Путь к свободе
Шрифт:
– Спокойно. Уже все хорошо.
– Ни хрена не хорошо! – вперед вышел капрал, которого Ло помнила. И, что самое страшное, он смотрел не на рекома, а на нее.
– Что, сука синяя, опять нарываешься?
Куоритч, сделав шаг в сторону, загородил Ло собой и беспечно скрестил руки на груди.
– У тебя проблемы, капрал?
– Нет, проблемы у тебя, полковник… - капрал Картер перевел взгляд на рекомбинанта.
– Ах да, ты же больше не полковник, точно. Синие обезьяны погоны не носят, да?
Куоритч скрипнул зубами, однако нашел в себе силы парировать:
– Зато у синих обезьян есть вот это, - и продемонстрировал внушительный кулак.
– Исчезни, капрал. Если не хочешь надолго заехать на больничку.
– Да ты…
– Что тут происходит?
– Ньюман выбежал на улицу, торопливо надевая экзокомплект.
– Что тут творится? О Боже, Шарлотта, что с тобой?
Обогнув рекома, Ньюман подбежал к сидящей на земле Ло и, увидев на ней кровь, замахал руками, как ветряная мельница:
– Пошли все вон! Вон! – он обернулся, взмахнув руками прямо перед лицом капрала.
– Прочь отсюда! Кто вас вообще сюда впустил?!
Спорить с начальством, пусть даже и гражданским, капрал не рискнул и, вытянувшись по струнке, коротко отрапортовал:
– Есть, сэр!
– А ты что встал? – Ньюман задрал голову, глядя на рекома.
– Это ты ее ударил? Я просмотрю записи камер и, если это так, то тебе не поздоровится, полковник! Не смог поймать Салли, так решил отыграться на моей сотруднице?
– Ньюман, прекрати, - Ло торопливо поднялась на ноги.
– Он не виноват, я первая на него напала.
– Я разберусь!
Это прозвучало несколько угрожающе, и Ло вздрогнула, однако Куоритч лишь хмыкнул, а после неспешно повернулся к дверям и скрылся в здании, даже ни разу не оглянувшись.
Ньюман посмотрел на Ло:
– Я принесу тебе новый экзокомплект, а после жду тебя в своем кабинете.
Однако идти ему никуда не пришлось. Уже в дверях Кевин столкнулся с Мэри, которая несла новый экзокомплект для Ло, и Ньюман, что-то коротко сказав ей, ушел. Мэри же, подав Ло респиратор, всплеснула руками:
– Милая моя, ты вся в крови! Тебе больно? Он ранил тебя?
– Нет, просто вот, - Ло коснулась затылка и показала Мэри окровавленные пальцы, - кожу рассекла.
– Ужасно! Идем скорее!
Надев маску, Ло пошла вслед за женщиной и вскоре уже сидела на полу в лаборатории, а Мэри, причитая, обрабатывала ее рану. Вокруг них сновали лаборанты, торопливо ликвидировавшие тот погром, что устроили тут два дерущихся аватара.
– Потерпи, - Ло зашипела, и Мэри проговорила торопливо: - Терпи-терпи. Тут стекло… Ох, милая моя, ну зачем ты связалась с этим убийцей? Он же мог искалечить тебя!
– Ничего, - Ло закряхтела, чувствуя, что Мэри вытаскивает еще один осколок, и зашипела от боли.
– Шсссс…
– Все-все, сейчас промою, и все. Но порез довольно глубокий, так что придется наложить пару швов, – Мэри вздохнула.
– Мистер Ньюман говорил, что ты отчаянная девушка, а теперь я и сама это вижу. Но все равно не понимаю, как ты осмелилась броситься на полковника. Он же гораздо выше и сильнее тебя.
Ло промолчала. Ярость и запал битвы уже спали, и теперь адреналин, перегорая в крови, заставлял ее дрожать, хотя в помещении было тепло.
– Мэри, извини…
Ло начала было говорить, но женщина перебила ее:
– Не надо извинений, Шарлотта. Я понимаю, почему ты это сделала.
И добавила потише:
– О противостоянии Джейка Салли и Куоритча известно всем, – она улыбнулась, - кроме меня. Я узнала лишь вчера. До того удавалось как-то обходить эту тему. Но вчера ты назвала фамилию полковника, я заинтересовалась и почитала его досье. Но я не пойму лишь одного: зачем это тебе? К чему эти отчаянные попытки? Ты ведь не воин, я знаю. И ты ни за что не справишься с ним.
– Затем, что я на’ви, Мэри. И я не могу оставаться в стороне, - Ло закрыла глаза.
– Куоритч причинил много горя моему народу… И кто знает, сколько еще бед на нас свалится из-за него.
Мэри вздохнула:
– Мне тебя не понять, пожалуй. Но прошу тебя об одном, Шарлотта: если вдруг тебе вновь захочется испытать себя на прочность, то не делай этого в лаборатории.
– Обещаю, Мэри. Прости меня. Это больше не повторится.
Ло подняла руку, и Мэри вложила в ее здоровенную длиннопалую ладонь свою изящную человеческую ладошку:
– Я верю тебе, - женщина улыбнулась и вдруг спросила: - А как тебя звали в племени?
Вопрос был неожиданный, однако Ло не собиралась делать из этой информации вселенскую тайну и, помедлив мгновение, ответила:
– Меня называли Ло’ота. Или просто Ло.
Однако второе свое имя, которое ей дал оло’эйктан в последнюю ночь перед отлетом в город, Ло не назвала: Кэа Тэап, «Идущая в огонь».
– Красиво, - Мэри улыбнулась.
– Если ты позволишь, то я буду звать тебя Ло’ота.
– Конечно.
Ло едва не кивнула, но вовремя вспомнила, что лучше не дергаться. Мэри же тем временем обработала порез и наложила пару швов, после чего залила рану специальным клеем.
– Готово. И постарайся в ближайшее время вновь не драться с полковником. Ну, или хотя бы не позволяй, чтобы он бил тебя по затылку.
– Постараюсь, - Ло смущенно улыбнулась. – Но ничего не обещаю.
Конечно, она не собиралась рассказывать Мэри о том, что Куортич ей предложил раз и навсегда решить их спор. Невольно Ло подумала, что если бы подобное происходило в клане, то им бы предложили решить их спор поединком. Правда, обходиться с ритуальным посохом охотница особо не умела, так что ее враг с легкостью одержал бы победу.
Улыбнувшись своим мыслям, Ло вспомнила одну из историй, что ей рассказывала Мо’ат. Прабабка нынешней тсахик была очень своенравной охотницей, и хотя Эйва говорила с ней, женщина не хотела выходить замуж и становиться тсахик. И тогда ее жених вызвал ее на ритуальный поединок, сказав, что если она одолеет его, то станет свободна от обязательств. Женщина победила в этом бою и получила долгожданную свободу, а впоследствии стала одним из сильнейших воинов клана.
Примечательно в этой истории было то, что жених таки дождался свою невесту, и через несколько лет после поединка охотница сама пришла к нему, стала его женой и родила ему нескольких детей. В том числе и девочку – бабушку Мо’ат.