать.

Вам, друзья, теперь не мешаю,

И меня оставьте вы спать.

Протекторы.

Да вставай же, мудрец,

Скоро ль будет конец?

Не хотим дожидаться.

Или толстым дубьем,

Мудреца мы прибьем,

Эй, пора просыпаться!

Мудрец.

Что мне делать? палок боюся,

Ах не бейте, не бейте меня.

Вам за то Морфеем клянуся,

Что издам журнал мудреца.

– ~ (bis)

– (bis)

328

Эпиграммы

Как скоро лечит Фирс всегда больных своих!

И верно от того и дом его всех чище.

Вчера я дал ему двоих,

А прихожу теперь: уж их несут в кладбище.

329

Критика

Найденыш

Надо бы поговорить о пользе Критики: доказать, что Лагарп был самый величайший Гений в наши времена; но я любезных читателей от этого увольняю; а в пример высокой одической бессмыслицы, то есть Пиндарического беспорядка, привожу некоторые стишки.
– Примечу наперед, что пиэса сия есть найденыш1. Ее отыскали в обширных стенах математического класса, и потому она немного холодна. Вот начало: