Чтение онлайн

ими перед моим лицом.

– Я позволю тебе вести, – припевала она.

С момента расставания с «Безумием», мои приоритеты, которые раньше были другими из-

за присмотра за ней, постепенно менялись. Департамент транспорта выдал мне

водительские права, и я больше не опаздывал на уроки. Мои оценки быстро выросли. Герб

и Кайл проводят со мной много времени. Оказывается, я не понимал, как скучал по ним,

пока они не появились перед дверью после того, как услышали о том, что произошло с

Пенелопой.

– Один кекс, – усмехнулась Риса, свесив перья, подвески, и ключ к ее автомобилю с

указательного пальца.

Отодвинув стул, я хватаю брелок с ее руки и говорю:

– Идем.

Соседний дом кажется больше, чем раньше. Каждый раз, когда я вижу его, мое сердце

замирает, и я чувствую боль внутри, и этого невозможно избежать. Обходя Volkswagen

Рисы, накинув серый капюшон на голову и засунув руки в карманы джинс, я опускаю

голову, и пытаюсь сделать вид, что никто из белого двухэтажного дома не обладает

выключателем от моего сердца.

– Ты же знаешь, как водить механику, да?– спрашивает сестра. Она пристегивает ремень

безопасности натягивая его покрепче.

Проверяя зеркала, я допускаю ошибку и смотрю на окна спальни Пенелопы. Вид

фиолетовых штор вставляет мне нож в спину, так что я поворачиваю зеркало заднего вида

так, что мне не видна ее комната. Я скольжу ключом в зажигание, нажимаю педаль

сцепления и запускаю двигатель. Как только я пытаюсь тронуться, он глохнет.

– Эй, – она шлепает по моей руке, – будь осторожен с моей деткой. Она старая. Запусти

двигатель, медленно отпускай сцепление и одновременно нажимай педаль газа,– Риса

стягивает мой капюшон, и царапает заднюю часть моей шеи, и осторожно говорит, –

только потому, что она сделала тебе больно, ты не должен прекращать любить ее, Ди.

Я успешно веду машину, не сводя глаз с дороги, и делаю вид, что моя сестра ничего не

говорит.

Мы подъезжаем к кондитерской, и улыбка распространяется по моему лицу, когда вижу,

что все мои друзья и семья, ждут меня у входа с шариками и плакатом с надписью «С

Днем Рождения!».

Я паркую машину, а Риса хватает меня за руку и трясет.

– Сюрприз!– кричит она. Множественный пирсинг ее ушей и носа блестит в лучах

солнечного света. – Папа думал, что я не смогу вытащить тебя из дома.

– Что вы здесь делаете, ребята?– спрашиваю я, глядя на группу людей, которые

безоговорочно любят меня.

Риса выходит из машины и прежде чем захлопнуть дверь, она просовывает обратно

голову и говорит:

– Ты должен пойти и сам узнать.

Я иду за своей сестрой в лучшую пекарню в городе. Герберт громко кричит, Матильда

бросает горсть конфетти на меня, Кайл смотрит на Рису, а родители заключают меня в

свои объятья. Я погружаюсь в объятья, которые хочу чувствовать, и сделаю все

возможное, чтобы насладиться подлинной любовью, и отодвинуть подальше душевную

боль и мысли о карих глазах и солнцезащитных очках, скрывающих их.

– Мы решили устроить тебе вечеринку, но мы не думали, что ты появишься, – говорит

мама, сжимая мои пальцы.

– Клево,– говорю я, – это все, что мне нужно.

Папа хлопает меня по спине и ведет в кондитерскую.

– Там внутри торт. Давайте праздновать.

У шоколадной вишни нет шансов против нас. После того, как наши желудки полны, и

остается только один кусок торта, я замечаю, что отец кивает Гербу. Крошки торта падают

с рубашки моего лучшего друга, когда он встает и бежит к двери. Я спрашиваю, что

происходит, но мои родители просто улыбаются.

– Ты хороший парень, Диллон,– говорит мама, – Мы хотим, чтобы ты знал, как мы

гордимся тобой. Это должно было произойти в прошлом году, но так как ты не получил

права...

На улице трижды сигналит машина.

Я сажусь прямо и смотрю через ряд окон на парковку. Герберт стоит рядом с черным

Pontiac, держа руку в окне, и еще трижды нажимает на гудок. Он машет мне, когда видит,

что я смотрю.

– Мы подарили Рисе машину, когда она получила права, так что это будет справедливо,

что и тебе тоже, – говорит папа. Он встает вместе со мной.

Риса насмехается.

– Да, но я не получила долбанный GTO (Прим. пер.: Pontiac GTO – выпускался компанией

Pontiac с 1964 по 1974).

Я выбежал на стоянку, где Герб протянул мне ключи от моей машины, и я сел за руль.

Запахи старой кожи и сосны от освежителя воздуха висящего над переключателями

заполнили мои легкие. Моя семья выходит из кондитерской, когда я запускаю двигатель,

приведя автомобиль к жизни с вибрирующим гулом. Темно-синяя тканевая обшивка

потолка низко свисает, кожа на заднем сидении порвалась и из нее торчит желто-

оранжевый поролон.

Но я люблю ее.

Не хватает только Пен.

– Это твой день рождения, – говорит Кайл. – Не проводи его дома, валяясь с миской

мороженого, словно парень с разбитым сердцем.

Мои родители и сестра ушли, предварительно накачав меня инструкциями не гнать на

предельной скорости и всегда считать до трех после того, как я остановлюсь на знак

"стоп", прежде чем продолжать ехать. Я сказал, что буду ехать сразу за ними, но у моих

друзей были другие планы.

– Я не в настроении, – говорю я, прислоняясь к двери моей машины. – Мы сможем

наверстать упущенное завтра.

– Даже не мечтай, – говорит Герб. Он прыгает на переднее сиденье моего Понтиака. –

Мне нужно покататься.

– У тебя тут стоит собственный автомобиль.

Мой старый друг шлепает ладонью по панели и отвечает:

– Но этот мне нравится больше.

Светящееся пламя костра у подножия Кастл Рок видно даже с парковки, где я оставил