Чтение онлайн

— Кому-у-у-у-у?! — взвыла она, тут же забыв о намерении уйти. — Этому дебилу?! Да он в свои тридцать с хреном даже не женат! Он женщин только на картинках видел! Что он понимает в этой теме?

— Ну почему на картинках… — Матвей обогнул стол и с наслаждением рухнул в свое монументальное кресло руководителя. — Он с мамой живет.

— Это многое объясняет! Он же все запорет! Что ты делаешь?!

— Больше никого на этот сектор выделить не могу. Или Леша, или… — он сделал паузу, глядя на нее спокойно и равнодушно. — Или ты остаешься и берешь все на себя. Зарплата, разумеется, на уровне руководителя филиала. Полномочия — в рамках финансирования. Если можешь что-то сделать бесплатно или дешево — не требуется даже мое одобрение, зеленый свет. Ну?

Она стояла, глядя на него в изумлении.

Сделала несколько шагов вперед. Уперлась ладонями в гладкое стекло стола.

Наклонилась.

Сдержаться и не бросить взгляд в декольте, где болталось на цепочке обручальное кольцо было очень сложно.

Очень.

— Ты дьявол, ты это знаешь? — спросила она вполголоса.

Он ответил ей холодной улыбкой.

— И в аду для меня уже приготовлено место. Называется трон.

— Что я должна буду тебе за это? — она подняла ладонь раньше, чем он успел открыть рот. — Спать я с тобой не буду.

— Это меня, конечно, огорчит… — вздохнул Матвей. — Но не остановит. Согласен.

— Но все же… — она еще колебалась. — Зачем это тебе?

— Ты глухая? — раздраженно фыркнул он. — Мне нужен кто-то, кто возьмет на себя эту тему. Лешу позвать?

— Хорошо. — Марта на мгновение прикрыла глаза, решаясь. — Да. Я останусь.

— Вот и молодец… — ухмыльнулся Матвей плотоядно. — На сегодня свободна. Отдыхай, без тебя все подпишем. Хотя, конечно, ты изумительно хороша в этом платье, даже жаль отпускать.

И он демонстративно обвел взглядом ее фигуру в узком, подчеркивающем изгибы и выпуклости платье-футляре сложного темно-винного цвета.

Деловом, но при этом притягивающем взгляд.

Туфли, впрочем, были на очень низком каблуке — ему такие не нравились.

Зато мерцание темных глаз было подчеркнуто искристыми тенями, которые переливались от темно-красного до темно-зеленого, делая из нее настоящую ведьму.

Опасную. Но такую манящую.

Она сощурила глаза, но ничего не ответила на очевидно провокативный комментарий.

Молча выпрямилась и вышла из кабинета, хлопнув дверью, что вызвало у Матвея только еще более довольную улыбку.

Он откинулся в кресле, уставившись в потолок и медленно выдохнул.

Чувствовал он себя как после хорошей силовой тренировки. Аж вспотел и ныли напряженные мышцы. Давно так быстро не приходилось соображать.

Феминистка, значит. За женщин.

Феминистки — они такие же, как все бабы.

Эмоциональные, слабые, желающие любви.

Только недотраханные.

А значит — еще более голодные.

Она так же, как ее подружка, как все остальные, будет однажды ползать здесь на коленях и умолять дать ей отсосать. Дело времени.

Ночью, как обычно, не спалось. Лера рядом сопела, уткнувшись лицом в подушку. Она всегда спала на животе, и никакие стенания косметологов о возрасте и помятом наутро лице ее не могли остановить.

Матвей в принципе ее понимал. Если бы ему удавалось так же легко засыпать в определенной позе, он бы делал это даже подвешенным к потолку за ногу.

Но — увы.

Простыни под ним были влажными от пота, хотя в спальне работал кондиционер. Матвей перевернулся на другой бок в сотый раз, чувствуя, как пульсирует в висках.

В темноте слишком ярко светился голубой диод телевизора, слишком громко гудело электричество в проводах, слишком жарко было от лежащего в метре от него тела жены.

Проворочавшись до трех часов, он сдался. Встал и вышел на террасу прямо в пижаме и босиком. Ледяной холод плитки обжег ступни, доставив странное извращенное удовольствие.

Террасу пора было консервировать на зиму, но пока ему слишком нравилось выходить сюда мрачными ноябрьскими ночами, стоять, смотреть в белесое от засветки небо и курить самый легчайший «Парламент», буквально резаную бумагу, от которой даже дым был прозрачным, как пар от чайника.

Но йога, медитации и дыхательные упражнения его бесили, а сизоватые струйки дыма, потусторонними ручьями утекающие в небеса — наоборот, успокаивали.

По ночам почему-то совсем не работала голова, сколько бы он ни пытался занимать часы бессонницы делами. И казались невыносимо скучными фильмы, сериалы, образовательные шоу. Словно на каком-то уровне его тело все-таки спало, отказываясь включать высшие функции.

Приходилось заниматься ерундой. Листать тупые ролики в интернете, играть в «таймкиллеры», позорно опускаясь до разноцветных шариков и судоку.

Иногда он зависал на форумах, где даже ничего не писал, лишь часами просматривал споры незнакомых ему людей на неинтересные ему темы.

Пока Матвей листал на телефоне ролики с концепт-карами нового сезона, в голове почему-то крутилась история с Мартой. Проект помощи женщинам — хорош, но это не удержит ее, если она решит уйти. Кроме пряника нужен еще и кнут. А еще — настоящий острый крючок, с зазубринами, с которого она не сорвется.

К утру он продумал первую часть плана и от нетерпения не стал даже пить кофе дома и ждать, пока проснется Лера, чтобы заставить ее приготовить завтрак.

Едва забрезжил поздний ноябрьский рассвет, он прыгнул в тачку и домчался до офиса в кои-то веки без московских пробок.

Сидел в кабинете, пил одну чашку кофе за другой, каждый раз вызывая секретаршу, чтобы она нажала лишь одну кнопку на кофеварке, и слушал звуки постепенно наполняющегося народом офиса.

К десяти часам от бешеного количества кофеина он уже слышал биение собственного сердца в ушах и видел, как пульсирует кровь в сосудах глаз.

А Марта опаздывала.

Первый раз за пару недель работы. Именно после вчерашнего разговора.

Это ему совсем не нравилось.

Из окна кабинета было видно парковку, и Матвей то и дело подходил туда, проверяя, не занято ли еще последнее свободное место у ворот близнецом его «Лексуса».

Один раз туда свернула машина доставки воды, и его это взбесило настолько, что он чуть не собрался звонить руководству бизнес-центра и серьезно обсуждать вопрос.

Но она постояла всего десять минут и уехала.