Чтение онлайн

Одна из лучших подруг.

Самая теплая.

— Спасибо, солнышко, — я подобрала свертки, разглядывая надписи. — Но с лососем не хочу. И со свининой тоже, забери. Съешь сама.

— Ну бли-и-и-ин! — она чуть не расплакалась. — Ну не было твоего гуся!

— Утки. Ну ты чего? Не умру я без нее с голоду.

— Что за сэндвич такой уникальный? — заинтересовался Матвей.

— С рваной уткой, запечеными перцами и вяленой клюквой! — отчиталась Женька раньше, чем я успела ее остановить. — Их мало делают, на любителя. Из кафешки «Булка дня».

Матвей хмыкнул и подобрал один из отвергнутых свертков, с интересом разглядывая.

— Жень, — позвала я ее, протягивая ключи. — Тебе несложно заехать ко мне, кошек покормить? Ну как обычно все. И еще… Я там мединиллу замочила в «Эпине», ее надо в грунт посадить, а то сдохнет. Грунт на кухне, в шкафу, для азалий. И пакетик сверху надеть, чтобы тепличные условия.

— Кого-кого замочила? — Женька сделала большие глаза.

— Мединиллу! Цветок такой. Мне его привезли из… короче, неважно. Сможешь?

— Блин… — Женька взлохматила свои короткие волосы и огляделась по сторонам. — Сим! Ты как?

— Неудобно? — поняла я.

— У меня поезд через два часа.

Пока я судорожно думала, кому еще доверить кошек и цветы, учитывая, что у всех девчонок куча дел и живут они довольно далеко от меня, Матвей щурил глаза, прислушиваясь к нашему разговору.

И, выбрав момент, ловко выхватил у Женьки из пальцев ключи.

— Я заеду.

— Матвей! Не надо!

Но он воспользовался тем, что снова распахнулась дверь, и двое мужиков в темно-синей униформе младшего медперсонала с грохотом затащили в палату каталку.

— Кто тут на перевозку в «Арон Медикал»?

Пока разбирались, пока осторожно переносили меня на каталку, стараясь не задеть больную ногу, пока девчонки сгребали все цветы и подарки, чтобы завалить меня сверху — Матвей уже куда-то успел испариться.

С ключами от моей квартиры.

«Арон Медикал» больше была похожа на семизвездочный отель в Эмиратах, чем на больницу. Даже подъезд для «скорых» выглядел как вход в древний храм — мрамор, колонны, резьба и красные дорожки. Коридоры, по которым меня везли, были освещены медовым светом изящных медных ламп, стены украшены картинами и зеркалами в шикарных оправах под старину.

Палата размером с мою квартиру могла похвастаться с панорамными окнами, широченной функциональной кроватью с мониторами и кучей оборудования и огромным телевизором.

Еще там был стол, на который свалили все мои цветы, глубокие кожаные кресла рядом с ним и даже раскладной диван.

Мне вручили пульт от телека, показали кнопку вызова медсестры и оставили с внушительным меню, велев выбрать, что я хочу на обед из списка премиальных блюд от шеф-повара.

— Если ничего не понравится — просто напишите, что вам хочется, шеф приготовит специально для вас! — медсестра сверкнула белоснежной улыбкой и наконец оставила меня одну.

Девчонок я уговорила отправиться по домам, когда мне сказали, что больница находится далеко за городом. Не уверена, что сюда ходят автобусы. Зато из окон видно сосны, это да.

Однако насладиться одиночеством и шикарным выбором блюд мне не дали.

Деликатно постучавшись, в палату вошла длинноногая блондинка в костюме и роговых очках, словно сбежавшая из порнухи. Представилась она персональным менеджером.

— Давайте с вами все распишем, — предложила она, разворачивая ко мне экран планшета.

— Давайте, — вздохнула я.

— Операция назначена на завтра, на девять утра, поэтому последний прием пищи в десять вечера. Предпочитаете спинальную анестезию или общий наркоз?

— А что еще в меню? Эфира с запахом клубники нет? Я думала, вид наркоза выбирают специалисты.

— Наши специалисты очень высокого уровня и готовы к любому варианту.

Я подписала согласие на общий наркоз, на вмешательство, на сохранение персональных данных и еще кучу документов, почти не глядя. Но на последнем все-таки заметила подозрительные цифры.

Быстро перелистнув обратно страницу, я вчиталась.

Предоперационная подготовка, анализы, консультации — сто с лишним тысяч.

Индивидуальная палата уровня «комфорт» — восемьдесят тысяч в сутки.

Операция, включая расходники и анестезию — больше семисот.

Ну и послеоперационный уход — какая-то жалкая сотня.

Я закусила губу.

Как-то я не рассчитывала на такие суммы.

Не то чтобы у меня их совсем нет, но…

Девушка, заметив, что я зависла, заглянула поверх моей руки в экран и мягко улыбнулась:

— У вас уже все оплачено, не волнуйтесь.

— Кем?! — изумилась я и тут же сообразила. — А, да… Разумеется.

— Мы еще предлагаем расширенный пакет реабилитации с включенной физиотерапией, но точнее вас проконсультирует хирург после операции, сам Василий Александрович Макаров, наша главная звезда.

— Сам, значит… — я подписала последний документ, чувствуя привкус крови во рту от прикушенной губы. — Звезда.

Ну да, за такие деньги даже звезда должна принести мне чашечку кофе на операционный стол. И сэндвич с уткой.

К моменту, когда приехал Матвей, я уже достаточно завелась, чтобы начать орать на него с порога:

— Какого хера?! Кто тебе вообще давал право распоряжаться моей жизнью? Матвей! Ты вообще охренел?

— А что собственно не так? — спокойно поинтересовался он, пристраивая очередной букет на подоконнике. Он вытащил из широкой вазы белые розы от Алисы и воткнул туда свои пионы.

— Поставь обратно! — потребовала я.

К моему удивлению, он подчинился. Вернул розы в вазу и нажал кнопку вызова медсестры.

— Принесите вазу, пожалуйста, — попросил он у прибежавшей через несколько секунд девушки в халате.

Она даже взглядом не показала, в каком гробу она видела человека, который так использует тревожную кнопку.

— Так какие у тебя претензии? — снова спросил Матвей, когда пионы были поставлены в вазу.

— Ты притащил меня в бешено дорогую клинику…

— И сам все оплатил, не ори.

— Вот именно! Я тебя просила?!

— Ты сама говорила, что женщина должна быть меркантильной. Что теперь не так? Надо в бою добывать бабло у мужика? Ну вот я — давай, сражайся!