«Путь к счастью Эллы и Миши
Шрифт:
– Мне нравится, что ты заранее об этом задумываешься. – Миша бросает сумку на кровать и подталкивает меня локтем, чтобы я подвинулась в сторону. Спустя несколько секунд платье надежно упаковано, а сумка застегнута. – Но все же на Рождество выпадает и годовщина нашей помолвки. – Он опускает взгляд на кольцо на моем пальце. – Скоро будет год, как я подарил его тебе.
Я поднимаю перед собой руку; сквозь лучи света, подчеркивающие царапины, следы и дефекты, мерцает черный камень. Красота. Совершенство. Предназначение.
– Меня устраивает идея рождественской свадьбы, главное, чтобы не было этих пошленьких рождественских украшений, таких как Санта-Клаус, северный олень и тому подобное.
– Ты можешь выбирать любые украшения, какие только пожелаешь, – говорит он, перекидывая через плечо черный чехол со смокингом, а затем собирает наши сумки. – Главное, чтобы ты вышла за меня замуж.
– Ты слишком мягок со мной. – Я опускаю руку на бок и улыбаюсь, хотя от нервов скручивает желудок. – Но по рукам. Рождественская свадьба без рождественских украшений.
Он выглядит счастливым, обнимает и целует меня, а затем мы выходим на улицу в прохладный океанский воздух и кладем наши сумки рядом с «шеви» 69 года Миши. Затем он бежит обратно за оставленными на столике ключами. Я смотрю через дорогу на надувного Санту, машущего мне, или, может быть, это просто ветер раздувает его. Хотя здесь почти не бывает ветров, но ничто не сравнится с зимней страной чудес, в которую я охотно собираюсь вернуться. Стар Гров. Мой родной город. Место, где я была сломлена и снова собрана во едино. Место, наполненное столькими воспоминаниям, как хорошими, так и плохими. Надеюсь, оно того стоит. Надеюсь, ничего плохого не случится. Надеюсь, что эта поездка, в конце концов, пройдет хорошо.
По какой-то причине меня гложут сомнения, и чем дольше я стою на подъездной дорожке, глядя на Санту, тем сильнее испытываю тревогу. Наконец, Миша, вместе с позади него идущей Лилой, выходит из дома, спускает с лестницы ее чемодан и везет его по дорожке. Он подходит ко мне и целует меня, затем открывает багажник и укладывает внутрь чемодан Лилы.
– Ты попросишь своего отца проводить тебя к алтарю? – весело спрашивает Лила, когда я вручаю Мише свой чемодан.
Миша с любопытством смотрит на меня в ожидании ответа и бросает мою сумку в багажник.
– Не будет никакого прохода к алтарю. – И я не хочу, чтобы отец провожал меня. Да, я не возражаю против его присутствия на свадьбе, но не хочу, чтобы он был тем, кто подводит меня к финишной прямой, когда был не на высоте в течение большей части путешествия.
Лила кладет руки на бедра и, прищурив свои голубые глаза, смотрит на меня.
– О, проход к алтарю будет. Вот увидишь.
Миша смеется и бросает чемодан Лилы в багажник.
– Я думаю, она не шутит, милашка.
Только я собираюсь ему сказать, чтобы он заткнулся, как из дома с сумкой в руке появляется Итан, прищуривая глаза от солнечного света.
– Вы двое, уверены, что не желаете поехать в Вегас и пожениться там? – он раздосадовано приближается к нам, а затем кидает Мише свою спортивную сумку. – Я действительно не хочу видеть предков или Стар Гроув – я наслаждался их отсутствием в своей жизни.
– Да, ладно, малыш. Позволь им. Они заслуживают красивую свадьбу, а не тайное бракосочетание в дешевой фальшивой церкви. – Лила скользит рукой по его груди, встает на цыпочки и целует в шею. Затем шепчет что-то ему на ухо, поигрывая с его волосами.
Признаю, что из них получилась милая парочка, особенно теперь, когда Лила стала неравнодушной ко всем этим гранджовым штучкам. Ее светлые волосы острижены до подбородка, а мелированные черные пряди сочетаются с волосами Итана. Она одета в джинсы и майку, которые далеко не брендовых марок, как те, что она носила, когда мы жили вместе. Ее стиль хорошо гармонировал с непринужденным видом Итана: клетчатая рубашка, выцветшие джинсы и кроссовки, которые он, вероятно, носил с шестнадцати лет. А средний рост Лилы позволяет ей уютно прижиматься головой к груди Итана. Глядя на них, стоящих в лучах солнечного света перед моим домом, я ловлю себя на мысли, что мне хочется их нарисовать.
После множества поцелуев и сказанных шепотом слов на ухо Итана, Лила убеждает его перестать жаловаться, и он нехотя соглашается с тем, что Вегас – смехотворная идея и мы с Мишей должны пожениться в Стар Гров.
– У нас неделя на подготовку свадьбы, а это не так много времени, – заявляет Лила, натягивая солнечные очки на глаза. – Она не станет настоящей без украшений, цветов, платьев, смокингов и гостей. Боже, как бы я хотела, чтобы у нас было больше времени.
– А я не хочу, чтобы ты тратила на это время, – возражаю я, и когда она хмурится, вздыхаю. – Прости, просто все эти свадебные штучки не мое. – Я обхожу машину с пассажирской стороны, проведя пальцем по нескольким вмятинам и сколам, появившихся после того, как Миша намеренно врезался в сугроб.
Миша открывает дверь с водительской стороны и отступает, чтобы Итан мог забраться на заднее сиденье.
– Не имеет значения, какая у нас будет свадьба, – говорит он, – главное, чтобы Элла оставалась со мной. На самом деле, нам не нужны платья и смокинги. Мы можем оставаться голыми и провести церемонию у меня на заднем дворе, и я буду счастлив. – Он подмигивает мне поверх машины. – До тех пор, пока мы вместе, я буду счастлив, а обнаженность станет дополнительным бонусом.
Его слова вызывают у Лилы смех, она наклоняет голову и запрыгивает в машину на заднее сиденье к Итану. Я откидываю сиденье назад, закрываю дверь и опускаю козырек, загораживаясь от солнечного света.
Прежде чем закрыть дверцу автомобиля и запустить двигатель, Миша регулирует сиденье.
– Итак, все готовы? – Он оглядывает нас, но останавливает, в конце концов, свой взгляд на мне. Я знаю, что его в действительности заботит только мой ответ.
Я не сразу отвечаю ему, и он, замечая мои сомнения, хмурится. Но несмотря на сухость в горле мне удается произнести:
– Конечно. – Мой голос немного дрожит.
– Тогда ладно. – Подарив мне небольшую, но слегка вымученную улыбку, он съезжает по подъездной дорожке и едет по направлению к шоссе, к дому, где все началось. Туда, где мы с Мишей впервые встретились, впервые заговорили друг с другом, впервые стали играть, целовались, дурачились, танцевали, признались в любви.
Туда, где началась наша история: моя и Миши.
* * *
В течение нескольких часов наш путь пролегает по темному, пустынному шоссе, на черном небе ярким светилом сияет луна, а на обочине дороги различаются лишь очертания деревьев. Из динамиков льется музыка, Итан храпит на заднем сидении, опрокинув голову на подголовник и прижимая Лилу к себе. На моих коленях лежит открытый альбом, в руке я держу карандаш.
На рождественских каникулах мне надо поработать над своим портфолио к выпускному в мае. Не уверена, чем захочу заниматься после получения степени младшего специалиста, но моя работа будет иметь отношение к искусству. Честно говоря, будь моя воля, я бы проводила дни с Мишей, слушая его пение, в то время как сама рисую значимые для меня вещи - те, которые вызывают у меня эмоции. Я бы не хотела рисовать ради получения прибыли. Да, деньги были бы дополнительным бонусом, но обязаловка отнимет часть моей страсти к созиданию.