Чтение онлайн

Ал молча вытаращился на жрицу.

– Не получится, – вздохнула рыжая. – Тебя накажут.

Ал согласно кивнул и торопливо шагнул к попискивающей куче, пока жрица не придумала еще какой-нибудь план, как оказаться у столба наказаний.

Храмы Великой Окханы всегда отличались от остальных Храмов. Внешне вроде такой же, привычные невысокие домики, с плетеными стенами и крышами-пагодами, и алтарь на месте, и идол Великой Окханы рядом, а все равно было что-то в этих Храмах странное и тайное. Слышащие Голос Великих никогда не пускали внутрь чужих, даже кшари, стражи стояли только снаружи. Подойти ближе можно было лишь с разрешения жрецов. Говорили, что даже аштэ других Храмов не могли зайти к Слышащим. Да и служители дома Великой Окханы были особенными – шутка ли, ясно слышать голоса Великих. Такое дано единицам. Без них мир Эр-Кхара не стал бы лучшим. Как можно создать что-то новое? Только узнав от Великих, иначе никак. Все создано теми, кто ушел в Чертоги почти семьсот лет назад, но не бросил свой мир и детей, а продолжал им помогать, выбрав себе Слышащих. Именно Слышащие меняли геном растений, создавая новый Эр-Кхар, лучший мир в этой Вселенной.

Ал остановился у идола и приготовился ждать. Дальше идти было нельзя, но к ним наверняка кто-нибудь выйдет. Рыжая, зачем-то увязавшаяся за ним, встала рядом.

Дальше, за Храмом, были только кельи жрецов и кусты охлона, который в период цветения наполнял воздух едким, туманящим мозг ароматом. Там даже тренировочных площадок не было, Слышащие не учились драться, все свое время проводя в классах. Ал не представлял, чему можно столько учиться, они еще птенцами освоили чтение, письмо и счет, этого было достаточно. Сейчас в классах они изучали только тактику и стратегию боя, но это не занимало много времени. В городе вообще не было школ, и это тоже было правильно: все новое исходит от Великих, а до людей их мудрость доносят Слышащие.

– Надо у них спросить, что они сделают с ушу… – тихо прошептала Мара.

Ал только покосился на жрицу, искренне надеясь, что она не ожидает, будто это сделает он… Спросить Слышащих! Совсем ненормальная аштэ.

Минут через пять из Храма вышла седая жрица в сером плаще и равнодушно поинтересовалась, кто и зачем их послал. Ал коротко и быстро доложил и опять замер, преданно таращась в дерево за спиной старой аштэ: смотреть в глаза было нельзя, а опускают голову только рабы.

Жрица обернулась и громко крикнула:

– Кхая!

Из Храма выскочила жрица, и Ал меланхолично удивился: везет ему сегодня на рыжих. Правда, эта была повыше Мары и потоньше, волосы светлее и плащ серый, а не алый, но все равно чем-то похожа на Мару. И тоже ученица, пояс белый.

– Кхая, забери у них ушу и отнеси в лабораторию. И верни стражу его одежду. Жди, страж.

Ал поклонился, опять покосившись на Мару, рыжая вместо того, чтобы выяснять судьбу ушу, шагнула назад и вбок, прячась у него за спиной. Не будет он спрашивать! Какая разница, что они сделают с птенцом? Ушу и так бы погиб, обессилев от голода, может, даже сегодня или через пару декад. А Слышащие все делают на благо Эр-Кхара, это любому известно…

– Аштэ, я могу спросить? – Ал поклонился еще ниже.

Старшая жрица, уже собравшаяся уйти, удивленно обернулась.

– Да, страж?

– А… – Ал изумился собственной глупости, – что с ним будет? Вы ему поможете?

Удивление жрицы сменилось явным раздражением.

– Ты выполнил приказ, страж. Жди.

Ал протянул живой сверток и склонил голову, чувствуя странную обиду: может, и правда надо было спрятать ушу? Не так страшно крыло и подрано, зажило бы… И не наказали бы его сильно за невыполненный приказ, оставили бы пару раз медитировать вместо ужина, не привыкать. Права была рыжая, зря они пришли… И тут же испугался своих мыслей: ему же приказали, значит, такова воля Великих, нельзя думать иначе, это плохо.

Ждать пришлось долго. Если бы не приказ, Ал плюнул бы и ушел, безрукавку и другую можно взять, а там тренировка идет, мог бы успеть. Но приказ был однозначный, значит, надо стоять и ждать. Ал едва заметно подвигал плечами – дождь щекотал голые плечи и спину – и опять замер. Жрица тоже почему-то не уходила, так и топталась рядом, обижено сопя.

– Держи.

Ал ожил, только когда вышедшая из Храма аштэ подошла почти вплотную и протянула аккуратно свернутую безрукавку, переступил с ноги на ногу и опустил взгляд чуть ниже, перестав пялиться на конек крыши. Как и было положено. Правила облегчают жизнь, позволяют откинуть ненужное и сконцентрироваться на главном. Это миряне в городах суматошные и бестолковые, вечно кричат и куда-то бегут, а стражи Великих выполняют приказы – и ничего иного.

– Куда вы его дели?

Ал вздрогнул и тоскливо посмотрел на Мару, та, явно осмелев без старшей жрицы, вылезла из-за его спины и уставилась на вторую рыжую, очень напоминая встопорщенную и ужасно сердитую кошку иби.

Слышащая тоже вздрогнула и, сердито нахмурившись, уставилась на Мару. Алу очень захотелось, чтобы его наконец отпустили.

– Он… в клетке.

Говорила она странно, делая длинные паузы между словами и слишком растягивая гласные. Интересно, из какой она провинции? И венозный рисунок совсем слабый на руках, как у сархи… Додумать Алу не дали.

– Зачем? Что вы с ними делаете?

– Я… не знаю.

Мара озадаченно почесала нос и посмотрела на Ала, явно ища поддержки. Ал вдруг сообразил, что, похоже, он тут самый старший, и совсем растерялся. Аштэ отдают приказы, а он выполняет – это правильно и понятно, а что делать сейчас?

– А узнать можешь? – не дождалась поддержки Мара. – Его надо спасти!

Слышащая уставилась на Мару примерно так же, как и Ал. Алу стало окончательно тоскливо.

– Что ты хочешь, чтобы помочь? – нетерпеливо стукнула ногой Мара, игнорируя недоуменное молчание.

– А что у вас есть?

У Ала точно ничего не было, что можно было обменять на странную и лишнюю для него информацию: плошка-светильник в келье и циновка для сна вряд ли заинтересуют Слышащую. Мара тоже озадачено нахмурилась, но тут же вскинулась:

– У нас в Храме есть четки, я могу… взять одни. Хочешь? Красивые.

Четки обычно носили старшие аштэ, младшим они были не положены, а уж те, что лежат в Храме, точно используются только в ритуалах. Ал видел резной ящик в Храме Великой Мот, наполненный четками, там были и деревянные, попроще, и выточенные из камня, прозрачного, как горный ручей, с застывшими внутри рыжими искрами. Ящик был небольшим, и вряд ли старшие жрицы не заметят пропажи. Мелкая с ума сошла! Ее же накажут, и хорошо, если просто высекут, а если выгонят из аштэ? Жрец, которому отказали от Храма, может вернуться в город, а это хуже, чем смерть, она не понимает…

– Нож, – быстро предложил Ал, не успев толком обдумать свое решение. – У меня есть нож.

– Покажи, – тут же повернулась Слышащая.

Жрецы ходили с ритуальными ножами, тонкими и обоюдоострыми, у кшари ножи были тяжелее, предназначенные для боя, и делали они их сами. У Ала было еще два запасных, сделает и третий – они часто ломаются, никто даже не заметит, что у него другой нож. Но этот был самый удобный… Ал вытащил нож, искреннее надеясь, что Слышащая откажется. Да зачем он ей? Точно не нужен.

– Годится. Что вы за него хотите?

Ал постарался подавить разочарованный вздох.

Мара хотела совсем немного: чтобы Слышащая пообещала, что ушу вылечат и отпустят, или чтобы выпустила его сама, а еще можно поговорить со старшими аштэ и попросить отдать ушу в верхнюю стражу… Ладно, но хоть рассказать, что собираются делать с птенцом, Слышащая может?

– Я попробую.

Ал вздохнул и снял с пояса еще и ножны, просто чтобы Слышащая не таскала нож просто так.