Чтение онлайн

Я сдернул крышку с кадки и погрузил руки в воду почти по локоть. Зашипел, когда ледяная вода коснулась обожжённых ладоней, но всё равно начал яростно тереть лицо. Cмывал кровь вместе с унижением. Вода помутнела.

Заглянул в кадку ещё раз и оценил сколько осталось воды. Мало, нужно будет принести, но у меня и ведра нет. Всё забрал Тарим в пользу деревни, когда пропал артефакт.

Иногда я думал, что они делают это специально. Стараются сделать мою жизнь ещё более невыносимой. И судя по тому, как порой шепчутся в деревне, они своей цели добиваются:

— Тарим совсем не кормит пацана.

— У него голый дом, вот-вот развалится.

— Слабый, дохлый и без зерна, а его заставляют таскать камни, как взрослого.

Каких я только слов не услышал и можно подумать, что обо мне переживают. Конечно же нет, им всем плевать. Своя рубаха всегда ближе к телу, ведь после этих слов они всегда говорили о себе и о том, что нужно лучше стараться и не гневить Тарима.

Сел на кровать и просто считал пульсации зерна, почему-то это успокаивало, даже боль немного притуплялась. Поднёс руки к лицу. Волдыри налились мутной жидкостью. Попробовал сжать и разжать, вышло с трудом, кожу стягивало и внутри пульсировало. Завтра будет тяжело выполнить новую норму.

Будь у меня целебные травы… За день бы вылечил кожу, но где их взять? Снова вернулся к мысли, которая вертелась в голове. Как мне теперь таскать камни и сдавать их? Как найти время для охоты?

Представил вариант, что уже был. Притаскивать камень и ждать Золтана, тогда никто не украдёт, и я выполню норму. Но не могу оставить охоту. Не после того, как нашёл оружие и гнездо шмыгов.

— Что же тогда делать? — спросил себя.

Вспышка перед глазами. Вспомнил, что планировал сходить ночью в руины и поискать артефакты. А что если это соединить? Вскочил с кровати и начал ходить из стороны в сторону.

Ночью стража клюёт носом. Руины рядом. Если выходить короткими вылазками — риск меньше, но не далеко, чтобы не встретить опасных зверей.

Искать артефакты и таскать камни. В этом что-то есть, осталось только продумать всё правильно. Когда утром придёт Тарим или Золтан, то сдать ему половину. Показать, что устал и нужно отдохнуть. Уйти в руины и заняться охотой. И потом уже дотаскать до нормы.

Да, так я смогу сделать всё, что нужно. Снова улыбнулся. Есть только одна сложность: опасность ночью в руинах никуда не денется. Я буду меньше спать и сильнее устану. Смогу ли выдержать такой ритм?

Не проверю — не узнаю. Как только решил, груз упал с плеч.

Но одна проблема никуда не делась. Мне по-прежнему нужен трактат. Пусть я и узнал, что зерно связано с телом и питается вместе с ним, но как мне расти дальше? Как проверять, что я всё делаю правильно? Без этого я уткнусь в потолок раньше остальных, так и не поняв, где ошибся.

Будь у меня кто-то в деревне, у кого можно было бы попросить почитать… Но таких нет. Да и подозрение вызовет сам факт, что пустой вдруг заинтересовался трактатом.

Посмотрел на кровать родителей. Мысль появилась тихо, почти шёпотом: а вдруг они не забрали его с собой? Может быть, он всё это время был здесь, совсем рядом, а я просто не замечал?

Я осматривал стены, цепляясь взглядом за каждую трещину. Уже проверял всё это не раз. И всё равно сейчас продолжал надеяться и искать. Точно!

Шагнул к кровати родителей. Я занёс руку, но не решился опустить. Только её я не трогал последние два года. Складки на ткани, едва уловимый запах — последнее, что связывало меня с ними.

Решился и взялся за край покрывала. Ткань оказалась холоднее, чем я помнил. Потянул медленно, боясь спугнуть надежду, будто под ней прятался живой зверь, а не книга. Рывок. Заглянул внутрь. В груди что-то оборвалось. Пустота под пальцами ударила больнее, чем палка Золтана.

Несколько мгновений просто стоял, не двигаясь. Я отказывался принимать увиденное. Ещё не всё! Метнулся к подушке. Схватил её, резко поднял. Пыль взметнулась в воздух. Бросил на свою кровать. Скинул покрывало, одеяло, добрался до соломы. Пальцами зарылся в набивку, они прощупывали каждую складку, каждый комок. Снова и снова. Ничего. Пусто.

Руки опустились.

— Почему? — спросил вслух, голос прозвучал хрипло. — Почему вы всё забрали и исчезли?

В дверь постучали.

Пульсация в груди сбилась, словно кто-то на мгновение сжал зерно изнутри. Я медленно повернул голову к заколоченному окну. Снаружи уже темно. Кого это принесло? За последние два года в мою дверь никто не стучал.

Стоял, не двигаясь и слушал.

— Рейланд! — позвали меня.

Айна?

Я шагнул к двери раньше, чем успел испугаться. Я нащупал холодный засов. Дверь скрипнула. Девчонка залетела внутрь и тут же захлопнула за собой.

— Ты чего так долго? — надула губки, уверенная в своём праве так со мной говорить.

Голубые глаза светились. В них плескалось что-то новое, живое, непривычное.

— Мама… — начала она сбивчиво, боялась забыть слова. — Меня послала к тебе.

— Марта? — переспросил я, сам не веря в это.

— Да, — кивнула Айна и прошла к моей кровати, плюхнулась на неё так, словно это её дом. — Так зовут мою маму, если ты вдруг забыл от того, что тебя снова побили.

Странная она сегодня. Слишком живая. Слишком радостная.

Только сейчас заметил у неё в руке тряпку.

— Точно! — вскочила она. — Мама просила тебе передать. Но чтобы никто не узнал.

Подошла ко мне почти вплотную и протянула свёрток. Я взял, развернул. Мазь?

Открыл крышку — запах трав ударил в нос. Настоящих, редких, тех, что лечат, а не просто притупляют боль.

Моргнул, потому что не поверил. Марта не просто дала мазь, она ещё и дочь прислала. Хотя, так правильнее, меньше вопросов. Ей самой ко мне заходить… слишком заметно.

— Она услышала, что тебя избил Золтан, потому что ты не принёс норму. Очень злилась на Тарима, обзывалась. Всё твердила: зачем лечить, если тут же калечить… — выплёвывала слова Айна, будто сама злилась.

— Она… решила мне помочь? — спросил зачем-то вслух.

— Да! — кивнула девчонка, и её коса соскользнула с плеча. — Лом хвастался, как они тебя проучили. Что камни забрали. Мама ещё сильнее разозлилась. Собиралась к Тариму идти, всё ему высказать, но отец остановил. Они даже поругались. Представляешь, Рейланд? Из-за тебя.