Чтение онлайн

Этот образ скупо дан автором, и все-таки образ, созданный студенткой, и образ, написанный Анчаровым, оказались очень близки/ми.

Профессор Татьяна Митрофановна Шухмина-Щукина проводит со студентами вторых курсов еще один интересный цикл упражнений.

Предположим, что в произведении есть персонаж, отличительной особенностью которого является жадность. Татьяна Митрофановна делает с исполнителем целый цикл упражнений-этюдов, чтобы выявить в нем самом именно эту черту характера.

Перед началом упражнений студенты не знают, кого именно они будут изображать. Они делают ряд этюдов «от себя». В первом этюде — «В загородном походе», действуя ло принципу «я в предлагаемых обстоятельствах», студент вместе со своими товарищами отправляется в поход по Подмосковью (действует он в этюде один). Остановились на ночлег, развели костер, но спичек осталось очень мало, их надо экономить. Обстоятельства заставляют студента находить в себе «экономного» человека.

Следующий этюд — «В экспедиции». Тот же студент попадает в дальнюю экспедицию. Запасов продовольствия вобрез. Есть общие продукты всех участников и его, студента, собственные — он держит их отдельно. Боясь возможного голода, он во время приготовления обеда часть общих продуктов откладывает в свой собственный запас. (В этом этюде, как и в предыдущем, студент действует один.)

Третий этюд. Студент «постарел», он уже пенсионер, живет в городе, на пятом этаже. Лифта нет. Спускаться за продуктами трудно, а часто просить соседей неудобно. За обедом он очень экономно ест кефир и хлеб. У него есть еще одна бутылка кефира, но он не дает ее пришедшей к нему соседке, тоже пенсионерке.

И наконец, последний этюд строится на тему, взятую из того произведения, над которым работают. Теперь студенту говорят, кого именно он играет.

Благодаря циклу этих этюдов, исходя из данных самого студента, доминирующее качество характера роли (в данном случае жадность) выявляется, «культивируется». Характерность рождается сама собой.

Следующий этап работы — детальная разработка роли. Путем наблюдений над подобными людьми, включения фантазии,

Стр. 75

столкновения с другими действующими лицами, путем изменения отношения к окружающему и к партнерам студент постепенно выращивает «в себе» необходимый по роли характер.

В 40-х годах я работал в театре в месте с А. Д. Диким. Талантливейший актер и р<ежиссер много интересного и поучительного рассказывал нам, тогда молодым актерам. Среди его упражнений было и такое. Актер, нащупав характер будущей роли, задает себе вопрос: «Какая скульптура (уже существующая) наиболее точно и верно выражает внутреннюю сущность будущего образа?» Если актер не знает такой скульптуры (сам А. Д. Дикий был необычайно широко образованным человеком и великолепно знал скульптуру), то надо задать себе вопрос: «Как бы я, актер, в скульптурной форме мог выразить сущность моего будущего образа?» Решение должно быть одно. Это очень интересное, полезное упражнение. Оно заставляет актера найти наиболее точное и единственно правильное выражение своего представления об образе.

Работа над беллетристическим произведением советского автора на .современную тему—это как бы мост, который соединяет всю предыдущую этюдную работу студентов на первом и в начале второго курса с их дальнейшей работой над отрывками и позлее — над целыми пьесами. В этом разделе обучения впервые появляется «авторский» образ (роль и ее зрительное представление актером).

Нередко в начале работы над произведением происходит разрыв с предыдущей учебной работой. Молодые актеры начинают «играть» образ, забыв обо всех упражнениях и этюдах первых лет обучения. Постепенность перехода от упражнений и этюдов различного характера к этюдам, построенным на материале романа или повести, помогает более органично войти в работу над ролью. В этом случае работа над ролью ощущается студентами как естественное продолжение учебных упражнений и разрыва между разными этапами обучения не происходит.

Близость материала .произведения к повседневно наблюдаемой действительности делает героев понятными, доступными для проведения жизненных параллелей, аналогий. Именно это позволяет при сохранении органики, без насилия над собой делать шаг к познанию другого человека и преображению в него. Близость, узнаваемость и авторская «подробность» уберегает от приблизительности и штампов.

Итак, мы прошли начальный этап пути актера — от простейшего упражнения к первым попыткам создать образ на материале, данном автором. Этот этап помогает актеру найти свой путь в искусстве, свой способ подхода к сценическому образу.

Наиболее существенным выводом, который можно сделать, анализируя этот путь, является такой: нет и не должно быть принципиальной разницы между упражнением, этюдом и творческим процессом создания образа. Зерно этого процесса заложено в любом

Стр. 76

тренировочном упражнении. Педагогу надо не бояться обнаруживать это «зерно», эту творческую сущность, и тренировать в студенте все свойства, помогающие его будущей профессии. Тогда требование органики не будет самоцелью. Раскрепощенность актера, наблюдательность, богатство его личности станут основой для живого и подлинного существования в условиях, предложенных обстоятельствами, а позднее автором.

Упражнения — это ступеньки в решении сложной проблемы перевоплощения в образ. Студент должен ощущать это. Но в первую очередь необходимо ощущать неразрывность разных этапов обучения самому педагогу, тогда он будет последовательно раскрывать студентам логику этой связи.

Пути подхода к сценическому произведению, к созданию образа различны. Каждый художник-актер находит в конце концов свой собственный путь, соответствующий именно его индивидуальности. Устанавливать «обязательные» законы сложно да и, вероятно, .не нужно. Мы постарались коснуться одной стороны вопроса, изучением которой занимается Щукинское училище. Всякое же дополнение, развитие и даже несогласие (если оно конструктивно, опирается на жизненный опыт и на широкие знания) можно только приветствовать. Нельзя лишь отвергать, запрещать пусть даже спорные, но найденные творческим опытом пути перевоплощения.

Мы считаем, что в поисках сценического образа необходимо использовать как внутренние, так и внешние импульсы к творчеству. Только сочетание обеих сторон подхода к образу, их диалектическое единство, взаимопроникновение приносит положительные результаты. Но и здесь все зависит прежде всего от индивидуальных .особенностей актера-художника.

Еще раз остановимся и на общих вопросах воспитания студентов — вопросе о широте их знаний и о развитии коммунистического мировоззрения.

Широкие знания нужны нашему молодому актеру. Чем более оснащен он ими, тем с большей свободой, уверенностью он творит, тем легче ему нести зрителю пламя великих ленинских идей.

Наивысшую цель творчества артиста К. С. Станиславский называл «сверх-сверхзадачей». Сверх-свсрхзадача артиста определяет его требовательность к себе, к своему творчеству. Она с особой остротой ставит перед артистом вопрос о мировоззрении. Коммунистическая партия, В. И. Ленин всегда воспитывали деятелей искусства в духе идей служения народу, активного участия в его продвижении вперед, к коммунизму.

Работники театров и преподаватели театральных учебных заведений, как и все деятели культуры и народного образования, должны своим повседневным трудом воплощать в жизнь постановление Центрального Комитета КПСС «О дальнейшем улучшении идеологической, политико-воспитательной работы» (май 1979 г.). Цели у всех работников идеологического фронта общие, и они четко сформулированы в Постановлении. Это программные цели нашей партии в области формирования коммунистического сознания

Стр. 77

советских людей. «Эти цели — воспитание всех трудящихся в духе высокой идейности и преданности к Родине, серьезного отношения к труду и общественной собственности, полное преодоление пережитков всестороннее, гармоническое развитие личности, создание подлинного богатства духовной культуры» («Правда», 6 мая 1979г.).

В работе со студентами, в собственной творческой практике в театре мы должны учитывать «возросший образовательный и культурный уровень и запросы советских людей», «характер резко обострившейся идеологической борьбы на международной арене» («Правда», 6 мая 1979 г.).